Он вёл майорский планер высоко над зеркалом синего моря, в стратосфере планете, подлетая к большому раскинутому на весь залив изумрудному городу.
Город был величественен. Неописуемо красив. В небо взметались огромные небоскрёбы, за которыми не было видно ни ближайших холмов, ни дальних гор. Уникальной особенностью города были его многоуровневые террасы, на которых росли деревья, зелённые кустарники, цветы и пальмы. На каждом здании было несколько таких изумрудно-зелённых террас. Самой большой по площади была верхняя, на крыше небоскрёба. Сам город из себя представлял огромное, широкое бугристое плато с изломами, поднимающееся на 500, а то и выше, метров.
Если приглядеться, то на террасах можно обнаружить зеркала малых озёр, водных сооружений и маленьких, размером с точечку, людей. Завидев приближение эскадрильи Паута, чёрные точки метнулись врассыпную. Видимо, приняли за противника.
— Сколько нас? — мысленно спросил Паут у Алекса, своего адъютанта, через военную связь.
— 612 планеров, — быстро отозвался тот.
— Противника видно?
— Локатором засекаем.
— Сколько?
— Пока насчитали более 5 тысяч планеров и тысячу тяжёлых бомбардировщиков, — ответил Алекс, следовавший на незначительном удалении от майорского планера.
— Мда… — проговорил Паут. — Не легко нам будет.
— Прорвёмся! Не впервой! — оптимистично и весело отозвался Алекс.
На Альфа-Арвус они находились более 2 месяцев. Командование их специально сюда заслало, для наблюдения за порядком. Спорные разногласия Сурии и генерала Анеско за колониальные территории в звёздной системе грозили потерей баланса мирных переговоров и соответствующими беспорядками. Майор Паут чуял зарождение вооружённого конфликта. За долгие беспокойные годы у него выработался своеобразный нюх на такие вещи. Вот он и предложил свою кандидатуру в качестве представителя миротворческих сил Альфа-Арвуса. Зная хороший опыт майора, командование решилось без промедления. Эскадрильи, размером чуть более в 600 планеров, посчитали достаточным для контингента миротворцев на планете. Две недели назад всё казалось разрешиться мирным путём и вооружённого столкновения по убеждению многих можно будет избежать. Но не смогли. Затянувшийся процесс вывел из себя генерала Анеско и он решил наказать своего обидчика — напасть на город.
О скоплении военных кораблей на орбите планеты Пауту сообщили незамедлительно. Майор сразу догадался, что не спроста на орбите зависли войска Анексо, это не устрашение и не запугивание. Это подготовка к вторжению!
Тогда он и рванулся с базы в город Сурию.
То, что этот красивый город с его мирными жителями через пару минут будут безжалостно бомбить, Паут не сомневался. Он со своими ребятами-бойцами подоспел вовремя. Все начали замечать, как в синем безоблачном небе появляются чёрные точки — из пространства космоса орбиты в атмосферу планеты врываются первые бомбардировщики противника.
Далёкое командование, понимая сложность и некую бессмысленность попытки сопротивления, дало распоряжение не вступать в вооружённое столкновение и перебазироваться как можно подальше, дабы понапрасну себя не губить. Проще говоря, отступить. Но Паут Воэ чхать хотел на такое распоряжение. Если он драпанёт прочь, то его просто не поймут сослуживцы. Плевать, что у противника многократное преимущество. Это только повышает адреналин, бешено разгоняет кровь по венам. У них есть одно неоспоримое преимущество — они раньше воевали, они знают, как нужно воевать. А вот войскам Анеско удавалось воевать только на тренажёрах, в виртуальных мирах. А это разные вещи!
Создать наземное наблюдение они не успевают. Времени в обрез. Поэтому командовать боем придётся из своего планера, одновременно управляя им. Что хорошо — Паут будет рядом с бойцами, в гуще сражений, это повышает боевой дух пилотов. Плохо, что два дела сразу выполнять тяжело. Если на хвост 'ляжет' вражеский планер, которого 'не встряхнуть', то командовать станет невозможно, всё внимание перейдёт на сохранение своей жизни. А терять драгоценные секунды командования во время боя, да ещё неравного, весьма катастрофично.
— Что ж, — вздохнул майор, предчувствуя грядущую ожесточённую схватку, — активность номер один! Мы принимаем бой!
Все командиры групп доложили о полной боевой готовности.
Эскадрилья билась на 16 групп-звеньев по 30–40 планеров в каждой группе. У каждой группы был свой командир.
Перед взглядом майора возникла трёхмерная голограмма местности с обозначением всех 612 планеров в виде ярких круглых точек и многочисленных маленьких треугольников боевых единиц противника, роем надвигающего на них. Голографическая картина формировалась согласно данным уже установленных зондов по территории Сурии. Ага! Видно как противник, заметив их, разбивается на две группы — основную атакующую в лоб и вторую группу обходящую с фланга.
— Усилить левый фланг. 3 и 5 группа полностью прикрываете фланг… Алекс и Ромер, во время командования прикрываете меня.
— Есть! — одновременно отозвались адъютанты.
'Понесласть!' — мысленно себе скомандовал Паут и двинулся в атаку.
Возможно, противник не ожидал такого яростного сопротивления. Приободрившись тем, что его силы в десяток раз превышают силы миротворцев, Анеско не счёл нужным обращать внимание на препятствие, возникшее на пути, в предположении, что 'препятствие' живо падёт от их мощи и натиска. Зря!
Первые три минуты сражения показали — миротворцы не оступятся, и сломить их быстро не удастся. За первые три минуты противник потерял сразу две сотни бомбардировщиков и более пятисот планеров. Бой разгорался не шуточный. Противник атаковал жёстко, порывисто, но не менее жёстко и стремительно отбивала атаки эксадрилья 'Дьявольских ястребов'.
Паут с трудом успевал уворачиваться от подбитых и разрывавшихся на мелкие осколки планеров, от выпущенных мин, пытающихся защепиться за борта майорского планера, от воздушных ям, возникших от высокого давления ударной волны. Его швыряло из стороны в сторону, некоторые осколки всё же попадали по корпусу, с яростным шумом ударяясь об металл, пробивая экранную защиту. Пара мелких осколков звонко царапнуло кабину, образовав на стекле свежие отметины. Паут, охваченный жаром боевого восторга и нестерпимым желанием крушить вражеские машины, рвался напролом, непрерывно выдавая смертельные заряды из двух своих мощных орудий, швыряя и разбрасывая минные отражатели, которые тут же врывались, отталкивая взрывной волной налетающие заряды и мины. Майор выдавал вираж за виражом пытаясь попасть в гущу шнырявшей техники, где плотность вражеских единиц наиболее высока. Ромер и Алекс кое-как поспевали за командиром. Он шли сбоку, огибая грузные, подбитые, обречённо падающие бомбардировщики, шли вровень, но всё равно с трудом поспевали.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
