проинструктировал его о ценности молчания.
Я слушала Гермиону, трещавшую без умолку об учебном годе. Я заметила, что она избегала любой темы, которая включала в себя опасность. Она не упомянула того, что я убила парня на дуэли, или о смертях Пожирателей Смерти на каникулах.
Как Министерство объяснило атаку на поезд? Что им сказала Гермиона?
Когда, сорок пять минут спустя, наконец, наступила тишина, я все-таки спросила:
— Куда мы всё-таки направляемся?
— Ла Лонд-ле-Мор, — ответил мистер Грейнджер. — Это прибрежный курорт в юго-восточной Франции, на французской Ривьере. Ты когда-нибудь плавала под водой с аквалангом?
— Нет, — призналась я.
— Ну, там есть подводное плавание с трубкой и виндсёрфинг, пляжи и сад с тропическими птицами. Мы посетим некоторые виноградники.
— Тейлор не будет пить, — вмешался Люпин. — У меня предчувствие, что никому из нас результат не понравится.
— Она американка, — торопливо сказала Гермиона. — И они немного более щепетильны в отношении алкоголя.
Волновался ли Люпин, что я могу пырнуть кого-нибудь ножом, если напьюсь?
Он не знал, что в пьяном виде меткость моя стремится к нулю — одна из причин, почему я редко выпивала, когда жила в своём прошлом теле. Тот факт, что я была несовершеннолетней, вообще не играл роли. Тем не менее, я показала ему язык. Он ухмыльнулся в ответ, и улыбка на мгновение заставила его выглядеть не таким болезненным.
Может, из этого и выйдет что-то хорошее.
После короткого обдумывания, я сказала:
— Но у меня нет купальника!
— Мы купим их, когда доберёмся туда, — ответил мистер Грейнджер. — В любом случае, Гермиона за прошлый год очень выросла, так что сомневаюсь, что её старый купальник будет ей по размеру.
Я была меньше Гермионы, и подозревала, что никогда не стану высокой. Я не видела никого из родителей Милли Скривенер стоя, но всё равно они не выглядели особенно высокими.
На мгновение мне стало интересно, как Люпин будет оплачивать покупки. Из того, что я знала, за головы убитых мной Пожирателей Смерти была объявлена награда, или, возможно, Дамблдор платил из собственного кармана.
В любом случае, у меня имелись кое-какие идеи насчет того, как Люпин смог бы использовать магию, чтобы подзаработать в магловском мире, и я поделюсь с ним, когда мы останемся наедине.
Теперь моим единственным беспокойством оставалось то, как я буду прятать палочку на пляже. Можно ли уменьшить палочку?
Не мою, конечно, но одну из тех, что я украла?
Тем не менее, в кои-то веки расслабиться на песке, не беспокоясь о том, что наступит конец света… Хорошо!
Глава 62. Коробка
Я натянула на себя прежнюю личность словно пальто, переставшее сидеть по фигуре. В первый год в Хогвартсе требовалось всегда быть начеку, держать дистанцию между собой и всеми остальными. Я создала себе образ опасного и умелого человека. Я и в самом деле такой была, но только этим всё не ограничивалось.
Поначалу я тревожилась насчёт возможных нападений, но их так и не случилось, лето шло, сковывавшее меня напряжение понемногу отпускало. Я никогда не расслаблялась полностью. Мысль о том, что Пожиратели могут выжидать середину лета, чтобы напасть, посещала меня неоднократно.
И всё же ничего не случилось.
Просто лежать на пляже и наслаждаться моментом было потрясающе, иногда я развлекалась, организуя под водой, там, где их никто не видел, сражения между крабами.
Если бы я осталась в своём мире, то никогда не получила бы подобных впечатлений. Там я неотрывно работала бы, исправляя ущерб, причинённый Сыном моей Земле; если, конечно, все населявшие её люди просто не разбежались бы. Даже не случись нападения Сына, всё моё время отнимала бы работа на Протекторат. Даже если мне разрешили бы отправиться в колледж, летнее время было бы заполнено работой. Несколько месяцев просто расслабляться и отдыхать у меня не получилось бы никогда.
Если не вспоминать о том, что я, наверное, никогда не увижу снова никого, кто был мне дорог в прежней жизни, то я сочла бы происходящее раем. Впервые за долгие годы я смогла расслабиться и просто побыть ребёнком.
Я проводила дни с Грейнджерами, а ночи — в тренировочных боях с Люпином. Он был намного лучше, чем ученики, с которыми я сражалась, и проигрышей с моей стороны было больше, чем побед. Я не мухлевала, потому что здесь, в тиши, я могла позволить себе проиграть. Мне не надо было поддерживать репутацию, и провал не заканчивался тем, что я оказывалась в ещё большей опасности.
Я наконец-то могла немного расслабиться и на самом деле побыть собой.
Я свободно смеялась и играла, и была ребёнком, побыть которым у меня не было шанса ещё тогда, когда я в первый раз проходила всё это. Мне должно было быть скучно — большинство подростков обнаруживают, что проводить время с детьми утомительно. Но Гермиона не была обычным ребёнком, а Грейнджеры оказались по-настоящему интересными людьми.
Они водили нас в действительно интересные музеи и показывали места, которых я никогда ранее не видела.
На пляжах во Франции девушки ходили с обнаженной грудью, и это шокировало, хотя Гермиона, вроде бы, не обращала на это внимания, так что я предположила, что она уже встречала такие порядки. К счастью, хождение топлесс не было обязательно, чему я была несказанно рада.
У Гермионы даже прекратились кошмары по ночам. Несомненно, нападение Пожирателей Смерти повлияло на неё сильнее, чем я думала, потому что первую пару недель я слышала, как она стонет во сне. Со временем ночные кошмары стали не такими частыми, а к концу месяца исчезли.
* * *
— По крайней мере на нас не напали на платформе, — прошептала я Гермионе.
Она сидела в купе в середине поезда, вместе с Невиллом, и Милли, и Гарри. Трейси не появилась.
— Министерство ужесточило меры безопасности в этом году, — ответила Гермиона. — Неудивительно.
Авроры в первом и последнем вагонах, и ещё два, едущие на крыше, явно пребывали настороже. Мне стало любопытно, не принимали ли они перцового зелья или стимуляторов иного рода.
— Пожиратели Смерти вели себя тихо всё лето, — отозвалась я. — Вероятно, перегруппировывали силы и
