от тысячи голосов. Они звали её отовсюду, раздирая её на части. Она распадалась на множество существ и теряла себя, постепенно растворяясь во тьме, а эта тьма являла собой бесконечность, наполненную эхом бесчисленных голосов. Её спасло только то, что один из голосов зазвучал чётко и ясно. Он перекрыл остальные и, пробившись к сознанию Ариэны, вырвал её из удушливой копошащейся тьмы.
«Заставь их замолчать! – услышала она голос Дамеи. – Это они должны тебя слышать. И слушать. Ты должна подчинить их себе…»
«Я не Маттар…»
«Вот именно. Но в тебе теперь почти вся её сила. Самоуверенное дитя, ты думала, так просто управлять ими? Ты должна подчинить их себе, иначе они тебя погубят. Я помогу тебе. Я и Фиола».
Когда два дружественных разума прикоснулись к сознанию Ариэны, она почувствовала себя лучше. Втроём они заставили этих ревущих демонов замолчать. Потом аранхи вышли из глубокого контакта с Ариэной, оставив её наедине с детьми Маттар. Ариэна поняла, что чудовища слышат её. Она ощущала их смутное недовольство и готовность к бунту, но, собрав волю в кулак, она подавила этот готовый вспыхнуть бунт. Теперь уже сама. Теперь, когда железные демоны ей подчинились, она могла им приказывать.
«Ты должна представить себе то место, где хочешь их собрать, – подсказала Дамея. – Но надо, чтобы им тоже было знакомо это место. Или хотя бы некоторым из них, а уж они позовут остальных. Между всеми этими братьями очень прочная связь. Пошли им мысленную картину, и скоро они будут там, где тебе надо. Передвигаются они быстро, ты же знаешь».
«Где бы их собрать? – лихорадочно размышляла Ариэна. – Желательно в каком-ни6удь таком месте, которое люди обходят стороной. Мёртвый лес и его окрестности… Точно! Дети Маттар знают эти края, а людей там не бывает».
Отправив своим «приёмным детям» мысленное послание и убедившись, что они всё поняли, Ариэна опустилась на покрытую жухлой осенней травой кочку. В нескольких шагах от неё неподвижно сидела огромная черная паучиха. Глаза её были закрыты.
«Поразительная дерзость! – услышала Ариэна ворчливый голос Фиолы. – Ты не боишься, что твоя самоуверенность когда-нибудь тебя погубит? Хорошо, что мы успели вовремя и помогли тебе, несносное дитя!»
«Почему ты не попросила о помощи?» – с упреком спросила Дамея.
«Подумала, что справлюсь сама. Я же теперь сильнее, чем раньше. Я была на островах и неплохо овладела магией тумана. Я даже считаюсь избранницей тамошних богинь. Я знала, что вам это не понравится, потому и не решилась к вам обращаться. Тем более с просьбами…»
«Лучше рискнуть своей жизнью, – ехидно заметила Фиола. – Своей единственной и неповторимой личностью. Ведь жизнь человека – это жизнь одной личности, и он не способен передать потомкам даже свою память. Разве что частично – в книгах, но они часто горят, а ещё чаще намеренно уничтожаются самими же людьми… Мне всегда было трудно вас понять, но я сейчас не о6 этом… Ариэна из 3елёного Ура, ты только что едва не погибла. Ты слишком много на себя взяла. Мы, аранхи, знаем, что такое связь с многочисленными братьями, но ты не нашего роду-племени. Тебя это могло убить. И ты по-прежнему в опасности. Помни, они не должны выходить из повиновения, а ведь они чувствуют, что ты не Маттар. Тебе гораздо трудней ими управлять. Скажи мне, дитя человека, почему ты так бездумно рискуешь своей жизнью?»
«Иногда просто некогда раздумывать».
«Я уже поняла, что на неё бесполезно сердиться, – сказала Дaмея. – Но я не могу её бросить. Даже когда она делает то, что не следует…»
«Я делаю то, что должна, – возразила Ариэна. – И я не предаю тебя, даже когда использую магию тумана. Я не причиняю этим вреда ни тебе, ни твоим соплеменникам. Арилланы – не враги аранхам. Для вас опасен лишь мертвый арилл. Теперь я знаю причину вашего страха перед туманом и перед теми, кто его порождает. Вы унаследовали этот страх от своих земных предков, а они были завезены сюда на лиммеринских кораблях. Островитяне терпеть не могли этих огромных шестилапых пауков. Они называли их раханами. Эти пауки постоянно портили запасы рыбы. Возможно, они продолжали заниматься этим и
здесь, на материке – в придачу к охоте, но у нас тут паукам прощалось всё, а рыболовство у нас никогда не было основным промыслом. А вот лиммерины старались избавиться от раханов. Они травили их мёртвой водой. Её главным составляющим был порошок из мёртвого арилла. Позже лиммеринские колдуньи изобрели свою мёртвую воду и для её изготовления тоже использовали этот порошок. Это ужасное зелье. Оно убивает магию и особенно опасно для тех, кто владеет магией паутины. Ну и для самой паутины, разумеется. И для вас, аранх. Потом рецепт этой воды забыли… Почти забыли. Его мало кто знает».
«А откуда его узнала ты?»
«Из одной древней книги, которую нашла в замке Ди-Милона. Кое-кто из моих новых друзей помог мне её перевести. Ваш страх перед ариллом – наследие ваших далёких предков, просто вы о6 этом не помните… Да, несмотря на вашу потрясающую память! У каждой из вас есть память предшественниц, но ведь ты сама говорила, что, чем древнее предшественница, тем глубже запрятана её память и тем трудней до неё добраться. А сознание ваших земных предков было темно. Они были полуразумны. Вы обладаете высоким разумом за счёт своих небесных предков, но вы ведь даже о6 их жизни почти ничего не помните. Этот древний страх перед ариллом до сих пор живёт в вас, хотя вы давно уже забыли о том, что его породило. Вы ведь даже не знали о том зелье, которое лиммеринские колдуньи использовали против вашей магии. Рецепт мёртвой воды всегда был известен лишь единицам, и использовали его редко. Похоже, избранницы аранх, которые пострадали от мёртвой воды, даже не понимали, что убило их магию».
«Да, мы не знали об этом зелье, – сказала Дамея, – но мы, аранхи, всегда чувствовали исходящее от арилла зло. Когда я вижу заросли арилла или туман над морем, мне кажется, что я ощущаю запах смерти…»
«Живой арилл и туман, который он порождает, для вас безвредны. А мёртвый он опасен лишь в течение месяца после того, как утратил жизненную силу. И этот мёртвый арилл почти весь на дне моря. А для того, чтобы причинить вам вред, из него надо изготовить это
