карандаш, нарисовал вулкан Пэктусан и ниже написал: «Священная гора Революции». И распорядился, чтобы рисунок поместили на обложку учебника по военному искусству, посвященного «революционной войне против японского империализма», – такую версию событий предлагают имиджмейкеры вождя. Возможно, какая-то крупица правды здесь есть, но, вероятнее всего, речь идет об одном из тех событий, важность которых непомерно раздута государственными пропагандистами. Генералы в тот вечер, согласно тексту биографии, «исполнились глубокого волнения, поняв, что в жилах Генерала Ким Чен Ына течет самая чистая кровь священного Пэктусана»[57].
Чистота крови – понятие, важность которого для корейской культуры трудно переоценить. Объявляя себя потомками «пэктусанской крови», семейство Ким эксплуатирует тысячелетнюю культурную доминанту чистоты, дистиллированной в трех поколениях диктаторов. Пэктусанская родословная в Северной Корее – то же, что происхождение от первых поселенцев в США, только с поправкой на тоталитарную чрезмерность.
В мае 2004 г. мать Ким Чен Ына умерла от рака в парижской клинике. Ее тело доставили в Пхеньян для тайного прощания и погребения.
Публично же продолжалось ее прославление как «матери народа». Это могло сулить корону любому из ее сыновей – и Ким Чен Ыну, и Ким Чен Чхолю. И действительно, несмотря на то что Ына выбрали в преемники еще восьмилеткой, Ким Чен Ир оставлял и другую возможность, готовя к высшему посту обоих сыновей.
Ким Чен Ын еще учился в университете, когда Ким Чен Чхоль поступил в Административно-организационный отдел Центрального Комитета Трудовой партии Кореи, вероятно, самое влиятельное ведомство в государственном аппарате КНДР. Оно контролирует Трудовую партию, правительство и Государственный комитет обороны. Именно здесь начинал в 1964 г. свою политическую карьеру Ким Чен Ир. Однако в начале 2006 г. в южнокорейской прессе стали появляться домыслы, что Ким Чен Чхоль, видимо, не оказался подходящим кандидатом на роль вождя. Доказательством того, что у старшего сына Ким Чен Ира не осталось шансов – если шансы и были когда-нибудь, – могло служить его открытое появление в Германии на концертах своего кумира, гитариста Эрика Клэптона, совершавшего турне по четырем городам. Ким Чен Чхоль с малых лет учился играть, и дома в Пхеньяне у него были электрогитара и усилитель.
Японские телерепортеры засняли его во Франкфурте, Берлине, Лейпциге и Штутгарте, окруженного телохранителями и в компании неизвестной женщины приблизительно его лет. На концертах Ким Чен Чхоль был одет в футболку, иногда в кожаную куртку, и его круглое лицо украшали длинные обвислые бакенбарды. И внимание прессы его, казалось, ничуть не возбуждало.
Впрочем, в Северной Корее ничего этого не знали. Большинству граждан страны невдомек, что у вождя есть сын, не говоря уже о том, что этот сын знает аккорды песни «Сегодня ты чудо как хороша».
Тем временем 22-летний Ким Чен Ын получил университетский диплом – разумеется, с отличием. Церемония вручения прошла 24 декабря 2006 г., в важный для Северной Кореи день. Отмечалась 15-я годовщина назначения Ким Чен Ира на пост Верховного Главнокомандующего Корейской народной армии. И 89-летие его матери. Северокорейский режим не пренебрегает никакими поводами для торжеств, укрепляющих вождистский культ.
Дипломная работа Ким Чен Ына носила название «Компьютерное моделирование для уточнения тактических карт с помощью глобальной навигационной системы (GPS)». Считается, что Ким Чен Ир одобрил этот технический трактат, заметив, что он отражает «великие стратегические теории», созданные его отцом Ким Ир Сеном.
Была или нет такая работа в действительности, а Ким Чен Ыну вручили значок и диплом, в котором было указано, что он – лучший студент этого элитного университета. Ким Чен Ын на церемонии не упустил случая вознести хвалу гению отца. «В университете, изучая выведенные Верховным Главнокомандующим принципы военного дела по чучхе и его военное искусство, я отчетливо увидел, что наш Генерал воистину гений военной мысли», – сказал в тот день Ким Чен Ын на встрече с высшим командованием Корейской народной армии. Он заявил, что его отец сформулировал выдающиеся идеи в области военной науки, и поклялся, хотя тогда еще не был объявлен преемником вождя, «быть верным солдатом и снять бремя с плеч Генерала, который так заботится о боеготовности нашей армии».
Так во всяком случае, описана эта встреча в брошюрке «Истории из жизни Ким Чен Ына», изданной в КНДР в 2017 г., чтобы удовлетворить, как сказано в ее предисловии, предполагаемый огромный интерес к личности третьего Кима во всем мире. В этой книжице также сказано, что в некие десять дней о Ким Чен Ыне вышло 67,4 млн публикаций на английском языке, то есть по 230 000 в час. «Ни один другой политик за всю историю медиа не привлекал такого пристального внимания всего мира».
Приведенные цифры выглядят как типичная чучхейская гиперболизация, и авторы брошюры забыли упомянуть, что это внимание вызвано не восхищением, а безответственными угрозами и варварским поведением северокорейского вождя.
После инсульта, настигшего Ким Чен Ира летом 2008 г., с подготовкой преемника пришлось торопиться. Вождь был в коме, «очень болен», и лечить его пригласили французского невролога Франсуа-Ксавье Ру. Первый раз северокорейские аппаратчики позвонили Ру, главному нейрохирургу парижской больницы Святой Анны, в 1993 г. после того, как Дорогой Вождь на конной прогулке упал и ударился головой: они просили консультации. Ру не знал, почему выбрали именно его. В 2008 г. ему вновь позвонили из Северной Кореи, и он с группой врачей вылетел в Пхеньян – в строгой тайне лечить загадочного пациента. Пациентом оказался сам Ким Чен Ир, которого врачи нашли «на грани жизни и смерти»[58]. Стало ясно, почему позвали специалиста-иностранца: никто из местных докторов не хотел ничего решать в отношении Дорогого Вождя, и уж точно не тогда, когда от этих решений зависит его жизнь. Понадобился специалист, «не вовлеченный эмоционально». В больнице у постели вождя находился его младший сын Ким Чен Ын. Но, по словам Ру, было «крайне непросто» понять, что это за человек, потому что Чен Ын «ни с кем из медиков не разговаривал»[59]. Потом французский врач прилетал еще, в сентябре и октябре, понаблюдать, как идет процесс выздоровления. Сохранялся немалый риск нового инсульта, пояснил мне Ру. Время работало не на Ким Чен Ира. Меньше чем через пять месяцев он официально известил высшее руководство армии и государства, что назначает Ким Чен Ына своим преемником. Он не стал утруждаться балаганом вроде того, что в 1980 г. устроил его отец: созывать съезд Трудовой партии и делать вид, будто верховные функционеры могут как-то повлиять на решение. Он просто объявил, кто его сменит.
Сначала, 8 января 2009 г., в день 25-летия Ким Чен Ына, вождь сообщил о своем решении руководству Трудовой партии.
Далее информация двинулась в низовые структуры: оповестили аппаратчиков помельче, одним из которых был Тхэ Ён Хо. Тхэ работал в Европейском отделе
