поднимается раздражение. — Хочешь сказать, что я и мой род упадём в грязь лицом перед ними?
— Что? — глаза рыжего распахнулись так широко, что, казалось, вот-вот выскочат из орбит. — Как?
Помассировал виски, пока Смирнов объяснял ему ситуацию шёпотом. Лицо парня становилось всё бледнее с каждым словом. В какой-то момент его колени подогнулись, и я едва успел подхватить пацана, чтобы тот не грохнулся в обморок.
Вот как так? Работали до этого спокойно, всё получалось, и именно сейчас, когда на кону пять алхимиков… В висках застучало от досады.
— Господин, — подошла Ольга, комкая передник дрожащими пальцами. — Не беспокойтесь, я помогу Лампе. Видела, что делает отец.
— А чего ты тогда в пол смотришь и тяжёло дышишь? — хмыкнул, заметив её бледность.
— Волнуюсь.
— Оля?
— Я тоже на переходе, — её губы скривились, словно от зубной боли.
— Дочка! — лицо Смирнова просияло, как начищенный медный таз. — Умница ты моя, так быстро растёшь. Я тобой горжусь!
— А теперь для меня переведите на русский язык, — повысил голос, привлекая внимание. — Что это значит?
Судя по всему, энергия нестабильна, поток создать не смогут. Им повезёт, если выйдет вышка.
На меня смотрели с превосходством. Эти алхимики уже считали деньги, которые получат. Сумма небольшая, а вот урон репутации…
Начнут говорить. Потом продавай зелье и доказывай, что мы его сами произвели, а не украли. Хотелось бы винить ребят, но я сам предложил эти условия. Отчасти, чтобы заткнуть новых, которые их обесценивали.
Мозг уже искал решения проблемы. По паучьей сети начали приходить сигналы. Кто-то рядом с моими землями и бывшими Зубаровскими.
В дверь ангара постучали. На пороге стоял промокший Витас. Дождь усилился настолько, что, казалось, кто-то опрокинул на землю гигантское ведро воды.
— Я сейчас немного занят, — оглянулся на Ольгу с Лампой, которые уже колдовали над ингредиентами. — Это подождёт полчасика?
— Не знаю, — Витас тряхнул головой, разбрызгивая капли. — Вы у нового ставленника императора спросите. Во всяком случае, мужик с девкой с разными глазами так представился. Он требует, чтобы его пропустили для осмотра земель и рудника.
Мысленно выругался. Как не вовремя!.
Вернулся в ангар. Мои алхимики уже вовсю работали, но что-то в их движениях мне не понравилось. Дёрганые, неуверенные… Нет, так не пойдёт!
— Оля, ко мне быстро! — рявкнул. — Лампа, тоже тащись сюда пулей!
Девушка подлетела моментально, за ней, спотыкаясь, прибежал рыженький. Проигрывать я не собирался.
Посмотрел на них внимательно — испуганные, растерянные… И тут меня осенило. У каждого же есть свои желания, тайные мечты. Нужно просто нажать на правильные рычаги.
— Ты! — указал на девушку, замечая, как она вздрогнула. — Хочешь поехать со мной в Томск?
— Что? Да! — её глаза загорелись, как два уголька.
— А ты? — повернулся к Лампе.
— Конечно… — оживился рыженький, и веснушки на лице, казалось, засветились. — Это же большой город, там много всего интересного.
— Сделаете эталонку третьего уровня, — улыбнулся, наблюдая за их реакцией, — обещаю вам не только поездку. Устрою развлечения, куплю новые вещи… Что захотите.
— А свидание? — тут же ухватилась за возможность Ольга, её щёки порозовели.
— Будет, — согласился, отмечая, как загорелись глаза девушки. — А тебе, Лампа, выделю комнату побольше. Сможешь жить со своей подругой, когда у вас всё станет серьёзно.
— Правда? — голос рыженького задрожал от восторга.
А теперь закрепим результат. Я притянул к себе Смирнову. Её губы оказались мягкими и тёплыми. Краем глаза заметил, как вытянулись лица у прибывших алхимиков.
— Не подведи меня, — прошептал ей на ухо, чувствуя, как она дрожит.
Ольга застыла, словно статуя. Её пальцы коснулись губ, а щёки залило таким румянцем, что казалось, девушка вот-вот загорится.
— Оставляю их на вас, Игорь Николаевич, — бросил я Смирнову, который смотрел на меня с каким-то странным выражением лица.
Под всеобщие удивлённые взгляды я выскочил под дождь, чувствуя, как холодные капли остужают голову.
Ну что ж, господин новый ставленник императора, давайте познакомимся…
Глава 7
Подошёл к воротам вместе с Витасом и мужиками. Ружья готовы, пулемёт — тоже. Патронов пока нет, но как средство устрашения пойдёт.
Свет фар от пяти машин бил в глаза, превращая капли дождя в серебристые нити. Под большим чёрным зонтом стояли двое — мужчина в военном кителе и уже знакомая мне Саша.
Жмелевский выглядел внушительно: высокий, с военной выправкой. Его китель сидел безупречно, несмотря на непогоду. Седые виски только подчёркивали властное выражение лица. Глубокие морщины залегли у глаз, и складка появилась между бровей. Взгляд — цепкий, оценивающий.
Я вышел со своей территории и направился к гостям, грязь чавкала под ногами.
— Магинский Павел Александрович? — голос Жмелевского звучал уверенно и твёрдо.
— Он самый, — кивнул в ответ, отмечая, как дёрнулся шрам на его левой щеке. — А вы?
Саша метнула в меня недовольный взгляд своих разноцветных глаз и поморщилась, будто съела что-то кислое.
— Жмелевский Виктор Викторович, — представился мужчина, расправляя плечи. Капли дождя стекали по его погонам, — новый ставленник в этой местности. Приехал лично представиться земельным аристократам, которых, кроме вас, как оказалось, больше нет.
— Рад встрече! Для меня это большая честь, — ответил я, и в этот момент подошёл насквозь промокший Горбачёв.
Лейтенант протянул мне пакет документов, стараясь не встречаться взглядом:
— Тут официальный приказ Его Величества о назначении. Подтверждаю личность и полномочия Жмелевского Виктора Викторовича.
— Не пройдёте? — указал я на территорию. — Чайку, может, изволите? А то погодка так себе.
— С удовольствием, — кивнул ставленник, и его шрам дрогнул в намёке на улыбку. — Не против, если со мной пойдёт моя помощница? Как я понял, вы уже с ней виделись.
— Прошу, — махнул рукой в сторону ворот.
Витас с Медведем успели выстроить людей по обе стороны дорожки, получился внушительный коридор почти до самого особняка. Кто-то умчался предупредить Жору о важных гостях.
А мы тем временем шли мимо ангара алхимиков. Подавил в себе желание заглянуть и проверить, как там дела. Вместо этого наблюдал за Жмелевским. Тот двигался чеканным шагом, рассматривая территорию без особого интереса. Голова держится прямо — передо мной словно механизм, а не человек. А вот помощница… Её разноцветные глаза впитывали каждую деталь, будто
