Сергеевым ярко засверкали Дмитрий Харин, Игорь Добровольский, братья Савичевы — Юрий и Николай. Стрельцов не просто увидел в этих мальчишках будущих мастеров. Он их сделал.
* * *
Результат: четыре европейских трофея подряд.
Кубок обладателей кубков в сезоне 1984/85 — первый европейский трофей московского «Торпедо». Кубок УЕФА в сезоне 1985/86 — монофинал против днепропетровского «Днепра», два советских клуба в финале европейского турнира.
А затем — два Кубка чемпионов.
Вена, 1987 год: финал против мадридского «Реала» Лео Беенхаккера. «Торпедо» проигрывает 0:2 к перерыву. Что Стрельцов сказал своим игрокам в раздевалке — знают только они. Во втором тайме на поле вышла другая команда. 4:3.
Штутгарт, 1988 год: финал против голландского ПСВ. Протасов открывает счёт на шестидесятой минуте, голландцы сравнивают. И тогда Стрельцов выпускает восемнадцатилетнего Игоря Чугайнова. На восемьдесят восьмой минуте Чугайнов забивает победный гол. 2:1. «Торпедо» — двукратный обладатель Кубка чемпионов.
И вот что важно: к этому моменту Сергеев и Заваров уже играли в «Барселоне». Команда, лишившись двух главных звёзд, не сделала ни шага назад. Выиграла второй Кубок чемпионов. А в следующем сезоне была в шаге от третьего финала подряд. Это ли не лучшее доказательство того, что Стрельцов строил не вокруг имён, а строил систему?
* * *
Отдельная страница — чемпионат мира 1986 года в Мексике. Стрельцов работал там помощником Эдуарда Малофеева. И присоединился Эдуард Анатольевич к сборной в тяжелейшей ситуации когда его друг и партнер по Торпедо Валентн Козьмич Иванов, помогавший Малофееву до этого, слёг в больницу с тяжелейшим инфарктом после всем известных событий на Канарских Островах. О том, какова была его роль в победе, лучше всего расскажет сам Малофеев — его слова читатель найдёт ниже.
* * *
Болезнь настигла Стрельцова в начале 1989 года. Несколько перенесённых инфарктов подорвали здоровье задолго до этого, а диагностированный рак горла не оставлял иллюзий. Эдуард Анатольевич был освобождён от должности главного тренера «Торпедо» и передал команду Валентину Козьмичу Иванову. Тому самому кого достойно заменил в Торпедо 5 годами ранее а потмо еще и заменил в сборной.
Последний раз общественность видела Стрельцова двадцатого сентября 1989 года, на стадионе «Торпедо», во время товарищеского матча СССР — Бразилия. Он пришёл с палочкой, худой, непохожий на себя. Но он пришёл. На свой стадион, к своим людям.
Ему стало плохо после матча. Его увезли в больницу. Больше на стадион он не вернулся.
Шестнадцатого января 1990 года Эдуарда Анатольевича не стало.
Мы попросили людей, знавших Стрельцова, сказать о нём несколько слов.
* * *
Валентин Козьмич Иванов, главный тренер «Торпедо», давний партнёр и друг Стрельцова:
— Мы с Эдиком знакомы с пятьдесят третьего года. Тридцать семь лет. Он пришёл в команду мальчишкой, а я уже играл. Я сразу увидел: это не просто талант. Таланты приходят и уходят. Это что-то другое. Он мяч чувствовал так, как музыкант чувствует инструмент. Не учился этому — просто знал. Мы вместе играли, вместе ездили на Олимпиаду, вместе всё прошли. Потом я трижды принимал у него команду — и каждый раз думал: лучше бы не принимал, лучше бы он сам продолжал. Потому что никто лучше Эдика не понимал, что такое «Торпедо». Он и был «Торпедо». Я теперь за ребят отвечаю. Постараюсь не подвести. Но второго Стрельцова не будет.
* * *
Валерий Васильевич Воронин, помощник главного тренера «Торпедо»:
— Я скажу то, чего, может быть, не стоит говорить в газету. Но Эдуард Анатольевич мне жизнь спас. Не в переносном смысле. Буквально. Я в начале восьмидесятых был в таком состоянии, что… ну, все знают, в каком я был состоянии. Пил. Никому не нужен. Бывший футболист, бывший человек. Я прекрасно помню, как Эдик с Валей Ивановым… (утирает слёзы, долго не может говорить, потом продолжает)…приехали ко мне в больницу. И долго разговаривали. Очень долго. Я лежал и думал: зачем вы приехали, кому я нужен, посмотрите на меня. А Эдик сидел на табуретке рядом с койкой и говорил. Тихо, спокойно, как он умел. Про «Торпедо», про команду, про то, что ему нужен помощник. Что он один не справится. Не попросил, не предложил — сказал: будешь работать со мной. Как будто это решённый вопрос. Я говорю: Эдик, ты на меня посмотри. А он: я смотрю. Поехали. И я поехал. С того дня не пью. Всё, что у меня есть — работа, семья, уважение людей, — всё начинается с той больничной палаты. Эдуард Анатольевич никогда об этом потом не вспоминал. Ни разу. Не его манера. Спасибо тебе, Эдик. За всё.
* * *
Марат Владимирович Грамов, председатель Государственного комитета СССР по физической культуре и спорту:
— Эдуард Анатольевич Стрельцов — фигура, значение которой выходит далеко за рамки спорта. Достижения «Торпедо» под его руководством — свидетельство того, на что способен советский человек, советская школа, советский подход к делу. Государственный комитет по физической культуре и спорту выражает глубочайшие соболезнования семье Эдуарда Анатольевича, коллективу «Торпедо», всем любителям футбола в нашей стране и за рубежом.
* * *
Константин Иванович Бесков, заслуженный тренер СССР:
— Я видел Стрельцова-мальчишку. Мне тогда было чуть за тридцать, я заканчивал играть, а он только начинал. И я помню, как подумал: вот оно. Вот тот, кого мы ждали. В нашем поколении таких не было. В следующем — появился. Один. Что с ним потом сделали — не мне судить, суд уже рассудил и реабилитировал. Но семь лет, отнятые у этого человека, — это семь лет, отнятые у всего советского футбола. Тренером он стал лучшим из всех, кого я видел. А я видел многих.
* * *
Эдуард Васильевич Малофеев, главный тренер сборной СССР:
— Мы с ним — два Эдуарда. Он был моим помощником, но слово «помощник» здесь не совсем точное. Он был моим вторым я. Когда готовили план на Мексику, я отвечал за общий рисунок, а Эдуард Анатольевич — за то, как должна работать атака. Он сам был нападающим, и он точно знал, как нападающий должен открываться, куда бежать, в какую секунду начинать движение. Это невозможно объяснить теоретически. Это можно только знать. Стрельцов знал. Мы стали чемпионами мира, и половина этого золота — его.
* * *
Валерий Васильевич Лобановский, главный тренер киевского «Динамо»:
— Мы с Эдуардом Анатольевичем придерживались разных взглядов на футбол. Это известно. Но разница во взглядах не мешала мне признавать очевидное. Цифры говорят сами за себя.
