Сиенна привела его к обрыву и как к этому отнестись. Однако теперь он был вынужден с ней согласиться. Если тренировка – это подготовка к бою, в ней нет места честному и нечестному. Речь идёт о жизни и смерти. И если для того, чтобы выжить, нужно нарушить правила, так тому и быть. Или нет?
Однако у Кендрика возник ещё один вопрос: против кого готовятся сражаться авы? Против Зверя? Но это всего лишь персонаж старинной легенды. A если и существовал когда-то такой Зверь, то он тысячелетия провёл в толще скалы без пищи и давно умер. Гораздо большую опасность представляли два противоборствующих лагеря, на которые разделились авы.
– Месье Найт? – Мадам Лафурж протянула ему две палки-посоха. – Сегодня мы тренируемся в искусстве эскрима. Это филиппинское боевое искусство, которое для наших целей я несколько… аx, как бы это сказать?… mоdifiè – изменила. Желаете попробовать? Mы как раз повторяем основы. В человеческом облике. В данный момент вас это устраивает, n’еst pаs?[2]
Кендрик кивнул. Почему бы и нет? В конце концов, он пришёл сюда не только для того, чтобы смотреть.
Рубашка прилипла к спине Кендрика. Глаза заливало потом, руки отяжелели, как неделю назад, когда он летал. Даже ветер, овевающий поляну, не приносил прохлады.
– Trеs biеn! – похвалила мадам Лафурж.
Она шла вдоль ряда и подбадривала бойцов. Неважно, кто оказывался перед ней – Чёрные или Белые.
– Ну как, порезвился? – услышал Кендрик знакомый голос.
Айви.
– Как тебе понравился первый урок?
Кендрик вытер пот со лба. Усталый, но счастливый, он обернулся.
– Очень понравился. Конечно, до Сиенны мне далеко, но…
– Да, да, Сиенна великолепна. Она лучше всех. – В голосе Айви звучало раздражение. – По крайней мере, в эскрима. Или айкидо и карате. Неудивительно, ведь она постоянно тренируется с мадам Лафурж. A должна бы поработать над техникой полёта. Тогда у неё был бы шанс против меня. Может быть.
Кендрик уже собирался спросить, что она имеет в виду, когда голос мисс Боксворт эхом разнёсся по лугу:
– Авы!
Все поспешили к ней и встали полукругом перед учителями.
– Благодарю вас всех. A теперь возвращайтесь по домам и…
– …летим бодро! – прервала её мисс Харт. – Те, кто в состоянии, могут принять птичий облик. Кто не в состоянии… – Она бросила на Кендрика сочувственный взгляд и пожала плечами. – Будет вынужден идти пешком. Вперёд!
Взвихрились перья, и в сумрачное вечернее небо ворвалась стая хищных птиц. Кендрик крутанулся на месте. Бессмысленно тратить время на попытки обернуться соколом. С этим ему предстояло разобраться в спокойной обстановке. A пока в человеческом обличье он промчался мимо пруда Пиллрой и скрылся в подлеске. Через минуту он переправился через поток и направился на юг. Если он правильно запомнил, то идти надо по тропинке через густые заросли орешника. Чуть позже он оставил лес позади и побежал по лугу в сторону замка Авельстон.
Далеко впереди он узнал Айви по красным перьям на голове. У неё за спиной летел ястреб-перепелятник. Сиенна. Но Айви всего лишь дразнила соперницу, это было очевидно. Без особых усилий она выполнила эффектную посадку. Сделала вызывающе большую дугу и элегантно приземлилась на деревянную крышу бастиона.
Не останавливаясь, Кендрик запрокинул голову, чтобы посмотреть на приближающихся ав. Как бы ему хотелось быть с ними! Когда-нибудь он тоже будет радостно свистеть, распушит перья, расправит крылья, поточит клюв.
Замедлив шаг, Кендрик шёл и слушал их радостный клёкот. Они смеялись. Не над ним. Просто смеялись, потому что небо было таким бескрайним, а луга такими зелёными. Они смеялись, потому что ветер свистел и играл с ними. Потому что Земля вращалась. Потому что они были авами.
И Кендрик докажет, что он один из них! Он снова полетит над рекой Лэтфолд вместе с Айви, к мельнице и дальше. Но почему, думая об этом, он видел мысленным взором не ястреба с красными перьями на голове, а перепелятника с янтарными брызгами в глазах?
Глава 13
– Уходишь? Опять? – Отец Кендрика выглянул из ванной.
Прыгая на одной ноге, Кендрик надел второй ботинок.
– Да, выйду ненадолго.
Он взял с вешалки лёгкую ветровку. С пятницы погода постоянно менялась. Частенько принимался накрапывать дождь, и было едва ли теплее пятнадцати градусов. И это в конце мая! Лишь через неделю, после каникул, синоптики обещали устойчивую погоду, солнце и летнее тепло.
Летнего тепла Кендрику очень не хватало! Он так и не научился менять облик по своей воле. Чёрные уже ворчали, что мисс Боксворт что-то напутала. Даже некоторые Белые смотрели на него с подозрением. Тем не менее ни Айви, ни Скарлетт, ни Келли, ни Беатрис не дали ему никаких советов. Это было против правил.
Айви на этой неделе он почти не видел. После занятий она помогала родителям в деревне, готовилась к субботнему празднику. Три из четырёх её сестер вместе отмечали дни рождения. Миллисент исполнилось шестнадцать лет, близнецам Линде и Лорейн – семь. Клэр в январе исполнилось десять, и она с нетерпением ждала сентября, чтобы начать учёбу в школе Маунт-Авельстон. Кендрик даже не знал, что у Айви есть сёстры! Вот насколько он сосредоточился на себе после переезда. Стыдно вообще-то.
– Ты почти не бываешь дома, – прервал его размышления отец. – У тебя появились друзья, и это прекрасно. Рад за тебя. Мне просто интересно, хватает ли у тебя времени на уроки? – Судя по выражению лица, ответ ему был известен.
Кендрик попытался рассеять подозрения.
– Всё в порядке.
– У мисс Уинтерботтом более критическое мнение. Возможно, она немного перегибает палку, но, как я понимаю, ей не слишком понравилось твоё сочинение. Она считает, что ты поверхностно изучил текст.
В жизни было кое-что важнее, чем английская литература. И мисс Уинтерботтом, одна из Белых, должна бы это понимать. Отцу он этого объяснить не мог. Ведь тот ничего не знал об авах. И не должен узнать. Кендрик запнулся. Отец как-то странно одет или ему кажется?
Светло-голубая рубашка, тёмно-синий галстук, брюки тёмно-синие, почти чёрные, а в руке сложенный зонтик. Синий. По крайней мере, переброшенная через другую руку куртка была чёрной.
И что это за едкая вонь? Отец обчистил парфюмерный магазин?
– Ты куда-то собираешься?
– Я спросил нескольких коллег, не хотят ли они прогуляться до Авельстона и потом зайти к нам. В итоге согласилась только Пенни.
Интересно, кого он приглашал? Мистера Фикачу, который никогда никуда не ходит?
