Искупаться в море удалось ближе к обеду, когда они, удовлетворив свою страсть, плотно позавтракали и немного прогулялись по замечательному прибрежному парку. Они приятно провели двухнедельный отпуск, ни разу не поссорившись, и продолжали изредка встречаться, вернувшись в родной город.
* * *
Они лежали рядом, словно два выброшенных из моря дельфина, с трудом восстанавливая сбившееся тяжёлое дыхание, одновременно ещё нуждаясь друг в друге и уже осознавая неизбежность отстранения. Спустя некоторое время, отрешённо глядя в потолок, Галина произнесла чуть хрипло:
— А почему ты никогда не смотришь на меня?
— Зачем? — лениво удивился Лавров.
— Разве тебе не любопытно увидеть моё лицо в этот момент?
— Абсолютно не любопытно.
— Вот как? — повернулась к нему Галина, приподняв голову и подставляя под неё ладонь согнутой в локте руки. — Тебе на меня наплевать?
— Что за чушь ты несёшь? — глянул на неё Валерка, пытаясь не поддаваться раздражению, которое он порой испытывал по отношению к своеобразным выходкам подруги. — Я уверен, что ты со мной улетаешь. А как это происходит, мне совершенно все равно.
— А мне нравится смотреть на тебя в этот момент, — откровенно призналась Галина.
— Ну и что, — отмахнулся Валерка.
— Потрясающее зрелище, скажу я тебе, — улыбнулась она, умолкнув, в надежде, что Лавров кинется её расспрашивать.
Но он молчал и, слегка нахмурясь, терпеливо ждал, когда она поймёт, что разговор ему неприятен. Но Галка не унималась.
— Неужели не интересно?
— Ничуть.
— Не может быть!
— Гал, — оборвал ее, наконец, Валерка, — прекращай ерунду молоть. Если уж ты так кипишь энергией, будь другом, принеси мне, пожалуйста, газировку из холодильника.
Беспрекословно подчинившись, Галка гибко поднялась и босиком пошлёпала в кухню за напитком для возлюбленного. Вернувшись, протянула ему покрытую бусинками воды серебристо-зелёную банку. Не выражая намерения взять напиток, Валерка лежал, слегка запрокинув голову, и рассматривал женщину снизу. С самого первого дня знакомства Лаврова поразил смуглый тон её кожи. Он ещё тогда, в поезде, подумал, будто попутчица отправляется на юг, по меньшей мере, второй раз за сезон. Но, как потом выяснилось, сочетание смуглой кожи и белокурых волос оказалось присуще Галке с самого рождения.
— Ты чего, пить расхотел? — удивилась Галина.
— Нет, — улыбнулся Валерка, — просто любуюсь, какая ты красотка!
— Да ладно, — неожиданно смутилась Галка и опустилась на диван, подогнув под себя одну ногу и прижавшись к обнажённому торсу Лаврова упругим бедром.
— Значит, полюбоваться подругой во всей красе, по-твоему, ненормально, — забрал у Галины ледяную банку Валера, приподнимаясь на локте, — а пялиться, когда занимаешься любовью, в самый раз?
— Чудной ты, — подтянула вторую ногу к груди Галина.
— А я думал, что нормальный, — отхлебнул напиток Валерка, усмехаясь, — и к тому же нравлюсь тебе.
— Нравишься — это не то слово, — воскликнула Галка. — У меня от тебя просто крышу сносит.
— Будешь? — протянул он ей банку.
— Не-а, — покрутила она головой, — я бы покурила. Можно, Валер?
— Сейчас, натяну что-нибудь и провожу тебя.
Некурящий Валерка, спокойно относясь к курящим вокруг него людям, совершенно не выносил, когда курят у него в квартире, даже на балконе. Поэтому он предложил Галине для этой цели небольшой балкончик в конце общего коридора на этаже.
— И мне одеваться? — пошутила Галка.
— Нет, — прыснул Лавров, — пойдёшь, как наяда.
Одеваясь, Галина продолжала рассуждать.
— А действительно, Валер, у меня таких, как ты, никогда не было.
— Каких это? — равнодушно спросил Валерка.
— Настоящих, за которых бы замуж захотелось. Да что там замуж! На край света пошла бы!
— Кстати, а ты замуж выходила?
— Нет, конечно, — пожала плечами Галина.
— Почему конечно?
— Причина стара как мир, — усмехнулась Галка, — кругом одни козлы.
— Стереотип, подруга.
— Ну, тебя-то я не имела в виду.
— И на том спасибо, — расхохотался Валерка, натягивая джинсы.
— Нет, Валер, правда, козлы. Бывало, только заговоришь про семью, про ребёнка, так их и след простыл.
— Разве тебе самой ребёнка никогда не хотелось?
— А где его растить? — внезапно обозлилась Галка. — В общаге, в комнатушке десятиметровой, с кухней и сортиром на шесть комнат.
— Люди везде живут.
— Да что теперь говорить, — сникла Галина. — Теперь уже хочешь не хочешь никого мне не родить. Ты, кстати, со мной напрасно предохраняешься.
— Печально, — равнодушно ответил Лавров, — но винить, кроме самой себя, некого.
— Думаешь? — горько глянула синими глазами Галина.
— Уверен, — кивнул Валерка. — А предохраняюсь я потому, что так привык. Курить-то пойдёшь?
— Конечно, сейчас сигареты возьму.
Глава 11
— Куртку накинь, — посоветовал Валера Галине, — там всегда ветер гуляет.
Галка подчинилась, и, миновав длинный коридор, они вышли на балкончик. Закурив, Галина опасливо прислонилась спиной к стене дома, поскольку ограждение балкона представляло собой тонкие металлические пруты арматуры, соединённые поверху полоской железа с прибитым к ней деревянным бруском, давным-давно позабывшим краску. Привалившись к стене рядом с Галиной, Валерка обнял её рукой за плечо и ободряюще подмигнул. Он и сам не то чтобы боялся, а не любил высоту, но, стараясь не подавать вида, поддержал подругу. С торца дома действительно дул довольно ощутимый, хотя и тёплый апрельский ветер. Галка курила, осматривая окрестности с высоты четвёртого этажа. Дым относило в сторону от Лаврова, который стоял, прижав подругу к себе, и глядел прямо перед собой. Ему было хорошо молчать рядом и наслаждаться приятным ветром, доносившим до них еле уловимые весенние запахи юной листвы.
На балконе этажом выше послышался шорох. Вероятно, кто-то тоже решил воспользоваться им как местом для курения, потому что в следующее мгновение оттуда полетела дотлевающая спичка и раздался хрипловатый мужской голос.
— Отвернись, а то на ветру не прикуришь.
Голос принадлежал соседу из квартиры на восьмом этаже Толяну, дважды судимому за воровство, высокому, сутулому, узкоплечему, худощавому мужчине.
— Ниже наклонись, — раздражённо ответил женский голос.
Валерка узнал и женщину. Это оказалась Наталья — жена Генки. Слушать их было неприятно. Валерка глянул на Галку, чтобы удостовериться, что она уже покурила, намереваясь увести её обратно в квартиру. Как вдруг сверху произнесли:
— Ну что там, Гендос сестру свою не раскрутил на хату?
— Ага, — фыркнула Наталья, — как же, раскрутит он. Если бы не Костька, мы так и не узнали бы про старуху. А Генка даже не удосужился узнать её точный адрес.
Валерка тем временем проворно повернулся лицом к Галине и, прижав палец к своим губам, сделал ей знак молчать. Она удивилась, но, заинтересовавшись разговором, продолжала молча стоять рядом с Лавровым.
— Ну я ж тебе нашёл точный адрес, — хрипло рассмеялся Толян.
— Да уж, если бы не ты…
— Подумаешь, срисовал вашу Алёнку от садика до бабкиного дома. Только и делов-то было. Ерунда всё
