с белыми облаками.
И сказал наконец Глускеп:
— Я не могу вернуть деревьям те листья, что сорвал с них Волчий Ветер. Но все эти листья по моему велению обернутся птицами! Отныне каждую осень птицы будут улетать в Страну Цветов и Лета, а весной вы увидите их вновь. Птицы эти никогда не забудут, откуда они родом. Словно листья, они будут кружиться в воздухе. Голоса ветров и журчание вод отзовутся в их песнях. Эти песни станут радовать людей. А дети — пусть они не дают птиц в обиду, помня о том, как не дал их в обиду зелёный лес. Деревья же, с которых Волчий Ветер сорвал зелёный наряд, отныне будут каждую весну одеваться зеленью вновь.
Глускеп поднял волшебную палочку, четыре раза взмахнул ею — и жёлтые, оранжевые, красные листья, что лежали на земле, встрепенулись и взлетели ввысь пёстрой птичьей стаей.
⠀⠀
⠀⠀
О том, как кролик потерял свой хвост
⠀⠀
те далёкие времена, когда великий Глускеп только заселил землю, все звери были совсем не похожи на нынешних. Даже Аблигамуч, кролик, бегал тогда на длинных, стройных ножках, и комары не решались беспокоить его: своим пышным хвостом Аблигамуч бил их без всякой жалости. Но послушайте, что случилось потом.
Однажды весной, когда на тонких стебельках повисли белые колокольчики ландыша, Аблигамуч отдыхал под густым кустом. Вдруг он услыхал шорох и осторожно выглянул из-под куста. Утирая слёзы, по лесу брёл Ускул рыболов из племени ласок.
— Здравствуй, — грустно сказал Ускул, заметив кролика.
— Что опечалило тебя, брат Ускул? — спросил кролик.
— Я спешу на свою свадьбу и сбился с пути, — всхлипнул Ускул. — Я должен поспеть на свадьбу до захода солнца, иначе отец моей невесты выдаст её за ворона. Он поклялся в этом! А посмотри, солнце-то уж низко…
— Где живёт твоя невеста?
— В селении Уилнеч, что у изгиба реки…
— Я хорошо знаю эти места, — встрепенулся кролик. — Следуй за мной!
Аблигамуч быстро побежал вперёд. Ускул же, привыкший больше лазать по деревьям, вскоре отстал. Он то и дело поднимался на задние лапы и высматривал, где среди травы мелькнёт хвост кролика. А солнце уже висело под нижней веткой дуба, как огромный золотой жёлудь. И тут Ускул вдруг оступился и почувствовал, что летит вниз головой в какую-то яму. Он больно ударился о камень, однако сразу вскочил и стал звать кролика.
Долго кричал Ускул, даже охрип, пока кролик вернулся.
— Эй, ты здесь? — позвал кролик, ложась на край ямы.
— Пропал я…
— Погоди! Сейчас придумаем что-нибудь, — откликнулся Аблигамуч. — Вот тебе мой хвост, хватайся за него! Вытащу.
Изловчился Ускул, подпрыгнул и уцепился за кроличий Хвост. Аблигамуч упёрся четырьмя лапами и стал изо всех сил тянуть. Вот уже показалась голова Ускула, но тут что-то громко треснуло, и Аблигамуч ткнулся носом прямо в землю… Это его хвост, длинный, пушистый хвост, оборвался… Помотал головой кролик, стряхнул прилипшие к носу старые сосновые иглы, потом обхватил передними лапами тонкое деревцо и, свесив вниз задние лапы, крикнул:
— Эй, держись крепче!
Рыболов был тяжёлый. На миг кролику даже показалось, что больше он не выдержит, во тут из ямы вынырнула круглая голова Ускула.
— Ух! — только и сказал Аблигамуч, отцепившись от дерева.
И тут он обнаружил, что задние ноги его стали длинней передних! Бежать, как прежде, он уже не мог, а надо было поторапливаться.
— Идеи, идём, рыболов, — позвал Аблигамуч. — Тебе ведь спешить надо!
Когда между солнцем и землёй остался только крохотный просвет — не проползти даже гусенице! — Аблигамуч и Ускул прибежали в селение.
Ускул рассказал, что произошло с ними в пути. Аблигамуча усадили на самое почётное место, и не было на том пиру более дорогого гостя, чем кролик! Невеста танцевала с ним первый танец. Кролик, хотя ноги у него ещё болели, так закружил её, что она упала на куст ежевики и разорвала свой праздничный наряд. Аблигамуч очень опечалился, но сейчас же вспомнил, что неподалёку видел красивую шкуру, развешанную для просушки. И вскоре перед невестой уже лежала серебристая шкура оленя.
— Нужен ещё поясок, чтобы шкура не развевалась по ветру! — сказала невеста.
Кролик оторвал от шкуры тонкую полоску и скрутил тугой шнурок.
Поздно ночью, когда веселье кончилось, кролик стал прощаться.
— Подожди меня здесь, — шепнула ему невеста и скрылась в кустах.
Скоро она вернулась, неся белый пушистый комок.
— Вот возьми наш подарок, — сказала она. — Носи эту шубку зимой, она бела как снег, и тебя никто не заметит!
Очень обрадовался Аблигамуч такому удивительному подарку. Попрощавшись со всеми, он поспешил домой.
Стояла полная луна, и в лесу было совсем светло. Пробегая мимо небольшого озерка, Аблигамуч нечаянно взглянул в воду и в страхе отскочил назад.
— Ой, неужели это я? — испугался кролик и присел на траву. — Как покажусь я теперь своим друзьям? О-о-о… — тихонько заплакал он.
Сколько Аблигамуч просидел так на берегу, никто не знает. Кому мог кролик поведать своё горе? Разве что всемогущему Глускепу…
— О Глускеп, — робко шептал кролик, — ты видишь, что сталось со мной? Все будут смеяться над бедным кроликом… Верни мне мой прежний облик…
Высоко в горах добрый Глускеп услыхал жалобу своего маленького друга и в мгновение ока очутился подле кролика.
— Я знаю, что случилось с тобой, — промолвил он, — Но не горюй: за твою доброту я тебя награжу. Ты ведь любишь душистый сладкий клевер?
Кролик печально кивнул.
— Раньше тебе трудно было уловить его медовый запах, — продолжал Глускеп, — а теперь я сделаю так, что ты будешь чуять клевер издалека!
— Это хорошо! — приободрился кролик. — Но скажи: как я буду бегать на таких вот ногах?
— Можно ведь не только ходить или бегать, можно ещё и прыгать, — успокоил его Глускеп. — И, поверь мне, это придётся тебе по нраву.
— Ну, а как же мой хвост? Неужто он навсегда останется таким?
— Не спорю, прежде хвост у тебя был нарядней, — отвечал Глускеп. — Однако припомни, как часто приходилось тебе вытаскивать из него репьи и колючки.
— Ты говоришь правду, о великий Глускеп! — совсем повеселел кролик. — Туго мне приходилось с моим хвостом. — И Аблигамуч рассмеялся.
— Вот видишь. Значит, теперь тебе будет лучше, чем было! — И Глускеп тоже рассмеялся.
А когда Глускеп весело смеётся, земля дрожит и верхушки деревьев касаются травы…
В память о том, как кролик выручил из беды своего друга, повелел Глускеп с той поры всем кроликам походить на Аблигамуча. Оттого у всех кроликов задние ноги длинные, а хвосты
