И хитро подмигнула.
— Что ж он тогда не признаётся, если влюбился? — усмехнулась темноволосая.
— Так не решается же! — отозвалась Нэт. — В чём другом смел, как лев, а вот в любовных делах робок. А ну, как откажешь, ещё и засмеёшь? С такой красавицы станется!
— А внешность его описать сможете? — спросила девушка.
— Смогу, отчего же нет? — ответила наёмница. — Если ещё монетку добавишь, лучше серебряную, опишу тебе твоего воздыхателя во всех подробностях.
Девушка, не задумываясь, порылась в кошельке и выудила из него ещё одну монету, на сей раз куда более ценную, чем предыдущая. Перекочевав в руку наёмницы, монета моментально исчезла в одном из многочисленных потайных карманах её платья.
— Ну, слушай, — сказала Нэт, в очередной раз взяв девушку за руку. — Волос у твоего воздыхателя тёмный, стрижка короткая, рост средний, кожа загорелая. Глаза… — она прищурилась, с сомнением приглядываясь к ладони, — …не то карие, не то серые, врать не буду, точно не вижу. Одно из двух.
Я отвернулась в сторону, пряча улыбку. Предложенное наёмницей описание идеально подходило всем троим юношам, стоявшим сейчас у прилавка оружейника. Впрочем, девушка ушла от Нэт, весьма довольная.
В течение последующих двух часов Нэт предсказала долгую и счастливую жизнь массе клиенток и клиентов, пророча скорое замужество вдовам, толпы поклонников юным девицам, недюжинную прибыль торговцам и кучу детишек молодым парам. Схема всегда была одинаковая. Сначала всю правду было обещано рассказать за самый распоследний грош. Затем, когда клиента удавалось как следует заинтересовать, выяснялось, что за дополнительную информацию надо доплатить более солидную сумму. Впрочем, всё равно ведь эти деньги были ничтожны в сравнении с той тайной, к которой давала возможность прикоснуться гадалка.
В итоге, когда мы неспешно возвращались в трактир, в кошельке Нэт позвякивала вполне внушительная сумма.
— Значит, по-настоящему гадать ты не умеешь? — с лёгким разочарованием спросила я по дороге.
Я и без того не слишком верила гадалкам; к тому же в моей жизни был один эпизод, заставивший относиться к их рассказам с особенной осторожностью. И всё равно поверить в маленькое чудо всегда приятно.
— Ну почему же? Умею, — возразила Нэт. — Но только зачем? Думаешь, все эти люди правду хотят узнать? А-а! — уверенно покачала головой она. — Они хотят услышать что-нибудь приятное. Я им такую возможность предоставляю. Поднимаю им настроение, за что и собираю вполне заслуженную плату. Да и потом, на то оно и будущее, чтобы люди о нём прежде времени не знали.
— То есть ты хочешь сказать, что на самом деле гадать всё-таки умеешь? — спросила я с возобновившимся интересом, но и с недоверием тоже.
Нэт скривилась и как-то не слишком довольно пожевала губами.
— Я знаю, как это делается, — нехотя признала она, наконец. — В принципах разбираюсь. Вот только получается какая-то ерунда. Раньше вроде было ничего. Всерьёз я этим никогда особо не занималась, но кое-что сбывалось, это я точно знаю. Но в последнее время… — Она снова поморщилась, а потом рассмеялась. — В общем, когда я пробую читать по руке, такую чушь вижу, что самой смешно.
— А что, например? Расскажешь? — полюбопытствовала я, прибавляя шаг, чтобы поравняться с быстро идущей наёмницей.
Впереди уже замаячили окна нашего трактира.
— Да пожалуйста, — с лёгкостью согласилась Нэт. — Если судить по моей руке, выходит, что довольно скоро, примерно через год, у меня родится ребёнок.
Я склонила голову набок. Мне лично в этом варианте ничего такого невозможного или глупого не виделось, но наёмница явно относилась к тому, что рассказывала, как к очередной забавной шутке.
— Но это ещё не всё, — продолжила она, вытянув вверх указательный палец. — По руке Алонсо выходит, что тогда же, через год, ребёнок родится и у него. Из чего можно сделать нехитрый логический вывод: ребёнок у нас будет общий. Дальше лучше. Я в самом скором времени должна выйти замуж. Это при том, что замуж я ни при каких обстоятельствах не собираюсь, и даже если бы зачала ребёнка, и не подумала бы связывать из-за этого свою жизнь с каким-то мужчиной. Не говоря уж о том, что я имею привычку использовать нужные травки для того, чтобы это предотвратить. А самое интересное при всём этом то, что у Алонсо никакая свадьба не предвидится ни сейчас, ни через год.
— То есть получается… — нахмурилась я, пытаясь выстроить более или менее логическую картину на основе всех этих обрывочных фактов.
— Получается, — подхватила Нэт, — что нас с Алонсо должно накрыть с головой внезапным приливом страсти, да таким, что мы забудем позаботиться о возможных последствиях эдаких приливов. Потом я, узнав, что беременна, поспешу срочно выскочить замуж, причём не за будущего папашу, а за какого-то левого парня, которого неизвестно откуда успею за этот срок раскопать. В придачу ещё и про ребёнка по руке Алонсо такая чушь получается… — Она со смешком махнула рукой. — В общем, гадалка из меня никакая.
Мы вошли в трактир и принялись подниматься вверх по лестнице. Платок наёмница давно сняла, бусы тоже. Ещё когда мы уходили с площади, она жаловалась, что бусы её душат, хотя, насколько я могла судить, они были достаточно длинными и вовсе не сдавливали шею. Так что сейчас, несмотря на красное платье, она была чуть больше похожа на себя обычную, нежели на ярмарке.
— А мне ты можешь погадать? — спросила я, когда Нэт открывала дверь нашей комнаты.
Наёмница подняла на меня глаза и беззаботно пожала плечами.
— Могу, если захочешь.
— Давай!
Мы вошли и сели на мою кровать.
— Ну, давай, — согласилась Нэт и взяла мою руку. — Ты будешь жить долго и счастливо вместе со своим мужем. У вас родится двое детей, мальчик и девочка. Оба будут расти здоровыми, девочка, когда вырастет, удачно выйдет замуж, а мальчик сделает блистательную карьеру.
— Нэт! — возмущённо воскликнула я. — Я думала, ты мне по-настоящему погадаешь, а ты? Так нечестно!
— А что, тебе чем-то не нравится то, что я сказала? — усмехнулась наёмница. — Ну ладно, если ты так сильно хочешь по-настоящему… Давай тогда правую руку.
— А что, левая не подходит? — удивилась я.
— На левой руке отражено то, с чем человек родился, — объяснила наёмница. — А правая показывает будущее с учётом всех тех событий, которые успели в жизни человека произойти.
— Хочешь сказать, прошлое может изменить будущее? — изогнула брови я. — То есть от наших поступков что-то зависит?
— Конечно, зависит, — фыркнула наёмница, с точки зрения которой это явно само собой разумелось. — А как ты думаешь?
