стене.
Я почувствовала его губы на своих — сначала нежные, потом всё более жадные, настойчивые. Он целовал меня так, будто хотел выпить до дна. Его руки скользнули по моим бёдрам, задрали платье, и я почувствовала, как он стягивает с меня трусики — кружевные, чёрные, которые надела вчера специально для него.
— Роман... -выдохнула я, но это был не протест. Это было разрешение. Мольба.
Он приподнял меня, и я обхватила его ногами, прижимаясь к нему всем телом. Он вошёл в меня резко, глубоко, прижав к стене. Я вскрикнула — от неожиданности, от удовольствия, от того, как сильно он этого хотел. Я чувствовала его всего — его тепло, его силу, его желание.
Мы двигались в такт, синхронно, как будто наши тела давно знали друг друга. Я чувствовала его руки на своих ягодицах, его дыхание на своей шее. Он шептал моё имя, и я таяла в его руках. Каждое движение отдавалось внутри меня сладкой дрожью. Я забыла о времени, о работе, обо всём.
— Ты моя, — шептал он. — Моя. Слышишь?
— Твоя, — выдыхала я, теряя голову от наслаждения.
Всё было быстрее, горячее, отчаяннее. Я чувствовала, как он заполняет меня всю — не только тело, но и душу. Когда всё закончилось, мы стояли у стены, тяжело дыша. Я чувствовала, как дрожат мои ноги, как колотится сердце.
— Ты с ума меня сводишь, — прошептал он, уткнувшись лицом в мои волосы. — Ты знаешь это?
— Знаю, — выдохнула я, чувствуя, как внутри всё трепещет. — И ты тоже меня сводишь. Но нам правда пора.
Мы привели себя в порядок, как могли. Трусики были безнадёжно испорчены — он разорвал их в порыве страсти. Я засмеялась, глядя на них.
— Я куплю тебе новые, — пообещал он, целуя меня в плечо. — Десять пар. Всех цветов.
— Только чёрные, — улыбнулась я. — И кружевные.
Мы вышли из номера в половину двенадцатого. Спустились в холл, молчаливые, но счастливые. На парковке он снова взял меня за руку, и я не отстранилась. Его пальцы переплелись с моими, и я чувствовала, как тепло разливается по всему телу.
По дороге в Москву мы почти не говорили — только держались за руки, слушали музыку и смотрели на утренние поля, проплывающие за окном. Я знала, что скоро вернусь в свою обычную жизнь. К мужу, который не любит меня. К работе, где меня унижают. Но сейчас, в этой машине, я была только его.
Роман остановился у метро «Парк культуры». Я знала это место — здесь мы встретились вчера. Я смотрела на знакомый выход, и мне казалось, что прошла вечность.
— Я бы не хотел отпускать тебя, — сказал он, глядя на меня с такой нежностью, что у меня защемило сердце.
— Я знаю, — ответила я. — Но нужно. Работа. Жизнь. Помнишь, только одна ночь?
— Одна ночь, — послушно повторил он.
Потом притянул меня к себе и поцеловал долгим, тёплым поцелуем. Я чувствовала его губы, его дыхание, его запах. Мне хотелось остаться в этом моменте навсегда.
— Вечером я могу тебе написать? По работе? Мое сердце сделало скачок. Он же не… намекает на продолжение? Это была месть. Один раз. Одна ночь.… Но, как говорится, полночь наступила, карета превратилась в тыкву, а я снова — в замужнюю женщину. Да, мне надо решить этот вопрос. Но… — Одна ночь… Держи свое слово! — загадочно улыбнулась я.
Я вышла из машины, и он уехал. Я стояла у метро, чувствуя, как ветер шевелит мои волосы. Внутри всё горело — от его прикосновений, от его слов, от того, что произошло между нами.
Я спустилась в метро. Ехала на работу, сжимая в руках сумку, и улыбалась своим мыслям. Я опоздала. Сильно. Почти на четыре часа.
На работе я вошла в кабинет, и Ира взглянула на меня с удивлением. Её глаза округлились, когда она посмотрела на часы.
— Лена! — воскликнула она. — Ты где была? Уже почти час! Ты опоздала! Я думала, ты заболела или что-то случилось. Я уже хотела звонить в больницы!
Я села за свой стол, включила компьютер и улыбнулась.
— Всё в порядке, — сказала я, чувствуя, как внутри всё трепещет от воспоминаний. — Просто... хорошая ночь.
Ира хитро прищурилась, но не стала допытываться. Она знала, что я не скажу. По крайней мере сейчас.
— Ты выглядишь... счастливой, — осторожно сказала она.
— Я и есть счастливая, — ответила я, и это было правдой.
Я сидела за столом, смотрела в монитор, но видела только его лицо. Только его руки. Только его глаза. Я помнила каждое его прикосновение, каждое слово, каждый взгляд. Мое тело еще ощущало его поцелуи…
Остаток дня прошёл в тумане. Я отвечала на письма, разговаривала с коллегами, но всё это казалось нереальным. Я была где-то там — в той ночи, в том отеле, в его руках.
Он написал мне в четыре часа дня. С незнакомого номера я получила одно короткое сообщение, и сердце забилось быстрее: «Ты — лучшее, что было в моей жизни».
Я смотрела на экран и внутри меня разлилось тепло.
Эта ночь изменила меня. И я знала, что ничего уже не будет как раньше.
… А на сообщения мужа, на пропущенные звонки я просто не обращала внимания. Это всё потом. Вечером…
Глава 11. Разговор с мужем
Я шла домой без страха. Удивительно, но внутри меня не было ни трепета, ни сомнений. Только холодная, кристально чистая уверенность. Я знала, что скажу ему. И я знала, что это будет конец.
Телефон в кармане молчал — Руслан больше не звонил. Он уже получил свой ответ моим молчанием, и теперь я собиралась дать ему ответ словами. Я вошла в квартиру, спокойно сняла пальто, повесила его на вешалку. Руслан сидел на кухне в темноте, силуэт подсвечивался только экраном ноутбука. Он даже не повернулся.
— Ну? — голос его был ледяным. — Где ты шлялась всю ночь?
Я прошла на кухню, встала напротив него, чтобы видеть лицо. Свет от монитора падал на его черты, делая их резкими, злыми.
— Я знаю про Олю, — сказала я ровно, без дрожи в голосе.
Он замер. Пальцы застыли над клавиатурой. Медленно, очень медленно он поднял на меня глаза.
— Что?
— Ты слышал. Я знаю про вашу интрижку. Читала переписку перед твоим отлётом в Таиланд. И знаю, что ты уехал не с коллегами.
Он встал, отодвинув стул. Глаза его сузились, на скулах заиграли желваки.
— Ты рылась в моём телефоне?
— Я прочитала сообщение на экране, — сказала я
