раз, у сенного сарая на Волконском шоссе.
«Я приехала из города в своей карете, а он верхом из лагеря, – вспоминала балерина. – Как это всегда бывает, когда хочется многое сказать, а слезы душат горло, говоришь не то, что собиралась говорить, и много осталось недоговоренного. Да и что сказать друг другу на прощание, когда к тому еще знаешь, что изменить уже ничего нельзя, не в наших силах… Когда Наследник поехал обратно в лагерь, я осталась стоять у сарая и глядела ему вслед до тех пор, пока он не скрылся вдали. До последней минуты он ехал все оглядываясь назад. Я не плакала, но я чувствовала себя глубоко несчастной, и, пока он медленно удалялся, мне становилось все тяжелее и тяжелее… Главное было горе, беспредельное горе, что я потеряла своего Ники… Кончилась весна моей счастливой юности, наступала новая, трудная жизнь с разбитым так рано сердцем…»
Впрочем, на прощание наследник сделал Матильде поистине царский подарок. Он купил ей тот самый особнячок на Английском проспекте, в котором они провели столько чудесных часов.
Забыться в танце
В день свадьбы цесаревича Матильда заперлась дома – не могла никого видеть и не хотела слышать подробности венчания. Потом ухватилась за возможность на время покинуть страну – отправилась с отцом в Варшаву, на родину предков, танцевать на гастролях Мариинского театра. Критики встретили артистов восторженно: «Появление в мазурке Феликса Ивановича Кшесинского с дочерью было приветствовано бурею рукоплесканий и цветочным дождем… Мы еще не видели чардаша в таком чудном исполнении, какое дает нам г-жа Кшесинская. Публика была в восторге от г-жи Кшесинской, что выразилось самыми шумными овациями в честь балерины».
Искусство помогло залечить душевные раны. Вскоре Матильда оправилась от разрыва и вернулась к светской жизни. У нее появился новый блистательный кавалер – великий князь Сергей Михайлович Романов. С Николаем балерина не общалась, но однажды увидела его издали, когда император с супругой оказались неподалеку от дачи балерины в Стрельне. «Они проезжали медленно мимо дома, – рассказывала Кшесинская, – я встала и сделала глубокий поклон и получила ласковый ответ. Этот случай доказал, что Ники вовсе не скрывал своего прошлого отношения ко мне, но, напротив, открыто оказал мне милое внимание в деликатной форме. Я не переставала его любить, и то, что он меня не забывал, было для меня громадным утешением».
До конца жизни Матильда бережно хранила прощальную записку Николая, в которой цесаревич признавался: «Что бы со мною в жизни ни случилось, встреча с тобою останется навсегда самым светлым воспоминанием моей молодости».
Поцелуи и нежные письма. Николай II – последний романтик династии Романовых
Зрелая любовь к Алисе Гессенской заслонила для Николая весь мир. В первые годы семейной жизни император мог даже позабыть о светских приличиях и схватить супругу в объятия, не обращая внимания на присутствие придворного фотографа. Так в 1898 году появился знаменитый снимок страстного поцелуя Николая и Аликс.
Какое разительное отличие от стандартных официальных портретов русских монархов! Николай был самым романтичным императором – равнодушным на работе и удивительно пылким в личной жизни. Обсудим самые яркие моменты его истории любви.
Поцелуи в храме и в парке
Да, поцелуев в их семейной жизни было много, Николай и Аликс были очень счастливы в браке. Даже во время коронации в Успенском соборе Кремля молодожены не могли скрыть чувства друг к другу. Сестра императора, великая княгиня Ольга Александровна, вспоминала: «Церемония завершилась на очень теплой и человечной ноте. Аликс опустилась на колени перед Ники. Никогда не забуду, как бережно он надел корону на ее голову, как нежно поцеловал свою юную царицу и помог ей подняться».
Получается, придворному фотографу совсем несложно было поймать романтичный эпизод с поцелуем императора. Скорее всего, таких кадров было множество. Но до нас дошел только один.
Этот снимок был сделан предположительно в Гатчинском парке. Вокруг пышная зелень, лето, солнце. Очевидно, жара, потому что все в светлой одежде. Аликс в кокетливой шляпке с цветами. У венценосной четы уже двое детей, свадьба была четыре года назад – но страсть только набирает обороты.
На этом же снимке слева – еще одна игривая пара. Это великий князь Александр Михайлович Романов, более известный как Сандро, и его жена Ксения, сестра императора. У них много общего с Николаем и Аликс – поженились в том же году, также успели обзавестись двумя детьми и тоже очень любят друг друга.
В центре фотографии великая княжна Ольга – вторая сестра Николая. На снимке ей около 16 лет. Ей весело, она с удовольствием проводит время с родственниками. Потом Ольга Александровна расскажет биографам: «У молодых Ники и Аликс не было даже собственного дома. Они поселились в шести небольших комнатах Аничкова дворца… Гостиная у них была небольшая, но уютная, и Аликс часто приглашала меня на чай. В углу стояло пианино, и я на нем играла. Постепенно я всей душой привязалась к своей невестке».
Телеграммы ее величеству
Первая мировая война разлучила супругов. В 1916 году Николай уехал на фронт вместе с сыном. Аликс осталась в Петербурге с дочерьми. Влюбленные очень тяжело переживали расставание. Они были женаты уже 22 года, но нисколько не надоели друг другу, за это время взаимная привязанность только окрепла.
Между Царским Селом и Ставкой ежедневно летали телеграммы, адресованные его величеству и ее величеству. При этом высочайшие послания почти не отличались от сообщений, которые мы сегодня посылаем в мессенджерах.
«Телеграмма №94.
Царское Село – Ставка. 14 декабря 1916г.
13 ч. 42 м.—14 ч. 30 м.
Его величеству.
Нежно благодарю вас обоих. Сегодня никуда не двинусь, так как очень устала. Небольшой снег. Благословляю и целую. Мысленно вместе.
Аликс».
«Телеграмма №117.
Ставка верх. гл.—Царское Село. 15 декабря 1916 г.
18 ч. 41 м.—19 ч. 4 м.
Ее величеству.
Сердечно благодарю за дорогое письмо. Мысленно всегда вместе. 3 гр. мороза, тихая, прекрасная погода. Рад, что не выходишь. Горячо целую.
Ники».
А еще были письма. Супруги обсуждали фильмы, книги, погоду, вкусные яблоки, которые давно хотели попробовать. И работу, одну на двоих – Аликс часто давала мужу политические советы, за что ее не раз критиковали. Императрица требовала, чтобы Николай защищал самодержавие, был сильным и строгим. Царь старался следовать ее советам, а сам в шутку подписывался: «Остаюсь твой бедный, маленький, безвольный муженек».
Но в целом эти письма – бесконечно трогательные. Супруги общались между собой на английском языке и называли друг друга Солнышками. Читать эти послания немного
