— А что, Дэн действительно может достать такой список?
Мой вопрос был задан с недоверием. Обычно к спискам гостей, ожидавшихся на подобных мероприятиях, очень мало кто имел доступ, да и эти люди не бывали чужими принимающему дому.
— Достать-не достать, а взглянуть точно может, — развеяла мои сомнения Нэт. — Думаешь, он у нас только и умеет, что по пьяни руки распускать? Э нет, Дэн у нас — красавчик, кроме тех случаев, когда его накрывает… А накрывает его нередко, — пожевав губами, заключила она.
Алонсо многозначительно усмехнулся.
— И что будем делать теперь? — спросила я.
— Когда Дэн придёт, просмотрим список Джастинов и Нортонов, вычеркнем неподходящих, — ответил Алонсо. — Тех, которые уже в городе, проверим, остальных будем проверять по мере приезда. А завтра к вечеру решим, нужно ли пробираться на приём.
— А пока можно и передохнуть, — заключила Нэт. — И в этой связи помогите-ка мне решить одну сложную дилемму.
— Ну?
Мы с Алонсо уставились на неё с интересом. Наёмница сделала загадочное лицо.
— Сижу и думаю, — неспешно протянула она. — Вон тот или вот этот?
Она указала сперва на высокого, внушительной комплекции шатена, сидевшего, вытянув ноги, через два стола от нас, а затем на совсем молоденького юношу со светло-русыми волосами и голубыми глазами. Говорила она при этом с такой интонацией, словно выбирала себе десерт и никак не могла определиться между пудингом и фруктовым салатом.
Алонсо принялся оценивающе разглядывать кандидатов. Я поджала губы. Наёмница была мне симпатична, и именно поэтому такой поворот совершенно меня не порадовал.
— Ты что, собираешься провести ночь с первым встречным? — неодобрительно спросила я.
— Вовсе нет, даже и не надейся! — поспешила возразить наёмница. — На целую ночь наша комната в твоём единоличном распоряжении не останется. Я планирую развлечение на полчасика. Ну, на час, если повезёт. Ни один из них уж точно не нравится мне настолько, чтобы оставаться до утра!
— Если ни один из них тебе настолько не нравится, зачем вообще с ними развлекаться? — попыталась образумить её я.
— Почему бы нет? — отозвалась наёмница. — Зачем пить вино или есть шоколад?
— Нэт, ну так же продажные женщины поступают, а ты совсем не такая! — взмолилась я.
И сразу же пожалела о своих словах, испугавшись, что наёмница рассердится или обидится. Но вместо этого Нэт расхохоталась, на пару с Алонсо.
— Продажные женщины? Сами выбирают себе клиентов, какой посимпатичнее? Это что-то новенькое! — весело отметила она. — К тому же продажные женщины берут за это деньги, а я своему, может, даже за выпивку заплачу, если добрая буду. Впрочем, нет, пускай сам платит, нам нынче надо экономить. Ну, так который?
— Тот, который потемнее, — уверенно ответил Алонсо.
— Да, скорее он, — печально кивнула я, поняв, что наставить наёмницу на путь истинный точно не удастся.
— А что, второй вам не нравится? — почти обиженно осведомилась Нэт.
— Дорогуша, он же тебе во внуки годится, — с усмешкой пояснил Алонсо.
— Ну, и что такого? — Наёмница не чувствовала себя уязвлённой. — В молоденьких мальчиках есть своё очарование. Они более пылкие.
— Не неси чушь, — отмахнулся наёмник. — Опытный мужчина всегда даст фору желторотому юнцу, каким бы пылким тот ни был.
— Много ты понимаешь! — фыркнула Нэт.
— Да уж побольше твоего!
— Да неужели? Нет, ну сами поглядите. — Наёмница огорчённо посмотрела на блондина, словно уже приняла рациональное решение от него отказаться, но эмоционально всё никак не могла с этим решением смириться. — Личико такое румяное. Так прямо и хочется потрепать по щёчке…
На этот раз хором расхохотались мы с Алонсо, причём настолько громко, что привлекли к себе внимание посетителей. Как бы ни расстраивала меня моральная неустойчивость Нэт, огорчение всё-таки уступило место веселью.
— Может, тебе лучше будет его усыновить? — ехидно обратился к наёмнице Алонсо.
Нэт неодобрительно на него покосилась, скривилась, давая понять, насколько мы с ним ограниченны и неромантичны, но в итоге подчинилась мнению большинства.
— Ладно, шатен, так шатен, — подытожила она.
Оказавшись одна в комнате, я легла в кровать, но дневной отдых перебил сон, и я долго ворочалась с боку набок. Потом, наконец, задремала и того, как вернулась Нэт, не услышала. Зато около полуночи меня вырвал из глубокого сна громкий стук в дверь.
Я подскочила на кровати, как ошпаренная, с шумом втягивая воздух. Спросонья показалось, будто я по-прежнему нахожусь в том злополучном трактире в Оукхилле, а стучащий — это обладатель того самого жуткого, красивого голоса, который я слышала, забившись в каминную трубу. Потребовалось несколько мучительных секунд на то, чтобы осознать: я в Избурге, в относительной безопасности, на соседней кровати лежит Нэт, а в комнату вошёл всего-навсего Алонсо. Я провела рукой по лбу, утирая мгновенно выступивший пот.
Однако новости у наёмника оказались плохие.
— Дэн так и не вернулся, — мрачно сказал он.
Нэт, ничего не говоря, встала и принялась одеваться, нисколько не стесняясь приятеля.
— С ним что-то случилось? — встревоженно спросила я.
— Надеюсь, что пока нет, — отозвалась наёмница, не прерывая сборов.
— Я с вами, — заявила я, хватаясь за платье.
— Это ни к чему, — возразил Алонсо. — Лучше подожди здесь. Это наше дело и наша проблема.
Но мысль о том, чтобы снова остаться в трактире в одиночестве и долго-долго ждать, гадая, что могло приключиться и не распространяться ли неприятности Дэна на его партнёров, была совершенно невыносима.
— Ну уж нет, — решительно заявила я, торопливо натягивая платье. Если начну стесняться и ждать, пока Алонсо выйдет, наёмники попросту улизнут без меня. И язвительно добавила: — Вы нужны мне для выполнения работы, для которой я вас наняла. И я намерена самолично убедиться в том, что ни с одним из вас ничего не случится.
Я устремила на наёмников победоносный взгляд. За это время я успела кое-чему научиться и немного разобралась в их принципах и соответствующих рычагах давления. Нэт одобрительно усмехнулась, Алонсо тоже.
— Ладно, идём, что с тобой поделаешь, — бросил наёмник. — Раз так, то прихвати на всякий случай арбалет.
Мы быстро спустились по лестнице и вышли в ночной город. Он был менее шумным, чем дневной, но всё равно вполне оживлённым. Во многих домах горели колеблющимися огоньками свечи, мимо то и дело проезжали кареты, немногочисленные прохожие быстрым шагом двигались по улицам, по большей части не в одиночку. Мы тоже шли быстро, отстукивая по мостовой тревожный ритм.
