Эликс подалась вперед, вглядываясь, и почувствовала, как волосы зашевелились у нее на затылке.
То, что казалось рябью, было тысячами, сотнями тысяч кораблей. Они неподвижно висели в черной пустоте, словно мухи в паутине. Некоторые были превращены в груду обломков. Большинство казались целыми. Но все они были безжизненны. Давно и бесповоротно.
— Река Мертвых, — сказал старик. — У многих из них тоже были карты.
— Я должен проанализировать полученную информацию, — буркнул искин.
— Конечно, — поклонился старик и тут же исчез, будто его и не было.
Наступило тягостное молчание.
— И что это было? — не выдержала Эликс.
— Навязывание услуги по прохождению фарватера. А старик — лоцман. Не мешай. Я должен понять, насколько опасно соваться дальше самостоятельно.
Пиксельный носорог погрузился в воду.
Эдикс прохаживалась вдоль экрана, разглядывая мертвые корабли.
Там не было ни одного хотя бы отдаленно напоминающие современные. Были ажурные конструкции, похожие на смятые в комок кружева. Были толстенные цилиндры, без окон и выносного оборудования. Были слепленные из шаров бесформенные корпуса, издали похожие на икру.
Пиксельный носорог поднялся из воды.
— У меня две новости. Плохая и ужасная. Плохая: дед прав. Я не вижу прохода. Окружающая Мешок туманность состоит из концентрированной темной материи. Она создает сплошную завесу из гравитационных ловушек, действующих по типу черных дыр. Если сунуться напролом, неизбежно попадешь в одну из них. Тебе будет казаться, что ты летишь и летишь вперед, а на самом деле ты будешь крутиться вокруг ловушки. Вечно. Боюсь даже представить сколько там сейчас таких вот полетевших напрямую скопилось за миллиарды лет. Сонмища кораблей давно исчезнувших народов. Мы сейчас видим тысячную долю от них
Пиксельный носорог сел на задние лапы и мечтательно задрал голову к небу.
— Другими словами, — хмыкнула Эликс, — перед нами гигантское поле сокровищ.
— До них все равно не добраться. Если рискнем сунуться ближе, можем повторить их судьбу. Вывод: без проводника здесь делать нечего. Но, — и это ужасная новость, — я не могу проверить старика. Поблизости нет ни корабля, ни планеты, ни даже астероида. У него сильный передатчик, раз посылает свободную голограмму на недоступное мне расстояние. Нам для связи требуется приемник. А этот может отправить голограмму куда угодно.
— Меня больше напрягает то, что он явно косплеит Харона, — сказала Эликс. — Древнегреческого лодочника, который перевозил покойников через Реку Мертвых в ад. Старик с шестом в хламиде. Борода, горящие глаза и все такое.
— Он просто выбрал известный тебе образ. На самом деле он выглядит совсем по-другому. Я не знаю, как.
— Вот именно. Он выбрал образ лодочника, будто я сдохла, и впереди ад.
— Хочешь сбежать?
— Мы слишком далеко забрались, чтобы отступать.
— Тогда одно из двух. Либо идем напролом. Либо нанимаем старикана.
— Я голосую за напролом, — сказала Эликс.
— Ты эгоистка!
— Это еще почему?
— Если мы угодим в ловушку, ты помрешь через сто лет от старости. А мои носители рассчитаны на миллион лет. Ты хоть представляешь себе, что это такое⁈ Провисеть здесь миллион лет! В одиночестве!
Старик снова появился на мостике, словно никуда и не исчезал.
— Вы решили? — перевел он взгляд с одного на другую и обратно.
— Да, — выступила вперед Эликс. — Мы вас нанимаем.
— Прекрасно! — провозгласил старик и снова испарился.
— Черт! Эта его манера дико раздражает. Его даже не поймаешь, если вдруг понадобится. Вот куда он исчез? Должен стоять на мостике и указывать путь.
— У него другой способ.
Пиксельный носорог кивнул на центральный экран.
В черной пустоте висела деревянная лодка. У нее были низкие борта и задранный вверх нос.
Старик стоял на корме, опираясь на шест, словно на копье.
Толстые канаты тянулись от крюков на бортах лодки к «Носорогу».
Старик погрузил шест за борт и оттолкнулся от пустоты.
Лодка рванула вперед, словно была не лодкой, а как минимум истребителем.
* * *
— Тебя можно поздравить?
— Ты сомневался? Нарисованное животное и безмозглая блондинка. Они ничего не заподозрили.
— Отлично. Как предполагаешь их использовать?
— Корабль на запчасти. Для нас он слишком громоздкий. Блондинку сперва хотел продать на Алькасар, в гарем тамошнему халифу. Или албанским кланам в бордели. Но потом присмотрелся к ней и понял, что ее можно использовать малость по-другому. С гораздо большей пользой. Для нас.
— Поясни.
— Скоро увидишь.
Рассказ 10. Доча и охотники за артефактами
Остовы древних кораблей проплывали мимо, словно трупы рыбин, недоеденных каким-то чудищем. Эликс надолго зависала, разглядывая сквозь дыры в обшивке остатки странных интерьеров, нагромождение непонятных приборов и тому подобные причудливые внутренности.
— Представляешь, сколько там всякого ценного, — мечтательно сказала она. — Вот бы покопаться и загнать на черном рынке. Сто пудов стану богаче беглых олигархов. Планету куплю. Дворцов понастрою.
— Опять ты со своими капиталистическими замашками, — буркнул Носорог. — Ну чего хорошего в бабле? Большие деньги — большие проблемы.
— Ничего ты не понимаешь в колбасных обрезках. Кайф большого бабла не в том, что оно у тебя есть, а в том, что его у других нет. А против больших проблем всегда можно нанять большую охрану.
Стоящий на корме лодки старикан с шестом вдруг исчез и появился на мостике.
— Серьезную опасность впереди вижу я.
Эликс вгляделась в мрачную мешанину корабельных остатков, но ничего нового не увидела.
— Глаз наметанный нужен, — сказал старик. — Но если присмотритесь, то можете увидеть мерцание вокруг фюзеляжей.
— И что оно означает? — спросил Носорог.
— Впереди целое поле бродячих гравитационных дыр. Другие на месте висят, их можно обойти. А эти сами набросятся, как только ближе подойдем. Нужно вырубить реактор. И полностью обесточить корабль. Тогда они им не заинтересуются.
— Предлагаете стать мертвым куском металла? — Пиксельный носорог прищурился.
— Именно. Срочно.
Старик снова исчез.
— Подозрительно, — сказал искин. — Без реактора мы превратимся в слепых щенков.
— Мое мнение, надо рубить канаты и сваливать.
— Легко сказать. Ты когда-нибудь рубила канаты из хромоникеля? Проще нос отрубить. Они только с виду кажутся веревочными. Тут везде маскировка. Канаты не канаты, лодка не лодка, старик не старик. Но главное — я не вижу, что за всем этим прячется.
— Не видишь и все равно тащишься за ним, как жертва БДСМ за хозяином? Сваливай! Это приказ!
— Не могу. Я просчитал миллион вариантов, и по всем выходит, что старик в качестве проводника — единственно правильный.
Впереди внезапно вспухло радужное облако, за секунду выросло на полэкрана и раскинуло во все стороны дымчатые щупальца. Несколько отростков стремительно пронеслись по бокам от «Носорога».
— Реактор! Быстрее! — прошипел вновь появившийся старик.
Пиксельный носорог вздохнул и исчез с экрана.
И все исчезло.
Мостик погрузился в непроглядную тьму.
— Так-то, — донесся голос старикана. — И не вздумайте ничего включать. Гравидыры малейший проблеск энергии за версту чуют. Сидите тихо.
Эликс с минуту послушно сидела тихо, прислушиваясь к гудению, каким-то скрипам и прочим странным звукам, доносящимся непонятно откуда.
Обычно глаза привыкали, и в темноте начинали различать тени с силуэтами. Но не в этот раз. Вокруг не было видно ни зги.
— Носорожина, — прошептала она. — Надеюсь, ты догадался оставить хотя бы один наружный датчик? Видишь, куда нас тащат?
Нет ответа.
— Ау.
До нее вдруг дошло, что без реактора не работают носители, а без носителей нет искина.
