делая гибким, но прочным.
— Практически некромантия, — хихикнула Ольга.
— Точно! — рассмеялась принцесса.
Виктор тем временем разглядывал магические светильники:
— А эти кристаллы… они создают свет или просто аккумулируют его?
— Создают, — ответила принцесса, явно довольная интересом к их технологиям. — Это глубоководные организмы, которые мы научились культивировать.
Краем глаза я наблюдал за Симоном. Они остановились у мозаики с изображением какой-то морской битвы на мечах и теперь с интересом что-то обсуждали. Похоже, Фаверо сразу уцепился за возможность разузнать о стиле боя Сирен. Этот парень никогда не упускал случая научиться чему-то новому в фехтовании.
Остальные же вместе со мной устроились поудобнее на одном из этих любопытных коралловых диванов, и я обратился к принцессе:
— Нэрис, должен признать, этот батискаф превзошёл все мои ожидания. Откуда у Сирен такие технологии?
Принцесса выпрямилась, и в её голосе прозвучала нотка гордости:
— Знаете, Максимилиан, мы начали производить тестовые образцы, когда поняли, что времена нашей вынужденной изоляции от остального мира прошли. Раньше мы практически не общались с надводными жителями, а теперь…
Она жестом указала на роскошную каюту:
— Теперь у нас всё больше союзников и торговых партнёров, которых мы хотим иметь возможность приглашать к себе на встречи, а не только видеться где-то на поверхности.
Ольга сразу оживилась:
— А это значит, что скоро можно будет устраивать туристические поездки к вам? Представляете, какой это был бы аттракцион!
— Я тоже за эту идею! — воодушевлённо отозвалась Нэрис. — Но многие в королевском совете пока против. Они считают, что мы не должны торопиться, что наш народ пока не совсем готов к такому наплыву чужаков.
Каролина нахмурилась:
— А что их беспокоит? Безопасность?
— Отчасти, — кивнула принцесса. — Многие слишком привыкли к тому, что чтобы выжить нам нужно было скрываться от всего мира. Им трудно поверить, что теперь можно быть открытыми.
— Понятные опасения, — кивнул я. — Но со временем, думаю, ситуация изменится.
— Надеюсь, — вздохнула Нэрис. — А пока что эти батискафы используются в основном для деловых встреч и… особых операций, как сегодня.
В этот момент батискаф плавно отошёл от причала и начал набирать скорость. Я почувствовал, как мы погружаемся под воду, но никакого дискомфорта не было — внутри сохранялось нормальное давление и дыхание.
— Кстати, — поинтересовался я, — далеко ли нам предстоит плыть?
Нэрис нахмурилась:
— К сожалению, довольно далеко. Платформы Штайгеров расположены вдали от наших поселений. Нам предстоит плыть не меньше четырёх часов.
— Четыре часа? — удивился Виктор. — Но на обычном корабле это заняло бы гораздо больше времени! Я начал изучать современные морские технологии, как только узнал, что меня возьмут в путешествие. Как вы развиваете такую скорость?
— Наш принцип движения намного эффективнее, — с гордостью объяснила Нэрис. — Видите эти плавники по бокам? Они создают направленные течения, которые буквально выстреливают нас вперёд. Мы используем саму воду как движущую силу.
Каролина внимательно посмотрела в иллюминатор:
— А как именно это работает? Обычные корабли режут воду, преодолевая сопротивление, а вы…
— А мы двигаемся вместе с водой, — закончила за неё Нэрис. — Плавники создают завихрения, которые подхватывают нас и несут вперёд. К тому же под водой действительно меньше сопротивления.
И правда, скорость нашего движения была впечатляющей. За иллюминаторами проплывали подводные пейзажи — сначала мелководье с зарослями водорослей, потом более глубокие участки с коралловыми рифами. То и дело в «кадр» попадал Спагетти, который разумеется следовал за нами.
Он и без того был довольно быстрым созданием, но после апгрейда, стал совсем неудержимым. Так что он часто обгонял батискаф, разведывая обстановку, а затем возвращался.
Помимо него за нами следовали и другие химеры, которых я подготовил специально для этой вылазки. Но они были не такими быстрыми, так что мы их пока не видели.
Где-то там за нами плыла и Росинка. Водный Элементаль с энтузиазмом восприняла возможность морского путешествия и захотела исследовать океан самостоятельно. Я разрешил, только взял с неё обещание не отклоняться далеко от нашего маршрута.
— Смотрите! — воскликнула Ольга, указывая вниз.
Под нами проплывала стая дельфинов, которые, казалось, играли с нашим батискафом, выделывая различные пируэты.
— Они нас приветствуют, — улыбнулась Нэрис. — Морские обитатели чувствуют, что это судно принадлежит Сиренам, и относятся к нам дружелюбно.
Каролина наблюдала за дельфинами с профессиональным интересом:
— Интересно… А они могут служить разведчиками? Передавать информацию?
— Некоторые виды — да, — кивнула принцесса. — Мы обучили несколько стай работать с нашими патрулями.
Батискаф продолжал свой стремительный путь, и четыре часа пролетели незаметно. Мы провели их, наблюдая за подводными чудесами, которые проплывали за иллюминаторами батискафа. Нэрис оказалась превосходным гидом — она рассказывала о каждом рифе, каждой подводной горе, мимо которых мы проплывали.
Виктор не отходил от иллюминаторов, зачарованно наблюдая за стаями тропических рыб, скользящими между коралловыми садами. Каролина задавала принцессе бесконечные вопросы об экосистеме океана, явно планируя использовать полученные знания в будущих сражениях. Симон комфортно устроился в одном из коралловых кресел, время от времени делая заметки в блокноте — видимо, записывал наблюдения о подводных течениях и особенностях навигации.
Но постепенно картина за бортом начала меняться.
Сначала изменения были едва заметными. Вода стала чуть более мутной, словно в ней растворились микроскопические частицы какого-то тёмного вещества. Коралловые рифы, ещё час назад поражавшие буйством красок, теперь выглядели блёклыми и безжизненными.
— Это то, что я думаю? — спросила Ольга, заметив, как редеют стаи рыб за иллюминаторами.
— Мы приближаемся к зонам влияния очагов, — объяснила Нэрис, и в её голосе появились мрачные нотки. — Морская жизнь здесь… изменена.
Действительно, чем дальше мы продвигались, тем заметнее становились перемены. Вода потемнела до глубокого, почти чёрного оттенка с зеленоватыми разводами. Обычные рыбы полностью исчезли, уступив место странным созданиям с искажёнными формами, рыбам с множественными плавниками, морскими змеями неестественной длины, медузами размером с дом.
— Это как? — удивлённо прошептала Каролина, наблюдая, как мимо нас проплывает существо, напоминающее осьминога, но с костяными выростами вместо присосок. — Они все уже мутанты? Но мы ведь ещё не внутри очага!
— Это точно не твари очага, — ответил я, внимательно изучая подводный пейзаж. — Похоже, они просто адаптировались. В воде влияние очагов гораздо более выражено, ведь вода свободно течёт куда угодно, вот и очаги влияют на всё живое в округе, заставляя его развиваться в неожиданных направлениях.
Морское дно тоже изменилось. Вместо песка и камней его покрывали странные наросты, что-то среднее между кораллами и костями. Из этих образований поднимались жуткие структуры, напоминающие окаменевшие деревья, но с щупальцами вместо ветвей.
— Мы ещё немного подвезём вас, — сказала Нэрис, когда пейзаж за бортом стал совсем зловещим. — Но в сам очаг мы, разумеется, не поплывём.
Я кивнул.
