стене. Зато во дворе было баскетбольное кольцо, и ребята там играли, зачастую испытывая своим гвалтом терпение соседей.
Микаэло познакомился с его «родителями», старшим братом и младшей сестрой Ким Ё Чжон, в Швейцарии звавшейся Пак Ми Хян. Пообщаться с ними не получалось, потому что корейцы не владели немецким, а Микаэло не говорил ни по-корейски, ни по-английски. Тем не менее Микаэло нередко оставался у друга обедать и рассказал, что повар готовил «вареную курицу в странном кисло-сладком соусе», которая не пришлась по вкусу португальцу.
Иногда Микаэло с Ким Чен Ыном ездили на тонированном микроавтобусе корейской семьи в бассейн и всю дорогу шутили и смеялись. Другой одноклассник, Марко Имхоф, тоже бывал у Ким Чен Ына в гостях и заметил, что дома его друг менялся и мог вспылить. Однажды детям подали холодные спагетти. По словам удивленного Имхофа, Чен Ын резко выговорил домашнему повару[53].
У Ким Чен Ына были вещи, о каких его друзья могли только мечтать: CD-плеер, который до появления iPod был сверхсовременным устройством для проигрывания музыки, игровая приставка Sony и куча фильмов, еще не вышедших в прокат. Ребятам нравилось смотреть боевики, особенно с Джеки Чаном или свежую бондиану.
Но в возрасте, когда молодые люди обычно стремятся как-то проявить себя, Ким Чен Ын не показал себя ни тусовщиком, ни начинающим плейбоем. Он не ездил в школьный лагерь, не ходил на вечеринки и дискотеки, не притрагивался к алкоголю. И «категорически избегал контактов с девочками», как сказала одна из его одноклассниц, добавив, что ни разу не перекинулась с Кимом больше чем парой слов. «Одиночка, никого не пускал в свою личную жизнь… Рядом с ним можно было увидеть только Жоао Микаэло и Марко Имхофа», – говорила она[54]. С этими двумя Ким Чен Ын разговаривал о Северной Корее и о том, как он там проводит каникулы. Он показывал фото вонсанских пляжей и себя на гидроцикле. Однажды Ким Чен Ын и Микаэло сидели у Кима в гостиной, и вдруг Чен Ын ушел в свою комнату и вынес фото, на котором он стоял рядом с каким-то человеком. Ким признался, что живущий с ним в квартире мужчина ему не отец. А отцом он назвал человека на снимке – Ким Чен Ира, правителя Северной Кореи. Думая, что приятель дурачится, Микаэло ехидно ответил: «Разумеется, твой папа президент». Ким Чен Ын посмеялся, но настаивал, что так оно и есть. На этом тему замяли.
Но потом, примерно на Пасху 2001 г., когда до окончания девятого класса оставалось не больше двух месяцев, Ким сообщил Микаэло, что отец приказал ему возвращаться в Северную Корею и скоро он уезжает[55]. Никакого объяснения этому внезапному вызову Ким Чен Ын не дал.
Других приятелей Ким Чен Ын решил не извещать. Просто однажды перестал появляться в школе. Учителя тоже ничего не знали о его судьбе.
Пак Ын исчез, как не был.
Глава 4
Школа диктатуры
Я выражаю твердую готовность учиться усерднее, чтобы стать верным солдатом и снять бремя с плеч Генерала, который так заботится о боеготовности нашей армии.
Ким Чен Ын в 2006 г., из «Истории о жизни Ким Чен Ына»
Дома Ким Чен Ын готовился вслед за старшим братом поступать в Военный университет имени Ким Ир Сена, северокорейский аналог Уэст-Пойнта. Идея отправить братьев в военную академию принадлежала их матери – так она хотела повысить для мальчиков шансы на наследование власти.
Расчет Ко Ён Хи был очевиден. На одном из немногих фото Ко с сыном, которого она звала Царем Утренней Звезды, мальчик занят раскраской, а мать склоняется над ним. Ким Чен Ыну лет шесть, и он одет в генеральский мундир с четырьмя звездами на погонах.
В университет, носящий имя его деда, Ким Чен Ын поступил в 2002 г. и там принялся изучать военное управление по системе чучхе – доктрине о том, что Северная Корея может своими силами защититься от любой агрессии. Это был идеологически важный предмет, хотя никаких оснований в реальности такая доктрина не имела. Устойчивость КНДР целиком зависела от Китая.
Тот год оказался поворотным и для будущего наследника, и для режима.
Во-первых, он открыл новую главу в отношениях КНДР и США – они ухудшились. В начале 2002 г. президент Джордж Буш назвал Северную Корею частью «оси зла». Он заявил, что наряду с Ираном и Ираком она «вооружается, угрожая миру на планете». «Все страны должны знать, – объявил Буш, – что Америка примет все необходимые меры для безопасности своего народа».
Через пару недель после этого выступления Ким Чен Ир официально отпраздновал 60-летие. День рождения вождя всегда отмечался в Северной Корее с большой помпой, но этот был важнее, чем любой другой. В корейской культуре 60-летие – сакральная веха в жизни человека: это завершение 60-летнего цикла китайского зодиака, которого придерживаются во многих восточноазиатских странах.
В этом же году в Москве умерла бывшая спутница вождя, мать Ким Чен Нама. Очевидно, что в дни между ее уходом и своим 60-летием Ким Чен Ир задумывался о том, что будет после его смерти. По некоторым признакам стало ясно, что подготовка преемника начинается.
Прежде всего появилась новая «мать народа»: раньше пропаганда именовала так только мать Ким Чен Ира. Народная армия издала 16-страничную брошюру под названием «Наша почтенная мать, которая предана нашему любимому Верховному Главнокомандующему, – преданнее всех преданных солдат». В радиоэфире скоро зазвучали и песни о «Нашей почтенной матери»[56].
Имени Ко Ён Хи пропаганда не называла, но государственные люди умеют читать между строк, и все понимали, о ком речь. Она удостоилась чести стать новой матерью народа – признак того, что один из ее сыновей – первый претендент на наследство вождя.
Так что работа по выдвижению кого-то из ее сыновей шла полным ходом еще до злополучной поездки Ким Чен Нама в токийский Диснейленд, хотя Ко, разумеется, использовала его позорную промашку с выгодой для своих детей.
Ко Ён Хи знала, что хлопотать о сыновьях ей осталось недолго.
Рак скоро отнимет ее у них.
Ким Чен Ын тем временем, если верить государственным медиа, увлеченно овладевал науками в военной академии. Газеты писали, что молодой человек настолько одарен в военной стратегии, что сам учит преподавателей вместо того, чтобы учиться у них.
В 2004 г. Ким Чен Ын, которому исполнилось 20, студент, прошедший лишь часть учебного курса, в два часа ночи «давал инструкции» высшему генералитету, возмущенно отметая их осторожные советы пойти отдохнуть. Время – важная деталь. Ночные бдения за работой – часть легенды о Ким Ир Сене, и эта деталь должна была четко сигнализировать, что Чен Ын – его естественный преемник.
Вместо того чтобы пойти спать, гласит далее каноническая биография, Ким Чен Ын взял
