Под ногами метров двести пустого пространства. Ниже — разбитая улица. Вверху ещё шныряют, ревя во всё турбины, планеры. Паут полетел к другому соседнему нетронутому зданию и хотел было опуститься на террасу. Но едва коснулся площадки, понял свою роковую ошибку. Это продолжалось не более 50 миллисекунд — столько времени его разделяло до смерти. На террасу была кем-то сброшена мина. Может быть, с неба просто рухнула, не подорвавшись. Но, учуяв движение, мина активировалась и взорвалась моментально.
Звука не было. Паут нашёл это странным. Возможно, звук был и был оглушительным, но он его не успел услышать. Паут успел лишь заметить обжигающую, слепящую вспышку. Инстинктивно он закрыл руками глаза и неожиданно понял, что падает с двухсотметровой высоты. Впрочем, ему было не до этого. Его утешало одно обстоятельство, что, не смотря на многочисленные потери, его эскадрилья устояла, и в принципе, в последние минуты боя, справилась без него. До прихода войск подкрепления оставались какое-то две минуты…
Тело раздирала жуткая боль. Ему даже казалось, что его разорвало на части и последними импульсами мозга он это ощущает.
И стало вдруг темно и тихо вокруг…
Паут не знал, что включённое антигравитационное поле комбинезона не позволило ему разбиться, и на последнем издыхании комбинезон автоматически выровнял падение и пытался спасти раненого майора, используя свои встроенные медицинские возможности на пределе. Он также не догадывался, что его сразу подобрали местных жители, сурийцы, узнав в нём своего спасителя — укрыли его от опасности: от падающих на улицы осколков и ошмётков зданий, блуждающих зарядов и бродячих, но вооружённых, пилотов. Даже пытались его спасти, отдавая свои последние запасы медикаментов (во время бомбардировок было много раненных). Он находился без сознания всё это время. И когда подоспели миротворцы, местные жители, не теряя минуты, передали израненное тело альверца им. Он не знал, что потерял ногу — её оторвало взрывом, что руки и всё тело его было искалечено и страшно обожжено. Более-менее целым и невредимым оставалось всё, что находилось выше груди: плечи, шея, голова. Он еле дышал. Пульс с трудом прощупывался. Он был на грани. Скорее даже за гранью.
Но его вытащили оттуда.
Когда он пришёл в сознание, его уже встречали как героя. Были и те, кто выжил из его эскадрильи. Они-то и рассказали все подробности. Рассказали также, что было дальше…
Анеско на следующий день сдался на милость победителям. Впрочем, у него другого варианта не было. Бежать ему из Федерации было не куда, а сопротивляться дальше становилось бессмысленно.
Смысл его атаки на Сурию был весьма завуалирован. Не понятно, что он хотел этим доказать? Если бы он сравнил Сурию с землёй, чем бы это ему помогло? Ведь Федерация не потерпит такой агрессии, рано или поздно накажет преступника.
Его государственное образование прекращало существование. Оно уже становилось недееспособным, так как теряло все свои территории, из-за политического мандата государства Сурии. Сам генерал Анексо как руководитель государства оказался на смертном одре. Возможно, это послужило предлогом, для огненной мести. И подчинённые его, понимая обречённость ситуации, выполнили безжалостный приказ правителя — уничтожать все здания противника с мирными жителями в них.
Кстати, им удалось разрушить сотни высоких зданий и небоскрёбов, погубить не меньше 3 тысяч мирных жителей. Но если подумать, чтобы было бы, не защити их там самоотверженно Паут Воэ с его немногочисленной эскадрьей планеров город, то данные потери можно было бы смело увеличить в десятки, а то и в сотню раз.
После этого события, жизнь Паута Воэ резко изменилась и отношение к нему стало иным.
Глава 17
Виктория очнулась.
Нет. Ей не привиделось. Иностранец был в её комнате. В её комнате! Как он сюда проник? Взглд блуждал по комнате. Через форточку? Нет. Невозможно — четвёртый этаж всё же. Открыл двери ключами?.. Откуда взял ключи? Соседка дала? Нет, не могла — она сейчас далеко. У коменданта взял? Или… может, украл?..
Иностранец стоял возле неё. Он повернулся к окну и выглядывал на улицу. По улицам шумно пронеслась милицейская машина.
Вика лежала на своей кровати и кроме головы, у неё почему-то ныло всё тело. Она испуганно заморгала глазами. Похоже, он почувствовал, что она очнулась, повернулся, приятно улыбнулся и сказал по-английски:
— Виктория, прошу прощения за вторжение. Но мне нужно где-нибудь остановиться до вечера. Меня ищут…
Конечно, тебя ищут! Но как ты, чёрт побери, сюда проник?!
Она истошно завизжала, надрывая глотку. Потом прокричала: 'Спасите! Помогите! Он здесь!!', бешено задёргалась в кровати и обречённо глянула на своего внезапного гостя…
Паут Воэ явно не ожидавший такой реакции удивлённо смотрел на неё.
— Поймали! Поймали! — раздались радостные вопли Порешко.
Он без стука забежал в кабинет майора милиции Антона Викторовича и не застал его там. Николай расстроился. Но не огорчился. Побежал дальше по коридору, искать своего начальника.
Тем временем Антон Викторович сидел в кабинете начальника отдела милиции, полковника Утёсова и ждал возвращения Малинина со своей группой с задания.
Конечно, надо было ему двинуться на оперативный захват преступника, не слушать убеждения полковника Малинина, что всё пройдёт гладко, без задоринки, и что они, ФСБ не нуждаются в его помощи. Но тут пришёл начальник отдела, Утёсов и потребовал отчёт. Пришлось остаться… Хотя мог сослаться на экстренность, на необходимость присутствия при захвате особо опасного преступника.
Лейтенант Петров сидел рядом, по-соседски поглядывая на хмурого майора. Роль Петрова здесь была не существенна. Собственно, никто в нем больше не нуждался. Иди и командуй своими бойцами уличного патруля. Своё дело ты сделал. Молодец! Теперь черёд за операми и 'бастионцами', местным ОМОН — словить негодяя, посмевшего драпануть из СИЗО посреди ночи. Да и ФСБ тут сбоку к ним прилипли. Так что справятся. Должны!
То, что его обнаружили так скоро и так внезапно, не подошло ещё время к обеду — а он уже объявился, это повергло в изумление всех, включая полковника Малинина и его, Антона Викторовича. Думали, ошибка, обознались, ложная тревога. Но вот уже несколько звонков поступило на дежурную часть и все из одного общежития недалеко от улицы Боровой, от места ночного происшествия, словно сговорились. Ну, дело понятное, обманом не пахнет — немедленно направили патруль, кто был поблизости, к общаге, чтобы оцепили все входы, выходы и никого не выпускали и не впускали. 'Ну, хоть сейчас-то он не сбежит?..' — всё же беспокоился майор.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
