— Позаботься о том, чтобы мадам Фэрчайлд были обеспечены все удобства, — решительно сказал Стивен. — Любые ее требования должны немедленно выполняться, иначе ответишь передо мной.
— Да, сэр, — уверил его хозяин. — Мы сделаем все, чтобы удовлетворить желания мадам Фэрчайлд. — Он протянул ей ключ. — Надеюсь, вам понравится у нас, мэм.
Затем он взял маленький серебряный колокольчик и позвонил. Из кухни тотчас появился чернокожий мальчик.
— Джошуа, возьми багаж мадам Фэрчайлд.
— В этом нет необходимости. У меня нет багажа, — вмешалась Патриция.
Брови хозяина удивленно приподнялись, а губы скривились в гадкой ухмылке.
— Понятно.
Патриция не удержалась и невольно покраснела от его намека, сопровождаемого пристальным взглядом.
— Что тебе понятно, Джонсон? — резко спросил Стивен. — Полагаю, ты должен немедленно извиниться перед мадам Фэрчайлд!
Патриция от смущения была готова провалиться сквозь землю. Какие-то люди, сидящие поблизости, начали с любопытством на них поглядывать.
— О Стивен, оставьте его! — поспешно сказала она и, повернувшись, начала быстро подниматься по лестнице, чтобы поскорее избавиться от этой унизительной сцены.
Ее рука дрожала, когда она открывала ключом дверь номера. Патриция опустилась на край кровати и несколько минут старалась прийти в себя. Наконец она встала, подошла к окну и, отодвинув штору, увидела отъезжающий экипаж. Облегченно вздохнув, она взяла ключ и быстро вышла из комнаты.
Глава 10
Патриция остановилась у стойки хозяина, и Джонсон посмотрел на нее со сдержанной неприязнью. Он еще не до конца пришел в себя после недавнего столкновения со Стивеном Керклендом, и сейчас эта женщина могла лишь подлить масла в огонь.
— Далеко ли отсюда до таверны «Кинг»? — спросила Патриция. — И можно ли до нее добраться пешком?
— Едва ли, мадам, — ответил Джонсон, презрительно глядя на нее. — Это неподалеку от пристани.
— Тогда будьте любезны вызвать для меня экипаж, — вежливо попросила она.
— Неужели вы собираетесь туда ехать! — удивился он, потрясенный.
— Разумеется.
— Без сопровождения?
Патрицию раздражал его надменный тон, но она старалась держать себя в руках.
— Будьте уверены, я смогу о себе позаботиться.
— Не сомневаюсь, мадам, — сказал Джонсон пренебрежительно.
Его прежние подозрения получили подтверждение. «Ни одна порядочная дама никогда не позволила бы себе отправиться в такое злачное заведение. Всем известно, что там постоянно сшиваются головорезы, воры… и проститутки», — подумал он, многозначительно глядя на нее.
— Хорошо, мадам, как скажете.
Джонсон позвонил в колокольчик, и снова появился негритенок. Через несколько минут экипаж с Патрицией загрохотал по мощеной улице.
Из темного переулка вышел Стивен Керкленд. Он находился неподалеку и слышал, как Патриция назвала кучеру таверну. Стивен сурово сжал челюсти и, вскочив на коня, последовал за экипажем.
В отличие от хозяина гостиницы кучер понял, что собой представляет таверна «Кинг», только когда они подъехали поближе.
— Вы уверены, что хотите туда пойти, мэм? — озабоченно спросил он, помогая Патриции выйти из экипажа у входа в портовое заведение, пользующееся дурной славой. — Это весьма неподходящее место для такой изысканной леди, как вы, мэм.
— У меня там неотложное дело, — ответила Патриция с благодарной улыбкой. — Я буду вам очень признательна, если вы меня подождете.
— О, конечно, мэм, — сказал кучер, снимая шляпу и почтительно ей кивнув. — Не хотите ли, чтобы я вас проводил?
— Очень любезно с вашей стороны, сэр, но мое дело не займет много времени. Я скоро вернусь.
Ее сердце учащенно забилось, когда она подошла ко входу. Из двери навстречу, пошатываясь, вышли два пьяных матроса. От них несло перегаром, и ей в ноздри ударил едкий запах дешевого табака и пива.
Патриция осторожно вошла в таверну. Это была настоящая клоака! В спертом воздухе, насыщенном клубами табачного дыма и запахом немытых тел, в тусклом свете кружила пыль. Патриция поднесла ко рту носовой платок, опасаясь, что ее стошнит от вони.
Не глядя по сторонам, она направилась прямо к бару, чувствуя на себе многочисленные взгляды.
Седой бармен в засаленной потной рубахе, не знавшей много дней, а может быть, и недель ни воды, ни мыла, вытирал грозной тряпкой стойку. На правом глазу у него была черная повязка, а левый с любопытством неотрывно смотрел на Патрицию. Она явно была не из тех женщин, которых он привык здесь видеть, и это его настораживало. Вполне возможно, что дамочка пришла сюда в поисках мужа, который, вероятно, развлекается наверху с Беллой, и готова учинить скандал.
«Почему бы ей не сидеть дома, — огорченно подумал он, — и не позволить мужу делать то, что ему хочется?»
— Что вас интересует, леди? — гортанно спросил он с подозрением.
Патриция опустила платок, которым зажимала нос и рот.
— Я ищу Эмиля Текери. Мне сказали, что его можно найти здесь.
Забывшись, она подошла слишком близко к бармену и была вынуждена снова прикрыть рот и нос платком, когда тот поднял руку и указал на стол в дальнем углу таверны. Патриция с некоторым облегчением повернулась и двинулась в указанном направлении.
Человек, сидящий за столом, внимательно следил за ее приближением беспокойными темными глазами. Она остановилась перед ним, но тот продолжал неуклюже сидеть на стуле.
— Мистер Текери?
— Да, — процедил он сквозь толстые губы, выделяющиеся на смуглом лице.
— Вы — мистер Текери?
— Я же сказал, — прорычал он. Его черные глаза под нахмуренными бровями гневно вспыхнули.
— Вы можете чем-то удостоверить свою личность? — осторожно спросила Патриция, не решаясь сразу отдать ему пакет Чарлза.
— Зачем, леди? Мне и так известно, кто я такой, — фыркнул он.
Замечание вызвало взрыв смеха среди тех, кто внимательно прислушивался к их разговору.
Патриция хотела поговорить наедине с этим отвратительным типом, но поняла, что в таком ужасном месте это невозможно.
— Может, выйдем наружу и обсудим там наши дела?
— Леди, вы можете все выложить прямо здесь, — возразил он.
— Я предпочитаю более спокойную обстановку, мистер Текери. Имя Чарлза Рирдона что-нибудь вам говорит?
Патриция с удовлетворением заметила по блеску его глаз, что он все понял. Она уже больше не могла оставаться в этом ужасном месте и, резко повернувшись, зашагала к выходу.
Эмиль Текери встал, быстро допил из большой кружки оставшееся пиво и последовал за ней.
Оказавшись на улице, Патриция прислонилась к стене и несколько раз глубоко вдохнула свежий воздух. Она чувствовала себя так, словно вышла из тюрьмы.
