на бессмысленные споры. Я даже честно собиралась в дальнейшем придерживаться этой тактики, пока подоспевший Блэкмур, вместо того, чтобы проследовать прямиком в кабинет, не подошёл ко мне и с недовольным видом не поинтересовался:
– Всё-таки жаловаться прибежала?
– Ага, на твои пошлые мысли и фантазии в мой адрес, – машинально отреагировала я колким выпадом на несправедливый упрёк. Но заметив, как блондин помрачнел и нахмурился, добавила: – Успокойся. Я никому про твою самодеятельность с проверкой не рассказывала, а сюда пришла, потому что Оля пропала.
Во время последней фразы я очень внимательно наблюдала за лицом Флориана, надеясь уловить хоть какую-то реакцию, но её не последовало.
– Кто? – не понял он, рассердив таким пренебрежением.
– Девушка, которую ты заставил раздеться перед всеми, Блэкмур! Неужели даже имени её не помнишь?! – Впрочем, чему я удивляюсь. Моё он тоже вряд ли знает. До сих пор, вон, только новенькой называл.
– Я не засоряю память неактуальной информацией, – холодно ответил Флориан. – И когда она пропала? Я видел эту девушку сегодня утром по пути в фамильярник.
Ох, засветилась всё-таки соседка!
– Вот как раз утром и пропала. А ты, получается, последний, кто её видел! – не удержавшись, озвучила свои подозрения. – И что ты делал в фамильярнике, если твой Сирил живёт в академии?!
– Это что ещё за допрос? – начал сердиться Блэкмур, но выглянувший из кабинета Лайэрт, нетерпеливым жестом пригласил его внутрь.
Дверь открылась только через десять минут. Первым из-за неё буквально выскочил смотритель и стремительным шагом направился в сторону лестницы. Блэкмур от него не отставал, но, проходя мимо меня, быстро сказал:
– Похоже, патрульные её нашли. Сейчас несут к лекарям.
– Что значит, несут? – испугалась я, устремляясь вслед за ним. – Она жива?!
– Жива. Если бы хоть кто-то из ныне присутствующих в академии умер, мы бы сразу это почувствовали по резкому оттоку энергии и сильному похолоданию. Так проявляется нарушение оптимального равновесия, – терпеливо объяснил Блэкмур, покосившись в мою сторону.
– Что же тогда случилось? Ты ведь видел Олю утром!
– Мельком. Мне вообще сначала показалось, что это ты, – удивил он неожиданным заявлением.
Я на секунду зависла, но потом поняла, что моя верхняя одежда довольно приметная. Если у Оли и Кати шубки были белые, то у меня бело-рыжая. У других студенток тоже в основном преобладал какой-то один цвет. Так что да, я выделялась.
А потом мы увидели приближающихся парней, которые несли Олю, явно пребывающую в бессознательном состоянии, и стало не до разговоров. Особенно меня напугала запёкшаяся кровь на её волнистых русых волосах.
Разумеется, сразу меня к ней не пустили и толком ничего не объяснили. Оставалось только ждать и гадать, что же случилось с соседкой. Стала Оля жертвой несчастного случая или… чьего-то вероломного нападения?!
Спустя бесконечно тянущиеся минуты, которым я давно потеряла счёт, появился Лайэрт и увёл в свой кабинет, где, наконец, соизволил сообщить, что Оля пришла в себя.
– У неё травма головы, но наши лекари быстро поставят твою подругу на ноги, – заверил смотритель.
Я облегчённо выдохнула и тут же поспешила озвучить давно атакующие меня сомнения:
– Откуда у Оли эта травма? Только не говорите, что неудачно упала!
– Не скажу. Её ударили сзади, – помрачнев, признался Лайэрт. – К сожалению, нападавшего она не видела.
– А здесь и видеть не нужно! – буркнула я, закипая изнутри. – Это либо Серенита, либо её жених сделали, больше некому!
Про Блэкмура так почему-то думать не хотелось, но поскольку он заметил слежку, мог решить, что Оля уже увидела что-то, не предназначающееся для глаз посторонних.
– Наша пострадавшая то же самое сказала. Особо упорно она настаивала на кандидатуре Флориана. Видимо, он её чем-то здорово обидел, – хмыкнул Лайэрт. – Но когда я обмолвился, что позже давать показания придётся с использованием устройства, безошибочно определяющего, лжёт человек или нет, девушка призналась, что ударили её уже после того, как Блэкмур скрылся в лесу.
Оля пыталась оговорить Флориана? Хм… вот это уже точно глупость.
– У вас, правда, есть такое устройство?
– Это неважно, – невинно улыбнулся смотритель. – Я сам прекрасно вижу, когда студенты пытаются солгать или очернить кого-то намеренно. Так что Блэкмура из подозреваемых придётся исключить.
– Тогда остаётся только Серенита! – заявила я категорично. – Она Олю по любому поводу изводила!
– А если допустить на мгновение, что этот удар предназначался не Оле? – вкрадчивым тоном сказал вдруг смотритель, сбив с толку.
– А кому? – Я непонимающе заглянула в прищуренные карие глаза и замерла, озарённая пугающей догадкой. В памяти всплыли недавние слова Флориана «Мне вообще сначала показалось, что это ты». Неужели кто-то тоже принял соседку по комнате за меня?!
– На меня намекаете, – ответила на свой же вопрос. – Почему? Есть основания, кроме того, что на Оле была моя шуба?
– Твою подругу ударили сзади по голове. Довольно сильно. Благо меховая шапка смягчила удар. Но когда девушка упала, её больше не тронули.
– Может, хотели просто напугать? – предположила невольно дрогнувшим голосом.
– Или когда слетела шапка, нападавший понял, что перед ним не его цель, – безжалостно озвучил Лайэрт мои потаённые страхи, в которые не хотелось верить. Хотя... активированный портал мне тут однажды уже подсунули!
– Думаете, меня убить собирались?! Тогда тем более это была Серенита! Она меня ненавидит! – воскликнула, не сдерживая эмоций. – Наверное, подговорила кого-то из своей свиты.
– Я, конечно, всё проверю, но не думаю, что она могла решиться на подобный шаг, – покачал головой Лайэрт, вызвав прилив раздражения. Кто бы сомневался, что в подобной ситуации он будет защищать своих!
– Почему?
– Каждый хранитель знает, как важно сохранять баланс в этом месте. Нам это внушают едва ли не с рождения. Так что никто бы не решился его нарушить без веской, я бы сказал, жизненно важной причины. У Серениты такой причины нет, – спокойно объяснил смотритель. – Да, она злится на тебя, завидует и старается досадить. Но на столь опасный для всех нас шаг, я уверен, она бы не решилась.
– А как же портал? – не поверив, напомнила я.
– Это, скорее глупый и необдуманный поступок, чем хладнокровный расчёт. Серенита рано осталась без матери. Сайлиана погибла в пожаре практически сразу после родов. И отец девочку, безусловно, избаловал, но она
