же балтийские линкоры раньше вступили в строй, да и пропускной режим на них вряд был более жестким. Да и германская шпионская агентура в столице империи Петрограде была более развита. Что могло дать уничтожение одного линейного корабля на Черном море, кроме морального удовлетворения Берлина? К осени 1916 года линкор перестал играть важную роль на Черном море.
Другой важный факт — корабли ВМФ Российской империи, в отличие от других стран-участниц Первой мировой войны, крайне редко становились жертвами диверсантов. Так, в сентябре 1915 года был уничтожен итальянский линкор «Бенедетто Брин» (погибло 400 человек). В августе 1916 года новый итальянский дредноут «Леонардо да Винчи» (погибло 200 офицеров и матросов, а также неустановленное количество докеров). К ним следует добавить уничтожение пяти крупных кораблей ВМФ Великобритании (линкор додредноутного типа «Булуорк» (26 ноября 1914 года), вспомогательный минный заградитель «Принцесса Ирене» (27 мая 1915 года), броненосный крейсер «Нэйтл» (31 декабря 1915 года) и линкор «Вэнгард» (май 1917 года))[94] — результат деятельности диверсантов противника. Поэтому возникает вопрос: может, гибель «Императрицы Марии» — результат техногенной аварии или неблагоприятного стечения обстоятельств?
Органы военной контрразведки на Балтийском флоте
К концу 1916 года в Петрограде и в районах, подчиненных командующему Балтийского флота, действовало семь контррзведывательных отделений (КРО). Перечислим их:
— Петроградское морское КРО — было организовано в июле 1916 года, но только к концу года было укомплектовано личным составом;
— КРО при штабе командующего Балтийского флота — начальник подполковник А. Н. Нордман;
— КРО при штабе Свеаборгской крепости — начальник прапорщик И. К. Симоноич;
— КРО при штабе морской крепости императора Петра Великого — начальник старший лейтенант С. С. Калакуцкий;
— КРО при Або-Аланской укрепленной позиции — начальник корнет И. К. Гришковский;
— КРО при Моодзунской укрепленной позиции — начальник ротмистр П. М. Чаркин;
— КРО в Ботаническом заливе — начальник капитан 2-го ранга А. В. Гавришенко[95].
Эпизоды «тайной войны»
В начале Первой мировой войны в Одессе была ликвидирована группа из 17 человек, которая передавала в Германию сведения о передвижении русских войск и снабжении артиллерийских частей снарядами [96].
В июне — сентябре 1914 года была проведена операция по нейтрализации директора Путиловской судоверфи К. А. Орбановского, который намеревался через Приморье вывезти из России секретные документы.
16 августа 1914 года он был задержан в гостинице «Версаль» во Владивостоке. При обыске у него изъяли: «… судостроительную программу от 1912 до 1930 года… технические условия на поставку предметов из стали, выдержки технических условий русского морского министерства за 1913 год, перечень материалов, необходимых для Ижорского завода, технические условия поставки металлического антимона на Санкт-Петербургский патронный завод, технические условия на поставку предметов из кованной стали…»[97].
С августа 1914 по сентябрь 1915 года КРО штаба Приамурского военного округа были проведены операции против агентуры германской разведки на Дальнем Востоке. В поле зрения контрразведки попал торговый дом «Кунст и Альберс», поддерживавший тесную связь со многими шпионскими группами и передававший сведения немецкому посольству в Китае.
В сентябре 1914 года во Владивосток прибыл директор Путиловского завода К. Орбановский, доставивший совладельцу «Кунст и Альберс» Даггану чемодан с секретными материалами, собранными в Петрограде. Во время обыска у Орбановского полиция изъяла: судостроительную программу; технические условия на поставку предметов из никелевой стали на Петербургский военный завод; выдержки из технических условий русского Морского министерства за 1913 год, перечень материалов, необходимых для Ижевского оружейного завода, и т. д.
11 октября 1914 года был арестован как лицо, подозреваемое в шпионаже, совладелец торгового дома «Кунст и Альберс» Дагган. Благодаря наличию высокопоставленных покровителей ему удалось избежать сурового наказания [98].
В 1915 году Московским охранным отделением Департамента полиции арестовано по подозрению в военном шпионаже 29 человек[99].
Военный чиновник Крылов, секретарь генерала Оранского — начальника штаба Северо-Западного фронта, делал выписки из секретных документов, проходивших через его руки. Записи должен был передать германскому «вербовщику» [100].
Среди других успешных операций российской контрразведки можно назвать разоблачение немецкого шпиона с довоенных времен ротмистра Бенсона, двойных агентов разведотдела штаба 9-й армии Сентокоралли, Затойского и Михеля, австрийской шпионки Леонтины Карнюк[101].
Успехом Департамента полиции можно назвать разоблачение немецкой резидентуры в Новороссийске в 1915 году[102]. На Юго-Западном фронте до марта 1916 года было разоблачено 87 австрийских и немецких шпионов[103].
Разведки Германии и Австро-Венгрии с началом боевых действий перешли к массовой вербовке и засылке своей агентуры в прифронтовую полосу расположения русских войск. Ее подготовка велась в специальных разведывательных школах и центрах. Курс обучения длился около двух недель, затем шпионы переходили линию фронта. В их задачу входило добывание сведений о расположении артиллерии, пехоты, кавалерии, о путях сообщения, оборонительных сооружениях, о местах расположения штабов и т. п. На выполнение заданий, как правило, давалось 7-10 дней. Необходимость борьбы с массовой неприятельской агентурой на театре военных действий и побудила правительство России создать дополнительную систему контрразведки. Был выбран верный и эффективный путь — выявлять вражескую агентуру еще при её обучении, что достигалось зафронто-вой работой и сбором данных о деятельности школ при допросах арестованных неприятельских агентов. Уже к середине 1915 года русская контрразведка располагала именными списками на 23 разведывательных органа австрогерманских войск.
Большая контрразведывательная работа проводилась накануне наступательных операций. В немалой степени успех Юго-Западного фронта под руководством Алексея Брусилова[104] в 1916 году обеспечила фронтовая контрразведка, которая до марта 1916 года разоблачила 87 австрийских и немецких шпионов. Также с помощью КРО штаба VII Армии удалось выявить 37 агентов «немецкой шпионской организации, руководимой неким Вернером» [105].
Активно работали русские военные агенты за границей. Так, полковнику Б. А. Семенову, военному агенту в Румынии, удалось собрать подробные сведения о шестнадцати филиалах немецкой разведывательной службы в этой стране и предоставить в ГУ ГШ списки более чем на 150 лиц, подозреваемых в агентурных связях с немцами[106].
Военная контрразведка при Временном правительстве
4 марта 1917 года Временное правительство приняло решение ликвидировать Отдельный корпус жандармов (ОКЖ), включая и железнодорожную полицию, и Охранные отделения. Офицеров и нижних чинов ОКЖ предписывалось направлять в строевые части. В результате своих постов лишились до 90 % начальников КРО и их помощников и большинство младших агентов (занимались наружным наблюдением). Фактически почти все кадровые военных контрразведчиков оказались не у дел, а многие из них были арестованы. К осени 1917 года продолжали действовать подразделения ГУ ГШ и Московского военного
