Мне нечего добавить.Наш Футбол понёс невосполнимую потерю, приношу свои искренние соболезнования семье.
* * *
Юрий Савичев, нападающий «Торпедо» и сборной СССР:
— Когда мы с Колей (Николай Савичев, нападающий Торпедо и сборной СССР, брат близнец Юрия Савичева. прим. ред.) перешли из Футбольной школы молодёжи в дубль «Торпедо», Эдуард Анатольевич уже тренировал команду мастеров. Но его влияние, его дух ощущался в дубле во всём. Он ни на минуту не терял дублирующую команду из вида — поэтому и не боялся рисковать, поэтому очень быстро дал нам с братом возможность дебютировать в основе. И терпеливо, как настоящий старший товарищ, учитель и наставник, помогал нам, прощал ошибки, объяснял, как стать лучше. В результате мы с Колей заняли место в основном составе «Торпедо». Мы оба приносим соболезнования семье нашего первого тренера.
* * *
Дмитрий Харин, вратарь «Торпедо» и сборной СССР:
— С Эдуардом Анатольевичем связана вся моя футбольная карьера. Я прошёл все ступени детского и юношесокго футбола, мне не было ещё и шестнадцати, когдаон поднял меня в дубль. Именно с ним я вырос в того, кто я есть сейчас. Не думаю, что без Стрельцова я состоялся бы как футболист и как вратарь сборной Советского Союза. Больно думать о том, что его больше нет.
* * *
Лео Беенхаккер, главный тренер мадридского «Реала» в 1986–1989 годах:
— Мой «Реал» вёл 2:0 к перерыву того финала. Я был уверен, что мы победим. Во втором тайме я увидел других людей. Не другую тактику — других людей. Я потом долго думал, что произошло в перерыве в их раздевалке. Спрашивал игроков, журналистов. Никто не мог объяснить. Стрельцов что-то сказал — и они вышли людьми, которые не могут проиграть. Не «не хотят» — «не могут». Разница огромная. За всю мою карьеру я видел такое один раз. В тот вечер в Вене. Мы проиграли, и я до сих пор не могу это забыть. Но я нахожу утешение в том, что проиграли лучшему.
* * *
Ярослав Сергеев, капитан «Барселоны» и сборной СССР, по телефону из Барселоны:
— Эдуард Анатольевич — мой первый тренер. Единственный. Все остальные — потом. Я очень многим обязан Эдуарду Анатольевичу и считаю его своим учителем. То, как я вижу поле, как открываюсь, как принимаю решение за долю секунды, — это всё он. Я вчера не спал всю ночь. Само собой что я что Саша Заваров с семьями прилетим на похороны. До сих пор не могу поверить что приходится говорить о них. Приношу свои соболезнования семье.
* * *
Валерий Тимофеевич Сайкин, председатель исполкома Московского городского Совета народных депутатов:
— Эдуард Анатольевич был моим другом. Мы действительно дружили — ровно настолько, насколько могут дружить творец и восторженный поклонник. А я, несмотря на занимаемые посты — сначала директора ЗИЛа, потом председателя Моссовета, — был именно поклонником. И нашего любимого «Торпедо», и его самого. Для меня Стрельцов всегда был воплощением торпедовского духа. Гений, который был на самом верху, упал и разбился об острые скалы, а потом нашёл в себе силы начать заново. Начать жить, начать играть, начать творить. И дойти до вершин, о которых не мог мечтать никто. Настоящий коммунист — не по партбилету, а по характеру.
Теперь о другом. Москва обязана сохранить его память. Нами принято решение о следующем. Первое: стадион «Торпедо» на Восточной улице с сегодняшнего дня будет носить имя Эдуарда Стрельцова. Второе: у стадиона будет установлен памятник. Я поручил Главному архитектурно-планировочному управлению Москвы начать работу незамедлительно. Третье: одна из улиц в районе стадиона будет переименована в улицу Стрельцова.
Эдуард заслужил это. И он бы, конечно, сказал, что не надо, что это лишнее. Но на этот раз мы его не послушаем.
* * *
Прощание с Эдуардом Анатольевичем Стрельцовым состоится 19 января на стадионе «Торпедо». Похороны — на Ваганьковском кладбище.
Эдуард Анатольевич Стрельцов (21 июля 1937, Перово, Московская область — 16 января 1990, Москва).
Игрок: московское «Торпедо» (1954–1958, 1965–1970). Сборная СССР: 38 матчей, 25 голов. Олимпийский чемпион 1956 года.
Тренер: московское «Торпедо» (1984–1989). Четырёхкратный чемпион СССР. Двукратный обладатель Кубка СССР. Обладатель Кубка обладателей кубков (1985). Обладатель Кубка УЕФА (1986). Двукратный обладатель Кубка европейских чемпионов (1987, 1988). Помощник главного тренера сборной СССР — чемпиона мира 1986 года.
Глава 8
Двадцать второго января я вернулся в Барселону. Вообще собирался это сделать ещё двадцать первого, но не получилось. Прямо на похоронах Стрельцова стало плохо Воронину, притом настолько плохо, что его увезли на скорой. Из-за этого мне пришлось задержаться, так как я не мог просто взять и улететь, не навестив Валерия Васильевича в больнице. Это было бы неправильно. Но и Круифф, и Нуньес восприняли это с пониманием, никаких организационных выводов из этого сделано не было.
Все следующие дни, всю следующую неделю я ходил буквально как в воду опущенный. Смерть моего первого тренера в этом мире ударила по мне достаточно сильно. Но, как говорится, всё проходит и это прошло. Тем более что лучший способ отвлечься даже от таких мыслей, от такой ситуации это, безусловно, работа. Работа и семья. У меня есть и то, и другое, и какое же счастье, что эти две вещи для меня любимые. И любимая работа, футбол, и любимая Катя, Сашка, и наш будущий второй ребёнок. Девочка, само собой, кто же ещё.
* * *
Февраль начался с Копы дель Рей, с четвертьфинала с «Реал Сосьедад». Первый матч «Барселона» сыграла в Сан-Себастьяне ещё семнадцатого января, а ответный — седьмого. На него мы вышли в статусе уступающей команды: в Сан-Себастьяне случилась неожиданная, но очень обидная и опасная для нас осечка. На «Аточе», учитывая то, что там всегда тяжело, стадион камерный, атмосферный, с собственным характером, а баски орут так, что их слышно далеко за пределами стадиона, в поражении ничего удивительного нет. «Аточа» сама как двенадцатый игрок, так что там легко можно получить баранку.
Но «Камп Ноу» в этом плане не хуже. И два мяча это, конечно, серьёзный гандикап для «Реал Сосьедад». Но для нас, для «Барселоны», вполне отыгрываемый. Отыгрываемый!
И всё началось на двенадцатой минуте. Куман. Очередной удар со штрафного. Очередной радиоуправляемый выстрел под перекладину. Один-ноль. Ещё через двенадцать минут Лаудруп счёт удвоил. Смещение с правого фланга, оттуда рывок в центр, дриблингом прошёл одного, второго — и удар низом в ближний угол. Очень красивый гол.
