три. Отпечатки были свежими. Все были оставлены одинаковой обувью с глубоким протектором на подошве.
Глава 21. Погоня
- Нет, ребята, - Гриф качал головой и невесело лыбился, - я на это не подписывался. С Гейгером у меня был четкий уговор. Привести вас к вертолету и вывести за кордон. Все.
- Да, все правильно, - чуть ли не стонал Шеф, - только то, зачем мы пришли, ради чего вообще все это дело затевалось, ушло с кем-то другим. Понимаешь? Результат не достигнут. Как ты поведешь нас к кордону, когда мы туда не идем. Значит, сделка не выполнена. Понимаешь?
Единственное, что удерживало сталкера от рукоприкладства, так это присутствие Мамая. Тот стоял рядом, как и положено телохранителю, был готов вклиниться в разговор в любой момент.
- Ты же, сучий потрох, - Гриф мстительно сузил глаза, - говорил, что знаем о вертолете только мы. Как получилось, что его забрали? Причем так быстренько забрали, быстрее тебя посвященного. А?
- Да…- Шеф не знал, что ответить, - я откуда знаю. Может, утечка какая, может, вертолетчик сболтнул своим.
- Крейсер тебе в бухту, - выкатил сталкер глаза на Шефа, - утечка, мля. Мозги ты нам пудришь, темнила хренов. Давай вываливай все, что знаешь!
Шеф, поджав губы, таращился на сталкера и молчал.
- Ну, - не терпелось Грифу.
- В общем, так, - заговорил Шеф штабным тоном, - сказать больше того, что сказал, я не могу. Надо идти и забирать кейс.
- Иди ты к черту, - выдал Гриф, кривя в ухмылке рот. - Хотите, догоняйте и отбивайте свой гребаный сундук. За те бабки, что были обещаны «за провести», я воевать не собираюсь. Ищи лоха в другом колхозе. Вот это ты лучше пойми, - сталкер тряс пальцем перед лицом Шефа, чем немало нервировал Мамая. - Здесь вас подожду. Забирайте свое барахлишко и подгребайте, а я уже вас выведу. Будь уверен.
С минуту они мерились взглядами. Шеф оказался не так соплив, как выглядел вначале. В его глазах читались злость и упрямство.
- Ладно, - все же он сдался, - сколько ты хочешь добавки?
- Три куска зелеными, - выпалил сталкер.
У Шефа отвалилась челюсть, левый глаз задергался:
- А не маловато будет? - произнес он язвительно.
- В самый раз, - на пределе наглости парировал сталкер, выпячивая челюсть.
- Хорошо, - после недолгого раздумья согласился Шеф. - Три так три.
- Ты это Гейгеру отпиши, - закреплял успех Гриф, - прямо сейчас, -ткнул пальцем на землю, ставя жирную точку в разговоре.
- Потом отпишет, - послышался сип Мамая, - надо догонять спецов и забирать кейс.
Гриф повернулся к нему:
- Куда догонять? Ночь на носу. И вообще, с чего вы взяли, что кейс был на борту?
- Вот и узнаем, когда догоним. Они не подозревают о нас, поэтому не будут спешить и заночуют, - сипел военстал, - с ПНВД и ночными прицелами пощелкаем, как в тире.
Гриф с минуту молчал, жевал губы и размышлял, потом сказал:
- С этим не догоним, - кивнул на Шефа.
Шеф насупился, исподлобья смотрел на сталкеров и молчал.
- Он здесь останется, - ответил Мамай.
- Я не хочу…- было запротестовал Шеф, но военстал пресек поползновения:
- Здесь подождешь. Ничего с тобой не случится, нам ты будешь только мешать.
После спешной, но основательной подготовки сталкеры были готовы догонят. Шмотники оставили сторожить Шефу, который наотрез отказался залазить в вертолет, а дожидаться решил на топливном баке, куда ему помог забраться Мамай. Браунинг с двумя обоймами был ему надеждой и защитой. Хотя мертвецы и служили приманкой для разного вида мутантов, до сих пор оставались целыми. Что наталкивало на мысль о необитаемости леса в этом районе.
Теперь первым шел Мамай в тактическом шлеме со встроенным прибором ночного видения. За ним, в нескольких метрах - Гриф с монокуляром.
Скоро в наступившей темноте они потеряли след и теперь выдерживали только направление. Неизвестный отряд из четырех бойцов двигался строго на запад. Капитальных массовых повалов, которые встречались сталкерам в начале путешествия, здесь не попадалось. Редкие полусгнившие стволы, преграждающие путь, почти не задерживали.
Обнадеживающим посланием время от времени попадались сломанные веточки, содранный лишайник на корне или царапины на стволе. Примерно в двух километрах от вертолета обнаружилось место привала. Обертки, окурки говорили об этом красноречиво. Также это свидетельствовало и о том, что те, кто забрал кейс, уверены в своей исключительности на информацию. Шли смело, без оглядки.
Еще через два километра сталкеры увидели впереди огонь. Они бесшумно приблизились, остановились на безопасном расстоянии. Два бойца у костра в одинаковой форме, в солидной экипировке, с автоматами «Гром» были идентифицированы Грифом как армейский спецназ. Один ел из банки, подцепляя содержимое ножом, другой курил. Еще двое лежали поблизости на спальниках и, судя по неподвижным позам, смотрели сны. Кейс, размерами напоминающий большой чемодан с закругленными краями, стоял прислоненный к стволу поваленного дерева и был обмотан то ли веревками, то ли ремнями.
Удостоверившись, что пришли по адресу, Мамай выставленным пальцем, словно шилом, ткнул в сторону костра, чем и определил судьбу спецов.
Гриф бесшумно обошел лагерь, так чтобы между ним и Мамаем образовался угол примерно в девяносто градусов, и стал ждать сигнала.
Тот спецназовец, что курил, задавил берцем окурок, поднялся и отошел от костра, остановился возле дерева.
За раскатистыми выстрелами из АКМ последовали хлопки из «винтореза». Раненный в шею и голову боец у дерева рухнул замертво. Тот, что сидел на поваленном бревне, выронил консервы, опрокинулся навзничь и вяло ворочался. Его автомат остался прислоненным к гнилому стволу, и он не пытался им воспользоваться.
Послышался хлопок, за ним второй. Через несколько секунд прогремел взрыв. Во все стороны полетели ошметки земли, щепа, сухая листва, клоки травы. Дым застилал место сражения. Вторая граната попала крайне удачно. Разорвалась под боком у проснувшегося и пытавшегося подняться спецназовца. Последний, четвертый успел откатиться и пустить несколько очередей в сторону Мамая. Его сталкеры расстреляли прицельно и быстро.
Они вернулись за полночь. Мамай с тяжеленным кейсом на закорках, а Гриф с «Громом-С14», запасными магазинами, гранатами к подствольнику, со «Сферой М12», шмотником, набитым провиантом, разнообразными приблудами и в почти новых берцах. В отличие от принципиального военстала, он не смущался и брал все, что считал нужным. Не каждый
