информация может прийтись по вкусу моим читателям. Ну а если ваша жена немного понервничает, мне-то что?
Капитан был похож на газовый баллон перед взрывом.
— Ладно, — удрученно пробормотал он, — что ты хочешь знать?
Я пододвинулся к стойке и заказал сандвич.
— Мне нужна вся информация об этом деле, капитан. Я с самого начала наблюдал эту заварушку и хочу знать, чем все это закончится.
Недолго мне пришлось его уламывать, упоминание о той рыженькой подействовало магически. Вскоре я узнал всю предысторию этого дела. Как оказалось, Рабенер возглавлял одну из крупнейших в стране группировок по торговле наркотиками. Клуб существовал только для отвода глаз. Рабенеру нужно было место, где удобно хранить товар и куда без опаски могли бы приходить дилеры. Шумный, популярный клуб оказался наилучшим прикрытием.
Рабенер был наемным убийцей. Некоторое время он занимался обычным грабежом, но безжалостность подняла его на самый верх в иерархии преступного мира. У него было чутье — он всегда выходил сухим из воды. В отличие от большинства его коллег, рано или поздно арестованных ФБР, Рабенеру все сходило с рук. Со временем он перешел на торговлю наркотиками. Он настолько хорошо поставил дело, что никто даже и заподозрить не мог, что его клуб является центром распространения дури.
Каким-то образом Фанкист тоже была замешана в наркоторговле. Как именно, капитан не знал. Копы пытались выяснить у нее маршрут поступления наркотиков, но им это так и не удалось. Мелкие члены группировки как в воду канули, и только одна Фанкист могла хоть что-то рассказать.
— Наверное, она боится, что ее кто-нибудь прихлопнет, — предположил я.
— Может, конечно, и так, но зачем она убила Рабенера?
— Мне бы тоже хотелось это знать, — сказал я. — Думаете, она выпутается из этого дела?
Капитан пожал плечами и усмехнулся:
— Я был бы не против. Хороша, правда?
Я живо согласился.
Зал суда был набит, как никогда. Десятки мужских особей собрались специально, чтобы посмотреть на Фанкист, и ничто не могло остановить их.
Прокурор заметно нервничал, зато защитник был настроен очень воинственно. Среди присяжных не было ни одной женщины.
Я занял свое место, держа в руках пакет сандвичей и фляжку с виски. Джексон, мой редактор, расположился рядом. Мы оба хотели знать, чем же закончится это дело.
Фанкист была неотразима. Неподвижно и спокойно она сидела рядом со своим адвокатом. Как она была одета! Любому подростку, желающему поближе познакомиться с женским телом, достаточно было только кинуть взгляд на нее, и он бы узнал больше, чем из учебника анатомии, даже если бы усердно штудировал его в течение года.
— Если я буду смотреть на эту женщину целый день, то сойду с ума! — прошептал Джексон.
Как хорошо я его понимал!
Окружной прокурор поднялся и начал свою речь. Немного огонька его выступлению явно не повредило бы.
— Этот парень, — прошептал редактор, — не очень-то старается. Думаю, он руководствуется тем, что болтается у него между ног.
Как бы прокурор ни старался изо всех сил завалить это дело, факт был налицо — Фанкист убила Рабенера на глазах у сотни свидетелей. Даже если прокурор действительно решил спасти ее классную задницу, вряд ли бы у него это получилось.
Слово взял адвокат.
— Ваша честь, — бесстрастно заговорил он, — у меня есть вопрос к окружному прокурору.
Судья разрешил ему продолжать, и защитник повернулся к прокурору:
— Вы уверены в том, что пуля, найденная в черепе мистера Рабенера, была выпущена из пистолета моей клиентки?
В зале воцарилась полная тишина. Прокурор заерзал на своем месте, поднялся и неуверенно произнес:
— Я протестую, ваша честь.
Судья, которого отвлекли от созерцания наряда Фанкист, холодно взглянул на него:
— Протест отклоняется! Я считаю, что этот вопрос полностью оправдан, и мы будем продолжать заседание.
Защитник улыбнулся, глядя на прокурора:
— Я понимаю, что вы не готовы ответить на этот вопрос. Следовательно, нам требуется отсрочка для выяснения этого обстоятельства.
Судья пристально посмотрел на него:
— Почему вы настаиваете на этом?
— Ваша честь, — начал защитник, — моя клиентка не убивала мистера Рабенера. Выяснилось, что пуля, обнаруженная в его черепе, была выпущена из крупнокалиберного оружия, а не ее из пистолета.
Судья объявил двухчасовой перерыв.
Слова адвоката произвели эффект разорвавшейся бомбы. Ни один из зрителей и не подумал покинуть здание суда в течение двухчасового перерыва. Когда заседание началось снова, единственным спокойным человеком была сама Фанкист.
Судья посмотрел на прокурора:
— Итак, что вы обнаружили?
Прокурору было явно не по себе.
— Ваша честь, защита оказалась права. Пуля, которой убили мистера Рабенера, была выпущена из револьвера.
Когда шум затих, судья мрачно посмотрел на адвоката:
— Почему вы раньше не рассказали суду об этом?
Защитник встал.
— Я могу объяснить, ваша честь. В ту ночь, когда произошло убийство, представление в клубе Рабенера шло по необычному сценарию. Шоу было прервано холостой стрельбой, драками и тому подобным. Рабенер договорился с Фанкист, что она тоже примет участие в представлении. Рабенер решил, что они разыграют сцену его убийства. Он дал ей пистолет, заряженный холостыми патронами, и объяснил, что она должна делать. В тот самый момент, когда она «выстрелила» в Рабенера, кто-то другой, используя глушитель, пустил в него настоящую пулю. Затем Фанкист вернулась в кабинет. Она решила, что по нелепой случайности ее пистолет оказался заряжен настоящими патронами. Поверив в то, что убила человека, она долго не могла прийти в себя, и это нетрудно понять. Неизвестный нам убийца из револьвера с глушителем застрелил Рабенера. Я изучил рану и пришел к выводу, что пуля, выпущенная из пистолета Фанкист, не могла оставить такую большую дыру в голове. Обвинение, располагая показаниями сотни свидетелей убийства, не потрудилось не только исследовать рану Рабенера, но и взглянуть на пистолет Фанкист, который был заряжен холостыми патронами.
Конечно, на этом дело не закончилось, но Фанкист все-таки оправдали. Имя убийцы Рабенера так и осталось загадкой, ведь Рабенер был преступником и государство не собиралось особенно усердствовать в поисках его убийцы.
Я много думал об этом деле и в конце концов пришел к выводу, что у Фанкист был любовник, который по тем или иным причинам хотел убить Рабенера и воспользовался ситуацией. Могу предположить, что именно любовник Фанкист и придумал сценарий того шоу. Самому Рабенеру такая идея никогда не пришла бы в голову. Они договорились, что Фанкист выстрелит холостыми, а ее парень, спрятавшись неподалеку, убьет Рабенера, используя пушку помощнее. Пока продолжался суд над Фанкист, у ее любовника было предостаточно времени, чтобы выехать из страны и подождать свою подружку, пока она не
