СЕМЬЯ
Дмитрий Алексеевич Коренев ветвь своего родового древа вёл от калужских дворян и священнослужителей. Ещё до первой Мировой войны закончил два факультета Московского императорского университета – терапевтический и невропатологический. С войны вернулся в чине полковника медицинской службы.
К 1937 году Д. Коренев являлся директором Ставропольской малярийной станции и заведовал инфекционным отделением краевой больницы. Кроме того, у него была колоссальная частная практика – утром и вечером возле его дома на улице Станичной (в последствии Жданова) толпились больные, которые ехали со всего края «к бородатому дохтуру на приём». Доктор был весьма известен в крае, пользовался авторитетом, семья жила зажиточно, дом – полная чаша.
Супруга Антонина Ивановна, в девичестве Перепеловская, происходила из семьи аптечного провизора. Она окончила Ставропольское патриархальное училище (женскую гимназию) и была всю жизнь, как в то время говорили, женщиной буквы «К» – kirhen, kinder, kuchen (церковь, дети, кухня).
С середины 30-х годов семья доктора Коренева приютила старушку-приживалку. Её звали Ефима Васильевна Кочеткова. Она была монашкой, но когда началось тотальное разорение церквей и монастырей, старушка оказалась выброшенной на улицу, лишённой средств к существованию. Она имела добрый, кроткий характер, была трудолюбива. В новой семье к ней быстро привыкли и полюбили.
Единственная дочь Кореневых Таня училась в школе. 37-й принёс в эту благополучную семью бесконечное горе и разорение.
СКИТАНИЯ
Основная масса детдомовцев – беспризорные дети рабочих и крестьян, лишившиеся родителей в результате гражданской войны либо многочисленных голодовок. Это были дерзкие, неуправляемые дети подворотен. В детском доме главенствовала стайка малолетних преступников, которых побаивались даже воспитатели. Из сотни воспитанников лишь шестеро имели путевки НКВД, т.е. являлись отпрысками «врагов народа». Эти дети качественно выделялись из всей массы – они были вырваны из хороших семей, и они же чаще всего оказывались жертвами в жестоком мире детской неуправляемости.
Одна из пожилых воспитательниц, наделённая даром милосердия, взяла шестерых беспомощных в мире насилия сирот под свою неусыпную опеку, позаботилась, чтобы их разместили в отдельной комнатушке, и стала добиваться перевода этих детей в показательный детский дом. Так вскоре Таня Коренева оказалась в детдоме №1 «Красный городок» города Саратова. Здесь был порядок. Воспитанники учились в обычной общеобразовательной школе, занимались в различных кружках – духовых инструментов, хореографическом, рукоделия, пения. Когда в город наезжало высокое начальство, ответственных лиц обязательно тешили концертными программами, подготовленными силами детдомовцев. По окончанию самодеятельного концерта гости умилённо сморкались в клетчатые платочки, а малолетние артисты громко скандировали:
– Спасибо товарищу Сталину за нашу счастливую жизнь!
…В детдоме Таня Коренева закончила 8 классов и поступила в Саратовский
геологоразведочный техникум. Отучилась один курс и в начале июня 1941 года на каникулы приехала к бабушке по материнской линии Анне Лукиничне Маевич (в девичестве Перепеловской), которая жила в станице Саратовской Краснодарского края, где заведовала аптекой.
Судьба Анны Лукиничны сложилась трудно. Родилась она на Ставрополье в семье казачьего сотника. В прежнее время с отличием окончила женскую гимназию, затем в Харьковском университете – фармацевтический факультет и работала провизором в Екатеринодаре в аптеке Сенкова (угол улиц Гоголя и Красной). Там же работал щеголеватый поляк Владислав-Ян Войцехович Маевич, который вскоре стал её мужем. Маевич был польский дворянин (шляхтич). Согласно майората, правом наследования имущества обладал старший сын, каковым Владислав-Ян не являлся. Поэтому ему необходимо было самостоятельно прокладывать дорогу в жизни. Он уехал в Россию, выучился на фармацевта и остался в приютившей его стране.
Когда началось время раскулачивания, репрессий и коллективизации, чета Маевичей лишилась работы в Екатеринодаре. Положение усугублялось их непролетарским происхождением. В поисках работы они попали в станицу Саратовскую, где им предложили открыть аптечный пункт. Так в начале 30-х годов здесь появилась аптека, заведовал которой Владислав-Ян.
К тому времени в родной станице Анны Лукиничны – Бекешевской на Ставрополье события разворачивались в жанре постсоциалистического реализма. Стало известно, что её отец – казачий сотник Лука Григорьевич Перепеловский, брат Александр Лукич – сотник Терского казачьего войска и дядя (брат отца) Пётр Григорьевич – тоже казачий офицер, что все они боролись с советской властью и все трое бесследно канули в горниле гражданской войны. За это по голове не гладили, за грехи мужчин расплачивались всей семьёй. Поэтому мать Анны Лукиничны с двумя младшими дочерьми во избежание неприятных осложнений в отношениях с
новой властью добровольно оставила все принадлежащие семье земельные наделы.
С этих пор они стали лишенцами, т.е. людьми, лишёнными права голоса и многих других гражданских прав.
После всего пережитого лишенцы нашли приют у Маевичей. Жили при аптеке, скромно, но дружно. В 1939 году умер от саркомы лёгких Владислав Александрович Маевич (так он именовался согласно новым советским документам). Похоронили его на станичном кладбище. Затем умерла мать Анны Лукиничны и сестра. Вторая сестра уехала и её след затерялся навсегда. Анна Маевич после смерти супруга стала заведовать аптекой.
…В станице Саратовской Таню застала начавшаяся Великая Отечественная Война. Несмотря на настоятельные просьбы бабушки остаться с ней, девушка отправилась в свой геологоразведочный техникум к подругам. Там сполна испытала тяготы военного времени – недосыпание, недоедание, холод, тяжкий физический труд на рытье окопов.
Затем была служба в 1-ом гвардейском зенитно-артиллерийском полку, демобилизация после войны и учёба в Краснодарском торговом училище. Была в её жизни и трудовая эпопея на Севере, и строительство газопровода в Закавказье. Когда вышла на пенсию, поселилась в станице Саратовской в доме скончавшейся в 1976 году бабушки Анны Лукиничны Маевич.
ТАЙНОЕ СТАНОВИТСЯ ЯВНЫМ
…Через 10 лет, прошедших после ареста родителей, Таня приезжала в Ставрополь. Там ей удалось повидаться и поговорить с бывшим врачом тюремной больницы, который поведал о последних днях её отца, прошедших в мрачных застенках НКВД.
Отцу инкриминировали попытку отравления питьевых водоёмов на Ставрополье. Заставляли подписать показания об участии в террористической организации. Через две недели пыток и избиений, 6 ноября он скончался. Это был волевой, мужественный человек…
С 1957 года Таня Коренева стала упорно рассылать запросы в различные официальные инстанции, чтобы установить судьбу и доброе имя своих родителей. Через два года ей выдали справки об их полной реабилитации. Но как заржавевшие двери казематов с трудом открываются, чтоб выпустить на свободу истомленных узников, так долгие ещё годы дочь собирала и восстанавливала по крупицам историю трагедии своей семьи.
Несмотря на то, что Д. Коренев был абсолютно физически здоров, в свидетельстве о смерти, выданном его дочери Т. Кореневой, указано, что причина смерти – грудная жаба.
…Дом известного врача после его ареста, видимо, приглянулся одному из участвовавших в обыске чинов. Но отобрать его у живых хозяев было непросто. И заботами «особой тройки» хозяйку дома подвели под расстрел, инкриминировав ей статью 58—10 УК РСФСР – антисоветская агитация и пропаганда.
Согласно документа, выданного дочери в 1959 г., её мать Антонина Ивановна умерла в лагере 24 мая 1941 г. от сердечной недостаточности. И только через полвека она узнала правду о смерти матери. В справке К-193 от 20 февраля 1990 г. сказано: «Дополнительной проверкой нами установлено, что вашей матери, Кореневой Антонине Ивановне, 1897 года рождения, постановлением бывшей тройки УНКВД по Орджоникидзенскому краю от 16 декабря 1937 г. якобы за антисоветскую агитацию и пропаганду назначена высшая мера наказания. 16 февраля 1938 г. Коренева А. И. была расстреляна. О месте захоронения ваших родителей не располагаем. Назвать состав бывшей тройки УНКВД не представляется возможным в связи с отсутствием их данных в материалах… Начальник управления Теплинский».
НА ЗАКАТЕ
Давно уже Т. Коренева добивается возвращения имущества своих родителей, на что ей резонно отвечают, что, согласно документам, имущество конфисковано не было, а значит и возвращать ей нечего.
Чему удивляться? Возвращать долги у нас не любят. Да и не хотят.
