Однако сейчас было не самое подходящее время предаваться воспоминаниям о прелестях Антуанетты Дюпре.
– Итак, она поскакала одна? – заметил он.
– Да, хозяин, – прошептала Мэри в ожидании дальнейших указаний.
– В таком случае либо она очень смела, либо очень глупа. Сэр Джеймс – давний друг моего отца. Он никогда не будет на ее стороне против меня. И он тоже недолюбливает лорда Эпплби, точно так же как и мы. Пока его положение не скомпрометировано и он у власти, я в безопасности.
Гейбриел оглянулся вокруг в поисках полотенца. Мэри поспешно подала его.
– Когда она выехала? – спросил он, вытирая руки и лицо.
– Недавно, – разочарованно отозвалась Мэри, как будто она ожидала от него другой реакции, и без особой надежды в голосе прибавила: – Вы еще можете догнать ее и остановить.
Гейбриел помотал головой.
– Нет никакого смысла, – ответил он.
Пусть скачет к сэру Джеймсу, пусть изматывает себя в бесплодных попытках арестовать его, Гейбриела. Все равно это не принесет ей никакой пользы. Однако ночью, когда она будет беспокойно ворочаться с боку на бок в постели, он совершит к ней очередной визит. Если мисс Дюпре полагает, что от него можно так просто избавиться, она ошибается, и он с превеликим удовольствием развеет ее заблуждения.
– Вы опять улыбаетесь, – с подозрением сказала Мэри. – Непонятно, почему вы улыбаетесь, хозяин.
– Ничего особенного, Мэри. Сегодня замечательная погода, я у себя дома, в Уэксмур-Мэноре, который так люблю.
Мэри насупилась, но Гейбриел даже не попытался утешить ее или развеселить. Мысленно он уже витал в облаках.
Глава 8
Поездка на свежем воздухе взбодрила Антуанетту, ее щеки раскраснелись, а глаза лучились от удовольствия. У себя в загородном доме она ежедневно по утрам совершала верховые прогулки, которых ей очень не хватало, когда она приехала в Лондон.
Нет, она вовсе не была прекрасной наездницей, Сесили намного лучше ее держалась в седле, но Антуанетту манили просторы лугов и полей, она любила красивую природу, а кроме того, во время прогулки она обыкновенно обдумывала предстоящие дела по дому и хозяйству.
Но сегодня она целиком сосредоточилась на встрече с судьей, обдумывая, как ей лучше всего изложить свое дело. Антуанетта была не настолько глупа, чтобы не понимать, что ее словам сэр Джеймс Тревелен может и не поверить, хотя она надеялась, что слухи о ее испорченной репутации еще не достигли захолустного городка. Конечно, обязанность судьи как следует вникнуть в поданную ему жалобу.
Может быть, этого хватит, чтобы напугать грабителя и, как знать, самого лорда Эпплби.
Ей необходимо было выиграть немного времени, чтобы выбраться отсюда, вернуться в Лондон и с доказательствами, содержащимися в письме, разоблачить Эпплби. Возможно, ее визит к судье будет первым шагом на пути к достижению тех целей, которые она поставила перед собой.
Дом сэра Джеймса Тревелена по размерам заметно уступал Уэксмур-Мэнору и был, очевидно, не менее стар, чем главное здание поместья. Она увидела выщербленные временем и непогодой стены из серого известняка, покрытую лишайником черепицу на крыше – дом мрачно возвышался над Антуанеттой, пока она, спешившись, привязывала лошадь к коновязи у дверей дома. Общее впечатление немного смягчал плющ, взбирающийся на фасад.
– Сэр Джеймс вам назначил встречу? – спросил слуга, открывший двери, с явным намерением в случае отрицательного ответа не пускать посетительницу дальше порога.
Но Антуанетту было не так просто остановить.
– Нет, но я полагаю, что он примет меня, – решительно заявила она, обычно довольно мягкая в обращении, и, не колеблясь зашла внутрь.
Застигнутый врасплох слуга пропустил ее в приемную, а затем пошел известить о ее приходе судью. В приемной на стене висело огромное зеркало, в котором гость мог увидеть себя почти во весь рост. На Антуанетту из зеркала смотрела симпатичная молодая женщина в очках, с гладко зачесанными волосами, одетая в темно-фиолетовую амазонку. Ее щеки разрумянились от быстрой езды. Как отметила про себя Антуанетта, вид у нее был вполне приятный, особенно для женщины, которая плохо выспалась. Дело в том, что она почти всю ночь вертелась с боку на бок, пока у нее не созрело единственно правильное решение: для того чтобы избавиться от налетчика с большой дороги, его надо арестовать.
Он был опасен для нее. Он работал на лорда Эпплби, искал для него письмо, хотя в его высокой широкоплечей фигуре было что-то необъяснимо притягательное и волнующее. Этот грабитель вызывал у нее, как у женщины, странное чувство собственной слабости. Пока он находился рядом с ней, она забывала об окружавшей ее опасности, реальным воплощением которой как раз и являлся он сам. Забыв об осторожности, она начинала вспоминать его поцелуи, хриплый волнующий тембр его голоса. Вчера она едва не утратила самообладание – столь острыми были ее переживания.
Потерять до такой степени над собой контроль – для Антуанетты это было неожиданно.
– Мисс Дюпре?
Перед ней стоял сэр Джеймс Тревелен, худощавый, среднего возраста мужчина с темным от солнца лицом.
Вопросительный взгляд его серых глаз и улыбка вызвали у Антуанетты доверие. Виной всему было ее одиночество и чувство беззащитности, однако желание поделиться своими бедами с первым доброжелательно настроенным человеком было настолько сильным, что она едва удержала свой порыв с ходу излить душу.
Кому, как не ей, было хорошо известно, насколько обманчивой может быть внешность – слишком дорогой ценой досталось ей это знание. Мир, окружавший ее, сколь ограниченным он ни был, таил в себе немало опасностей.
– Сэр Джеймс, благодарю, что вы любезно согласились принять меня. Наверное, я отвлекла вас от…
Он махнул рукой, давая понять, что ей не стоит извиняться.
– У меня всегда есть время для тех, кто нуждается в моей помощи или моем совете. Это мой долг. Так в чем же суть вашего дела? Изложите мне его поподробнее.
– Даже не знаю, с чего начать, сэр Джеймс. Вероятно, мой рассказ шокирует вас.
Судья недоуменно вскинул брови, и улыбка исчезла с его губ.
– Смею уверить, вы смело можете говорить обо всем – ваша тайна не выйдет за пределы этих стен. Конфиденциальность нашей беседы будет соблюдена. Кроме того, уверяю вас: меня не так легко удивить.
– Благодарю вас, сэр Джеймс.
– Пожалуйста, присядьте, мисс Дюпре, и расскажите мне обо всем, что вас тревожит.
Антуанетта присела на край стула и с удивлением заметила, как сильно дрожат у нее колени, однако ее голос звучал твердо и уверенно.
– Два дня назад я приехала в Уэксмур-Мэнор, поместье лорда Эпплби. Не буду вдаваться в причины, побудившие меня стать гостьей лорда Эпплби, это к делу не относится.
