как их фигуры удаляются в ночи. Она сонно обвела взглядом спящий лес. Оставалось надеяться, что подругу и правда защитит водный господин, как Ергу не смог защитить лесной. Теперь она с трудом верила в силу богов, ведь её обидчик до сих пор находился на свободе, дышал свежим воздухом и сжигал другие поселения, такие же как последение Ерги. Но, может, хотя бы на территории духа свершится справедливость.
Ожерелье всё ещё солнечно согревало, храня необъяснимое магическое тепло. Ерга даже не стала снимать его, когда легла в постель. Она долго думала, вспоминая события ночи, пока наконец не уснула, крепко сжимая пальцами прекрасный тёплый янтарь.
От Мии: помните, ваша поддержка очень важна для меня. Я переживаю за каждую главу и буду рада видеть, что вам действительно интересно читать. Даже небольшой комментарий покажет мне, что вы хотите узнать, как развернутся события жальше
14. Смерть кожевника
Кожевник утонул на следующий же день. Ерга узнала об этом, когда в её дом ввалилась улыбающаяся Мила. Лицо её было озарено по-детски широкой и сверкающей улыбкой, а щёчки налились словно два румяных осенних яблочка. Она сияла, источая несдерживаемое счастье. В руках она держала несколько украшений. Стоило Ерге открыть, как девица бросилась ей на шею, крепко обнимая и не переставая благодарить.
Лишь усадив девку за стол и расспросив, Ерге удалось узнать, в чём причина счастья.
— … и с утра, когда зачем-то отправился к берегу, наклонился — и рухнул в воду, прямо в трясину, так и не выбрался.
Мила захлёбывалась от счастья и несколько раз даже всплакнула.
— Представляешь, Ерга, представляешь? Девочти говорили, что ты поможешь, но я не до конца верила, что такое возможно.
— Я ничего не сделала, — настаивала Ерга, не оставляя надежды привести взволнованную подругу в себя успокаивающим отваром. — Благодари речного духа или тогда уж всех ребят, кто молил вместе с тобой. Не я одна там была и я сделала не больше, чем остальные.
Увещевания Милу не остановили. Не прошло и часа, как маленькая хижина травницы оказалась забита компанией молодых людей, наперебой обсуждавших случившееся.
— Всё сходится, — говорила Ручеёк. — Князь ищет по сёлам, выискивая настоящих колдуний, мать твоя была сильной ведьмой, говорят, этот дар пришёл к ней от её матери, и Цапля отправилась на поиски того, кто сможет подтвердить, что и тебе передались наследственные силы, и, когда она вернётся, либо спрячет тебя, либо найдёт того, кто обучит магии. Ближайшая колдунья как-раз в нескольких днях пути отсюда. К тому времени, как она вернётся, мы точно узнаем. Но я не сомневаюсь, что она лишь подтвердит наши выводы.
— Вы не знаете, за чем отправилась Цапля.
— А почему ещё она могла оставить тебя, когда беда совсем уж на пороге? Уверена, есть какой-то таинственный способ пробудить в тебе магию и сможет это сделать лишь другая колдунья.
Нет, ну это просто смешно!
— Вы наслушались сказок Цапли. Я не колдовала и никогда не умела!
«Даже не смогла обратиться правильно к духу во время опасности, » — подумалось Ерге, и девушка сжала ожерелье на груди с досадой.
— Многие просили у водяного духа защиты, но никогда он не отвечал так скоро ни одной молитве, — уверенно сказал Злат, утащив из дымящейся кадушки один из свежеиспечённых пирожков. — Но ты права, если не хочешь обсуждать это с нами.
— Почему же? — возмущённо влезла Ручеёк, прищурив глаза цвета сочной весенней зелени.
Горюшко тихо фыркнул и ткнул подругу локтём. Обычно молчаливый юноша вдруг тоже разговорился, вероятно, взволнованный произошедшим не меньше остальных, хотя на первый взгляд так и не скажешь.
— Да потому что, если все узнают, что она ведьма, проблем не оберёшься. Я бы незнакомцам тоже такую тайну не доверил. Ведьмы должны помогать втихую, иначе их начнут обвинять бог весть в чём. Мы знаем, что не причиним вреда, а вот она нас совсем не знает. Я бы тоже тебе и твоему длинному языку не доверял, если бы ты меня столько раз не покрывала, когда мы в детстве мёд таскали.
Ерга подкатила глаза. Да за что ей всё это?
— Тогда мне очень повезло, что у меня нет никакой магии. Я не ведьма и повторю это столько, сколько понадобится. Не знаю, что вы себе придумали, но ни я, ни моя матушка никогда не ворожили.
— Или ты об этом не знаешь, — быстро бросила Лада. От неё уж Ерга такого не ожидала. Она казалась самой вдумчивой и рассудительной из всей компании!
Ерга резко вздохнула с досадой.
— Вас не переубедить! Что ж с вами делать-то?
Друзья так и не покинули её. Практически не обсуждая, они остались с Ергой, помогали ей по хозяйству и весело смеялись, а в полдень сели вместе с ней вышивать узор на ткани. К удивлению Ерги, в Ручейках даже мужчины не брезговали вышивкой, особенно гордились своей росписью по коже. Так что они даже устроили небольшое соревнование, у кого узор получится мудрёнее и краше.
Ребят совершенно не смущала идея того, что сидят они вместе с ведьмой под одной крышей, смеются и подтрунивают над ней. От этого на душе становилось тепло. Пусть Ерга и была уверена, что ребята заблуждались, приятно, что такие хорошие люди хотят быть её приятелями.
Так как тема несостоявшегося жениха всё ещё не сходила с уст, разговор сам собой заходил и о любовных делах.
— Неужели! — Ерга не удержалась от удивления, а затем захихикала. — Никто из вас друг с другом не целовался даже?
Мила заалела, но хихикнула в ответ, хитро улыбаясь.
— Отчего же не целовались? Лада только сказала, что мы не были ни разу влюблены ни в кого из нашего дружеского кулачка.
— Как так вышло? — Ерга не верила. Её подружки, да и она тоже, с тех пор, как начали взрослеть, перевлюблялись во всех мальчишек, а ещё некоторых взрослых мужчин, вздыхая по своим объектам вожделения и сплетничая о чувствах друг с другом. А тут три прекрасные девушки, два крепких симпатичных парня. Ерга не могла поверить.
Ручеёк задорно фыркнула, потягиваясь на солнышке.
— А вот так. Целоваться мы пробовали, потому что это было весело, а потом долго плевались, потому что… Хм, как бы объяснить…
— Потому что я помню, как ты в четыре года без портков за гусем бегала, —
