– Игорь, ты извини, что я так активно вмешиваюсь в твои дела, но, как мне кажется, ты и сам не против того, чтобы я помогла тебе найти убийцу… Конечно же, собака действовала по приказу своего хозяина, надеюсь, что ты не станешь этого отрицать, вот поэтому я и составила тебе небольшой такой планчик, благодаря которому мы сможем распутать это дело и, возможно, предотвратим еще одно преступление…
– Еще одно? Что ты имеешь в виду?
– Не что, а кого. Жору Котельникова, вот кого я имею в виду. Он – следующая жертва. Он нужен нам, во-первых, для того, чтобы мы попытались сохранить ему жизнь, ну и, конечно, он мог бы послужить хорошей приманкой для поимки этого ненормального… Согласись, что натравливать собаку на живого человека, да еще и с таким финалом, может только психически больной человек…
– А что за план? Можно взглянуть?
Она протянула ему вырванный из блокнота густо исписанный листок и напряглась, ожидая реакции.
Логинов пробежал глазами текст и пожал плечами.
– Хорошо. Тем более что несколько пунктов твоего плана вполне соответствуют моим: это таксист, Котельников, Волков и кинологические клубы.
– Вот и отлично.
После ужина Игорь прилег отдохнуть, Соня принялась мыть посуду, а Наталия села поиграть на рояле. Открывая черную лакированную крышку, она поймала себя на мысли, что уже забыла, когда играла на нем просто так, для души… И это, очевидно, плата за ее измену музыке. Она ушла из музыкальной школы, бросила своих учеников и занялась совершенно непонятным для нее делом. Зачем? Ради денег? А хоть бы и так.
Она вздохнула и взяла первый аккорд. Си-минор. Шестая ступень, ми-минор… Нагромождение звуков, настраивающих на размышление… И никакой мелодии…
Она играла и думала о том, что испытывали мальчики, когда на них набросилась собака, как вдруг почувствовала рядом с собой чье-то прерывистое хриплое дыхание и какой-то раскатистый, булькающий звук… Она повернула голову, и волосы на ее голове зашевелились: прямо рядом с ней, по левую руку, стоял мощный и свирепый ротвейлер с налитыми кровью глазами и массивным крепким лбом… Темно-коричневая грудь его вздымалась… Он тихо и злобно рычал, словно предупреждая об опасности… Вся пасть его была вымазана в крови…
Руки ее продолжали играть, а глаза, округлившиеся от ужаса, продолжали смотреть на эту страшную зверюгу…
Животное вспотело, от него резко пахло псиной и потом… Черная короткая шерсть лоснилась.
– Чего тебе? – спросила Наталия, содрогаясь при мысли, что ее сейчас раздерут на части… Понимая, что это всего лишь видение, она тем не менее была напугана настолько, что даже не посмела прекратить игру, думая, что стоит ей только убрать пальцы с клавиш, как собака бросится на нее…
Пес вздохнул и улегся возле ее ног. Положил морду на лапы и закрыл глаза. Он устал. Он выполнил свою страшную работу и устал.
– Знать бы, кто твой хозяин… – прошептала она и взяла последний аккорд. Опустила руки на колени и осторожно посмотрела туда, где только что лежал ротвейлер. На паркете виднелось влажное пятно и несколько капель крови.
Она быстро поднялась и выбежала из кабинета.
– Игорь, я только что видела его… Пойдем скорее… Там остались следы…
Логинов, который к тому времени уже крепко спал, подложив под голову газеты, открыл глаза. Он сразу понял, о чем она говорит, встал и, не задавая лишних вопросов, пошел за ней в кабинет. Каково же было его удивление, когда он действительно обнаружил на полу следы мокрых и грязных собачьих лап и следы крови…
– Как ты думаешь, если мы сейчас пригласим сюда экспертов, они смогут взять отпечатки лап с тем, чтобы использовать их в следствии?.. – спросила Наталия, в душе, конечно, уверенная в том, что несет полную чушь.
– Знаешь, раз здесь творятся такие дела, то почему бы и нет? Подожди минуточку, сейчас я позвоню Манджияну и попрошу его заехать за Мишиным… Если бы у него был телефон, то позвонил бы прямо ему…
– Мишин – это эксперт?
– Ну да…
– И что мы ему скажем?
– Скажем как есть… Он надежный парень… Тем более что это он работал на месте преступления и в связи с Германом, и Котельниковым… У него наверняка есть материал по тем следам, которые остались на кладбище… Вернее, кладбищах…
– Я только боюсь, что, пока он будет ехать, все исчезнет… У меня так уже было… А вообще-то, Игорь, мне страшно… Ты себе представить не можешь, насколько мне страшно… Кстати, хотела тебе сказать: на теле Лари следов от кошачьих когтей-то не обнаружили… Чешуя есть, а царапин нет…
– Да уж, с царапинами и вовсе непонятно… В ранках найдены крупицы нафталиновых шариков… Я ничего не понимаю…
– Постой, нафталин? У меня есть одна идея, но только ее надо проверить… Ты все-таки постарайся найти мне всех Берковских… Я не думаю, что их так много…
– Так я звоню Манджияну?
– Звони… Видишь, ничего не исчезает… Хотя все это попахивает сюрреализмом…
– Да Бог с ним, с этим сюрреализмом… Главное – найти хозяина этой собачки…
Но не успел Игорь взять телефонную трубку, как она взорвалась от резкого и настойчивого звонка. В тихой квартире он прогремел как гром. Из кухни выбежала даже Соня.
– Может, это Сережа? – спросила она, и Наталия сразу поняла, что же ее так беспокоило весь вечер: с ними не было Сапрыкина!
– А где он, кстати?
– Я думала, что вы мне что-то скажете… Он не звонил… – Соня была встревожена.
Логинов между тем взял трубку и, послушав, тотчас передал Наталии:
– Сара, – произнес он со вздохом. И сразу же, обращаясь к Соне, ответил: – Сережа занимается поисками Котельникова… Думаю, что он должен скоро вернуться…
Сара сказала, что она едет не одна.
– Умоляю, никуда не выходи из дома. Это очень срочно… – говорила она в трубку. – Мы сейчас будем…
Когда раздался звонок в дверь, Соня как по команде скрылась в своей комнатке, а Игорь ушел в спальню.
Наталия открыла дверь и увидела высокого крупного парня в коричневой замшевой куртке и цветной вязаной шапочке. За ним почти не видно было Сары.
– Ты, конечно, не одна? – Сара протиснулась вперед и, скрестив руки на груди, закатила глаза. – Пора прекращать эти коммунистические замашки… К тебе скоро невозможно будет прийти… для конфиденциальной беседы, в смысле…
– Проходите сразу ко мне в кабинет… Вас никто не увидит…
Сара, как всегда, старалась придать своему визиту особую значимость, а потому напустила таинственности, как всегда, когда речь шла об очередном состоятельном клиенте… Это был не Захарченко, возможно, кровью и потом заработавший свои доллары в далекой Сирии и теперь считающий каждый рубль.
Здесь пахло деньгами, и Наталия это почувствовала. Она понимающе кивнула и помогла клиенту раздеться.
В кабинете, где она для еще пущей важности заперлась, Сара усадила своего протеже на стул и, словно представляя воскресшего из мертвых, произнесла:
– Котельников… – и замолкла, ожидая реакции.
– Жорж? – Наталия сразу же оживилась и даже всплеснула руками: – Это ты? Жорж Котельников? Где ты был? Мы уж думали, что тебя нет в живых!
Он опустил свою рыжую кудрявую голову и всхлипнул, как большой и напуганный ребенок.
Сара широко раскрытыми глазами уставилась на Наталию.
– Ты что-нибудь знаешь о его деле?
– Да его же ищут по всему городу! Где ты его нашла? – обратилась она к Саре.
– Это я ее нашел… – наконец-то Наталия услышала голос Жоржа, – я прятался сначала у Сан Саныча… Вы же знаете его?
– Вы имеете в виду Бедрицкого? – Это был один из ее самых первых и очень влиятельных клиентов. Его рекомендация была гарантией успеха, и практически все знакомые этого крупного бизнесмена успели обратиться к Наталии по самым разным вопросам. И не были, надо сказать, разочарованы результатами ее работы.
Жорж разговаривал с Наталией так, словно понимал, что она в курсе всех его дел. Очевидно, этот мальчик был настолько испуган и так настрадался за эти последние пару дней, что, оказавшись наконец в безопасности, расслабился и был готов просто разрыдаться как ребенок. Фамилии Кауфман, Бедрицкий, равно как Монахов и Зименков, звучали в доме Жоры Котельникова довольно часто. Эти люди принадлежали одному кругу и были как бы единой большой семьей. Когда Жора услышал от Зименкова-старшего о смерти Германа, его отец был в отъезде, поэтому он сразу же поехал к Бедрицкому. Он инстинктивно почувствовал нависшую над троицей Монахов—Зименков—Котельников опасность и решил, что лучше всего переждать тяжелое время у Сан Саныча, который не замешан в этом деле. И, как оказалось, он все рассчитал правильно: уже на следующий день погиб Лари…
