стол, но увидев, что тот и так поломан, просто стукнул себя по колену. — Мне сына убили! Отныне ждать я не буду, только карать!
Глава службы безопасности рода Лесковых — Афанасий Олегович Каменский, открыл папку, достал оттуда один лист и, сделав пару шагов вперёд, протянул документ главе рода:
— Николай Фёдорович, по поводу доказательств — кое-что нарыли. Но, увы, это Вас не порадует.
Николай нахмурил брови и буквально вырвал листок из рук Афанасия:
— Что там?
— С помощью нашего человека в управе города удалось выяснить, что сверху всем чиновникам спустили неофициальный приказ — не реагировать ни на какие вопросы, связанные с родом Лесковых.
— В смысле?!!
— Не реагировать на жалобы, закрывать глаза на любые нарушения против рода… — Афанасий достал ещё один лист из папки и тоже протянул главе рода.
Из Николая, будто воздух выпустили…
Ярость, только что плескалась в его глазах, сменилась отчаяньем.
Он взял протянутый лист и рухнул на спинку кресла:
— Так это же…
Глава рода нахмурился, вчитываясь в текст на листке, но не продолжил предложение.
Вместо него, глава службы безопасности закончил его сам:
— Всё верно…- он указал на листок,- это -неофициальное одобрение уничтожения рода. Причём, с самого верха. Все наши враги могут действовать любым доступным образом — хоть резню в городе устраивать — им всё сойдёт с рук. Нам же и нашим союзникам придётся действовать по-прежнему, в соответствии с каждым пунктом правил ведения войн аристократическими родами.
Глава рода развёл руки в стороны:
— Я не понимаю… Подобное мог одобрить только сам император. Зачем ему это?
— Вы помните род Вишнёвых из Иркутска?
Николай почесал бородку:
— Да, недавно он был полностью уничтожен похожим образом. Род нейтральный — с нами никаких отношений не имел последние лет двести. Думаешь, есть какая-то связь?
— Род Вишнёвых — был княжеским родом прошлой династии — Воронцовых.
Глава рода нахмурился:
— Мы тоже княжеский род династии Воронцовых. Но, причём тут это? Династия ведь сменилась четыреста лет назад!
— Есть слухи, что Вишнёвы готовили тайный переворот, потому что прав на трон у них было не меньше, чем у нынешнего императора, а то, и больше…
— Как и у нас! Думаешь, что император решил превентивно убрать и наш род?
Афанасий развёл руки в стороны:
— Вероятность этого достаточно высока. И вот, ещё…- Он протянул главе рода конверт. — Приглашение на императорский приём.
Николай Фёдорович как-то сразу посерел:
— Это конец… Срочно вызови Марию и Владимира… А, Семёну пусть передадут, чтобы он отпустил Владимира из лазарета. Это мой приказ.
Загородное имение рода Лесковых. Лазарет.
Из лазарета меня так и не выпустили. Семён, лекарь рода, сказал, что даже если я чувствую себя хорошо, то это не значит, что я могу уйти из-под надзора.
Если в будущем случится подобная ситуация — то ок, он меня выпустит. Но в первый раз — это исключено. Трое суток, как минимум, я должен буду находиться в лазарете.
Что самое интересное, говорил он это ни секунды не сомневаясь, что я буду исполнять его указания. Походу, предписания лекаря в этом мире чуть ли не закон. Даже отец смирно себе ждал, пока лекарь не позовёт его.
Встреча с ним, кстати, прошла… достаточно сумбурно.
И это — понятно. Он-то ждал прощания с сыном, а в итоге, встретил немного придурковатого меня — под эйфорией. Так что когда убедился, что я чувствую себя нормально, то удалился с крайне задумчивой физиономией.
Я же решил научиться магии. Хоть Семён и строго запретил мне ею пользоваться — пока полностью не восстановятся магические каналы, но с теорией-то это не мешает ознакомиться.
Так что я ждал штатного учителя магии, (тут и такой, оказывается, есть), но вместо этого, ко мне в палату зашёл сам Семён и проводил удивлённого меня к отцу…
Мда… Только ведь недавно он рассказывал, что никуда меня не отпустит, а теперь — сам же и спровадил.
Видимо, случилось что-то серьёзное, а я сейчас стою перед дверью в переговорную и улыбаюсь — как дурак.
Долбаная эйфория! Пришлось её недавно поднять ещё выше, потому как, в руках начало жечь.
Кое-как собравшись с мыслями и всё-таки убрав дурацкую улыбку с лица, я зашёл внутрь.
Первым в глаза бросился отец. Он, будто постарел на десять лет — сидел в кресле ссутулившись, а взгляд… пустой какой-то.
Напротив, спиной ко мне, сидела сестра.
Отец кивнул на стул рядом с Марией:
— Присаживайся…
Раньше по центру здесь стоял большой стол, а сейчас его не было, вместо него — стоял какой-то журнальный столик.
Кивнув Марии, как-то странно на меня посмотревшей, я сел в кресло, на которое он указал и в переговорной воцарилась тишина.
Отец молча смотрел на Марию тяжёлым взглядом. В его голове явно витали какие-то тягостные мысли. Переведя взгляд на меня, он наконец прервал молчание:
— Вы улетаете в Австрию. Насовсем.
Удивился такому повороту событий не только я. Мария округлила глаза:
— Какая Австрия, папа⁈ У меня же через неделю выпускной год обучения в школе…
Но отец, будто не слышал:
— Завтра вылетаете в семь утра. Из имения выедете на мусоровозе. Далее, в городе, в определённом месте, пересядете в такси и доберётесь до аэропорта. В Австрии живёт моя тётка по материнской линии — Василиса Штайнер. Она ещё пятьдесят лет назад вошла в род Штайнеров. Будете жить в её особняке…
Мария раскраснелась и вспылила:
— Отец! Не поеду я ни в какую Австрию! И к чему такие сложности? Мусоровоз⁉ Может, ещё и в отсеке для мусора поедем?
Отец кивнул:
— Именно там и поедете, и это —
