Ильза очень обрадовалась. Ведь у нее появилась возможность навестить Раджу и Че-Че еще раз.
— Тебе тоже не мешало бы пойти посмотреть, — сказал ей отец. — Это одна из немногих часовен в Англии, где можно пожениться без специальной лицензии архиепископа Кентерберийского.
— Такая же, как в Мэйфэре? — спросила Ильза.
— Да, точно такая же.
Ильза пошла в свою комнату, взволнованная тем, что они еще на день остаются в Хироне.
Но опять надо было думать, что надеть вечером, тем более что герцог предупредил их о бале для молодых друзей одной из своих кузин, который устраивался вечером в танцевальном зале.
— Им по семнадцать-восемнадцать лет, — сказал он. — А мы, те, кто постарше, подойдем позже и потанцуем под оркестр.
Он взглянул на Ильзу, а она всплеснула руками и воскликнула:
— Как это замечательно! Мне никогда не приходилось бывать на балах. Помню только детские праздники. Но когда мама умерла, я была для них уже слишком взрослая. Как замечательно будет потанцевать на настоящем балу!
— Тогда я настаиваю, чтобы вы отметили свой первый бал танцем со мной.
Она присела в шутливом реверансе.
— Для меня это большая честь, ваша светлость!
При этом Ильза заметила разъяренное выражение на лице сестры и поспешила присоединиться к отцу, который уже поднимался по лестнице.
Переступив порог своей комнаты, она задумалась, не слишком ли будет неприлично, если она опять наденет мамино платье.
К ее удивлению, в спальне оказалась экономка, довольно строгая женщина.
— Я слышала, что вы сегодня собираетесь на бал, мисс, — сказала она, — и хотела узнать, что вы собираетесь надеть?
— Я как раз об этом думала, — улыбнулась Ильза. — Как видите, у меня небольшой выбор.
— Я вот что подумала, — сказала экономка. — Вчера на вас было прелестное кружевное платье. Оно вам очень шло. Что вы скажете о другом платье того же времени?
Ильза смотрела на нее с удивлением.
— Я принесла платье матери его светлости, которое она носила, когда ей было столько же лет, сколько вам сейчас. В нем она и изображена на портрете.
Ильза увидела бледно-розовое платье в стиле времен вступления на трон королевы Виктории.
У него была пышная юбка, расшитая крошечными розами, и декольте, открывавшее плечи. Атласный пояс завязывался сзади большим бантом.
— Какое красивое! — воскликнула Ильза. — Я и вправду могу его надеть?
— Думаю, оно вам подойдет, — сказала экономка. — А если потребуется, портниха сможет быстро подогнать его по вашей фигуре.
— Спасибо! Спасибо большое! — обрадовалась Ильза. — Такого красивого платья у меня никогда не было!
Она приняла ванну и служанки помогли ей надеть платье.
Ильзе показалось, что перед ней в зеркале незнакомка, сошедшая с картины.
Экономка попросила садовника принести несколько роз, чтобы украсить ими волосы девушки. Когда Ильза спускалась по лестнице, ей казалось, что она не идет, а летит.
Когда она спросила, не будет ли герцог против столь вольного обращения с вещами его матери, экономка ответила:
— Сомневаюсь, что он помнит это платье. Его светлость потерял мать, когда ему было всего десять лет. Его растили тетки, но никто не мог заменить мальчишке мать.
— Это правда, — вздохнула Ильза. — Я вспоминаю о маме каждый день.
— Герцог долго не мог пережить свою утрату. Мы все жалеем его.
Когда девушка подходила к дверям салона, она уже не думала о герцоге как о важной титулованной особе. У нее перед глазами стоял осиротевший маленький мальчик.
Она вошла в салон, где были все, кроме Дорин. Внезапно воцарилась тишина.
Прервал ее викарий.
— Неужели это моя младшая дочь?
— Вы выглядите великолепно! — воскликнула леди Мейвис. — Просто великолепно!
Лорд Рэнделл сказал ей то же самое.
Герцог молчал, и Ильза вопросительно посмотрела на него.
В его глазах было странное выражение.
— Вы не… возражаете, что я… одолжила его? — пробормотала она, испугавшись, что вызвала недовольство хозяина.
— Это честь для моего дома, — проговорил герцог. — Не сомневаюсь, что сегодня вы будете королевой бала.
Ильза засмеялась.
— Боюсь, что вы мне льстите.
Через несколько минут появилась Дорин, не сомневаясь, что вызовет всеобщее восхищение.
На ней было ярко-зеленое платье, которое подчеркивало белизну кожи, а на шее ожерелье из крупных изумрудов.
Мужчины рассыпались в комплиментах, но Ильза поняла по взгляду Дорин, что та очень сердита.
Как и накануне, на обед были приглашены гости. К счастью, пока их представляли собравшимся, Дорин не имела возможности высказать свое мнение о наряде сестры. А поскольку все гости были заядлыми охотниками, разговор перешел на лошадей и планы на предстоящую осень.
Обед прошел в оживленной и приятной обстановке.
Когда он закончился, женщины вышли в салон. Ильза старалась держаться подальше от сестры.
— Вы сегодня очаровательно выглядите, — обратилась к ней леди Мейвис. — Я так рада, что ваш отец согласился остаться еще на один день. Он, конечно, сможет оказать моему племяннику большую помощь в перестройке часовни.
— Папа много знает об исторических памятниках, — подтвердила Ильза.
— По-моему, он вообще все на свете знает! — улыбнулась леди Мейвис. — И так хорошо ездит верхом! Вы, наверное, гордитесь им.
— Хотелось бы мне, чтобы у него была хотя бы пара таких хороших лошадей, как у герцога, — сказала Ильза задумчиво. — Те, что у нас есть, постарели, а возможность их заменить вряд ли появится.
— Да, — согласилась леди Мейвис, — очень жаль, что человек, который так увлекается лошадьми, как ваш отец, не может позволить себе иметь хорошую конюшню.
Когда мужчины присоединились к ним, герцог сказал:
— Пойдемте в танцевальный зал. Моя кузина ждет нас. Вряд ли оркестр будет играть до утра.
— Хотя для меня время танцев миновало, — заметил викарий, — но я предвкушаю вальс в вашем зале. Мне говорили, что он так же великолепен, как и все в этом доме.
— Адам, конечно, проектировал все наилучшим образом, — сказал герцог. — Надеюсь, вы убедитесь в этом сами.
Ильза пришла в восторг, увидев зал.
Белые колонны с золотым узором поднимались к разрисованному потолку, с которого свисали хрустальные люстры. Отполированный до блеска пол словно приглашал танцевать. Девушке казалось, что она попала в волшебную сказочную страну.
Дорин ждала, что герцог, представив гостей, пригласит ее танцевать, но он сказал:
— Этот бал для вашей сестры можно считать выходом в свет, и я просил позволить мне быть ее первым партнером.
