меня в руках. Длинноволосый индеец прижался к стволу, но во взгляде его не было страха, только злость и ненависть.
— Гарн, мне нужно, чтобы он понимал наш язык, — дал я задание магу.
— Без проблем, — ответил маг, для него передать знания о языке, который он уже усвоил было также легко, как мне в прошлой жизни выйти за хлебом в магазин.
Мой кулак засиял ярче, но индейца это не пугало. Я стал на страже, чтобы раненый не напал на мага. У него сильно обожгло ноги, до черноты и волдырей, а вот руки были целы.
Гарн взял его за руку, но индеец выхватил ладонь. Я приставил кулак к его голове. Кожа у висков покраснела, он явно чувствовал сильное жжение. И понимал, что мне ничего не стоит его прикончить.
Гарну хватило трёх секунд, и он отошёл от нашего пленника.
— Теперь понимаешь меня? — прямо спросил я у индейца.
Ответом стали широко распахнутые глаза и вытянутое лицо. Понимает он меня прекрасно.
— Отвечай на вопросы и останешься жив, — продолжил я ровным тоном.
В таких ситуациях спокойствие собеседника пугает куда больше, нежели его злость.
— Нет. Лучше убей, — процедил индеец на чистом русском.
Хорошо, что я забрал с собой Гарна. Дня не прошло, а он уже доказал, что может быть невероятно полезен.
Наклонившись, я тихо сказал индейцу:
— А ты знаешь, что есть вещи куда хуже смерти?
— Можешь делать, что хочешь. Боги наградят меня за мучения. Никогда… Никогда! Мы не подчинимся белым людям!
Оп-па! Похоже, что здесь такая же вражда индейцев и переселенцев, как было и в истории моего мира.
— А что, если я приду в твою общину? И за попытку убить моих людей сожгу каждого. Больно и мучительно.
— Тебя остановят наши маги. Ты им не ровня, — процедил он.
Ага, значит, отговорить пытается. Забавно. Но тут есть с чем работать.
— Господин, — обратился ко мне стоящий позади Гарн на языке своего мира, чтобы наш пленник не понял суть разговора.
— Да? Хочешь сказать, что твоя магия может разговорить его? — предположил я, а вдруг мой новый маг и на такое способен.
— Нет. У него на шее амулет. Защита от подобного ментального воздействия. Чувствую, как он отстраняет все мои призывы.
А ведь среди переселенцев было много менталов. Пока всё логично, кроме одного момента:
— Тогда как ты умудрился ему знания языка передать?
— А на это данный артефакт не рассчитан, — ухмыльнулся Гарн. — Думается мне, что в вашем мире нет понимания, как воздействовать на речевой центр.
Вот те на… Вроде его мир по уровню развития сравним со средневековьем, а какие умные слова знает!
— Понял, — кивнул я и сорвал с шеи индейца защитный амулет. — Пробуй так.
Гарн улыбнулся, а я и не предполагал, что ему настолько нравится копаться в головах других людей.
На этот раз Гарну не пришлось брать нашего пленного за руку. Индеец скривился, словно в попытках противостоять ментальной атаке.
— Все вы одинаковые, — процедил он на русском, а потом закатил глаза.
Глаза закрылись, а голова опустилась.
— Что с ним? — спросил я у Гарна. — Это ты сделал?
— Он слишком сопротивлялся. Поэтому сам отключил сознание. Но слишком поздно. Я уже узнал самое главное, — ответил маг.
— Рассказывай.
— Их племя ведёт борьбу с захватчиками, уже несколько сотен лет, не знаю сколько это по вашим меркам. С белыми людьми, как они их называют. А те зовут их краснокожими… Хм, по мне непохоже.
Кожа самого Гарна была гораздо более насыщенного красного оттенка, поэтому сложно было сравнивать с индейцами.
— Давай дальше, без домыслов, — велел я.
— Их племя в нескольких, эм… километрах. Но я не понимаю, сколько это.
— Зато я понимаю. А поселение белых людей где?
— Ближайшее в двух днях пути вон в ту сторону, — указал направление Гарн. — Он как раз думал, что мы пришли оттуда перед тем, как отключиться.
— Значит, идём туда.
— И по пути будет ещё два поселения индейцев, если я правильно понял, как их здесь называют.
— Верно понял.
— А с ним что делать? — кивнул в сторону пленника Илья.
— Хм…
— Я могу стереть ему память, — предложил Гарн.
— Делай, — указал я и отошёл на пару шагов, чтобы понаблюдать за процессом.
Гарну хватило приложить ладонь к голове индейца на пару секунд, после чего он выпрямился и сказал:
— Готово. Последние часы жизни точно не вспомнит.
Я кивнул. У меня не было причин сомневаться в честности его слов.
Мы оставили индейца, нам незачем было его убивать, с такими ожогами на ногах он ещё несколько недель встать не сможет, и это с учётом того, что над ним поколдует какой-нибудь лекарь.
— Как будем перемещаться? Судя по всему, индейцев в этих лесах пруд пруди, — спросил Костя.
— Под куполом. Оставлю облегчённый вариант, а если нападут, также усилю его.
— А если это… кто по нужде захочет?
— Будем делать привалы и на это время расширять купол в сторону леса.
— А если вот прям срочно надо?
— Кость, ну чё ты как ребёнок? Рот откроешь и договоримся, — усмехнулся я.
— Ладно-ладно, понял я.
Мы вернулись к куполу и прошли внутрь.
— Нам удалось выяснить, где находится город. Туда и направимся, — огласил я для всех присутствующих. — Но идти придётся около двух дней.
— И то не факт, что нас там не примут также, как эти индейцы, — хмыкнул Макар.
— Навряд ли. Между ними явная вражда. С индейцами мы не договоримся, слишком уж они ненавидят белых людей. А вот с переселенцами будет попроще.
— Тогда выдвигаемся?
— Да, чем быстрее доберёмся до города, тем скорее сможем отправиться дальше через тот свет.
Диана опустила голову, словно винила себя за то, что из-за неё приходится переживать подобные трудности. Я подошёл к ней, сидящей на бревне, упавшем рядом с тропой.
— Не унывай, скоро это всё закончится, — я хотел её приободрить.
— Скоро, да не скоро. У нас всегда будет много врагов.
Так она намекала на то, что когда выберемся отсюда, то столкнёмся с новым препятствием в лице Градимира. Но и это не будет концом…
