Кот туда входил совершенно спокойно, а вот Матвею пришлось сильно наклониться. Внутри проход был повыше, но такой же узкий. Пахло деревом и землей. Перед Матвеем были ступени, ведущие вниз, и откуда – то снизу, из-за поворота, шел свет, который освещал ступени.
Обладателем длинного носа оказался еж. Только он был необычайно огромным. Не меньше мешка картошки, которые стоят у бабушки в погребе. Во всем остальном он был точной копией самых обычных лесных ежей. Ну и, конечно, ходил он тоже на задних лапах. Кот первым начал спуск по ступеням. Матвей как можно аккуратней постарался протиснуться мимо ежа, опасаясь иголок, и последовал за котом. За ними послышался звук запираемого замка. Еж еще попыхтел немного, устанавливая засов, после чего тоже начал спускаться.
По мере спуска открытый проем, из которого шел свет, становился все ближе. И Матвей уже мог видеть зеленую траву у выхода, какие-то деревья. Кот первым подошел к проему, закрыл глаза и с наслаждением сделал глубокий вдох: «Наконец-то я дома». Затем он обернулся и махнул лапой Матвею, призывая его спускаться быстрее.
Позади пыхтел еж, стараясь не оступиться и сетуя на то, что никто так и не удосужился сделать в проходе освещение поярче.
Снаружи Матвея ждало еще одно открытие. Яркий свет, освещавший коридор из нижней двери оказался настоящим солнечным светом, но и на этом чудеса не заканчивались.
– Где это мы?
– Как это где?! Я же сказал, что нам надо вернуть твой камушек тому, кто его потерял. Вот туда мы и идем! – ответил кот.
– Это я помню, меня интересует что это за место, и как это мы так смогли спуститься под землю, а оказаться снова на земле?
Еж с котом переглянулись. Затем кот повернулся к Матвею.
– Почему ты решил, что мы на земле? Погляди-ка вон туда, за деревья. Что ты там видишь?
– Туман?
– Ну-у-у, почти… Давай-ка я покажу поближе. Тебе точно будет интересно.
Кот свернул с дороги и пошел прямо по траве мимо деревьев в ту сторону, где над травой клубился белый туман. Очень густой и плотный.
– Только когда войдешь в туман, – сказал кот не оборачиваясь, – ступай аккуратно. Там будет обрыв.
Матвей ничего не ответил. Ему стало еще интересней, что там такое кроется, в этом тумане. Еж не очень торопился за ними. А в туман он и вовсе не захотел идти, сказав, что он и так уже все это видел не один раз. Матвей аккуратно пошел за котом. Всего через несколько шагов туманная завеса кончилась, и открылся удивительный вид.
Они стояли на краю облака. Под ними далеко внизу виднелась земля с маленькими домиками, с садами, огородами. А вокруг висели огромные массы облаков. Таких же белых, как их собственное. Тимофею быстро надоело стоять и смотреть на то, как Матвей с восторгом вертит головой по сторонам.
– Ну что, поглядел? Пошли дальше, – и, не дожидаясь ответа, он развернулся и исчез в тумане.
– Тимофей, Тимофей, погоди! – Матвей нырнул в туман за котом. – А на других облаках тоже есть такие же деревья, и трава, и… спуски на землю?
– Не на всех. На некоторых только. К тому же, ты еще не совсем понимаешь законы этого мира… То, что ты видишь сейчас – это здесь будет не всегда. Только пока облако есть.
– А почему с самолетов этого не видно? Я летал на самолете, но ничего такого на облаках не было.
– Это я и сам не знаю. Как-то так получается, что, как только ты попадаешь сюда, тебя «оттуда» никто уже увидеть не может. Пойдем, нам пора.
Тропинка привела их к другому большому дереву. Еж выбрал из связки нужный ему ключ и отпер дверь, замаскированную в стволе. Потом немного посторонился, пропуская кота и Матвея вперед. На этот раз внутри было светлее. На стенах коридора, выложенного темным камнем, висели горящие факелы, а сам коридор был гораздо просторней первого. Как так получилось, что в стволе дерева смог поместиться каменный тоннель, Матвей уже не пытался понять. После того, как он обнаружил, что находится на самом настоящем облаке, еще один ход, замаскированный в дереве, воспринимался чем-то совсем нормальным, хоть и не обычным.
Кот снял со стены факел и пошел вперед. Матвей двинулся следом. Еж шел последним. Коридор был длинным. Из него то влево, то вправо отходили темные проемы, в один из которых после небольшого раздумья свернул кот.
– Следующий! – проворчал еж.
Из проема тут же показалась голова кота.
– Что?
– Следующий поворот! Не этот! – повторил еж.
– О, ну ладно. Давно тут не был, подзабыл, бывает, – пробубнил кот, прошел дальше по коридору и свернул в следующий проем в стене. Там было темно. Видимо, факелы полагались только в центральном коридоре. И кот, подняв свой факел повыше, пошел чуть помедленней.
– А я думал, кошки хорошо видят в темноте, – произнес Матвей.
– Если там есть хоть какой-то малейший источник света, то да… Мы ж в абсолютной темноте! Тут только летучая мышь сможет без света понять, что и где, – возразил Тимофей недовольно.
После нескольких поворотов кот остановился перед дверью, подергал ручку и удивленно спросил:
– И с каких пор тут все входы в замок стали закрывать?
Еж протиснулся мимо Матвея к двери и стал искать нужный ключ.
– А вот с тех самых пор, как стали пропадать артефакты. Точнее с тех пор, как эти артефакты стали попадать в мир людей. Вот тогда все официальные входы и выходы велели держать под присмотром и закрывать на ключ. Это вам, приближенным ко двору, выдали перемещаторы, а нам только такими путями и можно попасть в другие миры.
– Не перемещаторы, а порталы, – пробурчал Тимофей, пропуская Ежа и наблюдая, как тот открывает дверь.
– Ну, порталы, так порталы, – ответил Еж. – Суть-то не меняется, назови хоть горшком, только в печку не ставь. …Проходите.
Замок щелкнул, и Еж открыл дверь пошире.
Во дворце.
За дверью находилась просторная комната с приглушенным светом. На окнах висели плотные шторы, через которые свет еле-еле проникал внутрь. Но и этого было достаточно, чтобы понять, что тот, кто тут бывает, знает толк в изысканности и богатстве. И мебель, и гобелены, и пол, все это было под стать королевским дворцам. Изящно, массивно, дорого. Матвей такое видел на экскурсии в Петергофе прошлым летом.
Кот вставил факел в кронштейн на стене коридора и вошел в комнату. Огляделся и махнул лапой Матвею, приглашая его войти.
– Почти пришли! Теперь осталось дождаться приема
