class="p1">– Да.
– Хм… много времени прошло, – подсчитывая, что действие наркоза всё же давно должно было закончиться, – Так, говоришь, остров ведьм?
– Уже нет.
– Да? Меня переместило? – удивлённо переспросила я, – надо же, быстро…
– Нет, ты всё ещё здесь… ведьм нет, остались неинициированные ведьмочки.
– Ага, значит, остров ведьмочек, ну это всё меняет. А я кто?
– А ты верховная ведьма.
– И почему я не удивлена, – задумчиво пробурчала, – и давно?
– Как силу приняла.
– Так вот, что за дар. Ясно и что они делают? Эти верховные.
–Много… постигают мир, природу, учатся, копят знания и мудрость. Помогают любому, кто нуждается в них – безвозмездно, – уточнила Говорилка, – лечат больных, учат ведьмочек…
– Всё, поняла, хватит, не хочу быть ведьмой – надоело.
– Ты была ведьмой в своём мире?
– Почти, – хмыкнула я, – все мы почти ведьмы. Так, хватит валяться, где говоришь отвар? Гадость, конечно, но бодрит знатно.
– Рядом, подтащила к тебе ближе.
– Хм… интересно, – чуть приподнявшись, чтобы было удобно отхлебнуть глоток вязкой бурды, спросила, – так ты не только говорить можешь, но и ходить?
– Угу.
– Фу… ну гадость же, – вытерев рот ладонью, тут же её отдёрнула, – чёрт! Забыла, что она в крови. И где живут ведьмы верховные? Не здесь, полагаю?
– В деревню идём, там заждались тебя.
– Надеюсь, не инквизиторы? И жечь меня не будут?
– Нет, о тебе ещё не знают, всех ведьм сожгли, а у неинициированных ведьмочек силу заблокировали.
– Здрасте! Так, стой, не пойду. Это сейчас что? Узнают, что я верховная, и тут же сожгут? Всё, жду здесь, когда отпустит, – возмущённо рыкнула я, – так и знала, что какая-то подстава есть в этом даре: «Прими дар! Раскройся»
– Селин? – тихий детский голосок раздался из-за ствола огромного дерева, напугав меня до чёртиков.
– Глюк? Ты что? Раздвоился? – на всякий случай уточнила, от понимания, что маленький ребёнок ходит по лесу ночью, волосы у меня на голове зашевелились.
– Нет, это Агги, за тобой пришла, – тихо проронила Говорилка.
– Селин, ты в порядке? С кем разговариваешь, – на полянку вышла совсем крохотная девочка, на вид лет пяти, бледненькая и худенькая.
– Всё хорошо, – кивнула, осматриваясь в поисках взрослого, но рядом с девочкой никого не обнаружила, – ни с кем, сама с собой.
– Идём в деревню, девочки беспокоятся, ты говорила, быстро управишься.
– Идём, – выбора мне не оставили, маленькая холодная ладошка, взяв меня за руку, потянула в сторону едва виднеющейся тропинки. А кричать и упираться, что я не Селин, а Катька, не видела смысла, слишком уж всё настоящее сейчас, даже моя бурная фантазия неспособна такое выдумать.
– Мы все травы приготовили, завтра надо обменять, может, молока привезут.
– Может, – согласилась, всё ещё не понимая, куда меня занесло, и почти беззвучно прошептала, – глюк, ты здесь?
– А Марни нужны ботинки, мы подшили старые, но пальцы давят.
– Ботинки завтра тоже привезут? – я искренне сочувствовала неведомой мне Марни, сама как-то по дурости купила красивейшие туфли, которые жутко натирали.
– Нет, Корс сказал, чтобы эти донашивала, ты забыла?
– Ага, забыла, – ответила, мысленно расчленив Корса, – завтра разберёмся с этим… кто он?
– Так следящий. Он и травы, и настои наши забирает, а в обмен привозит продукты и одежду, только жадный.
– И мы живём на острове?
– Селин, говорила тебе, не надо ходить на капище. Не можем мы силу принять, а ты пошла…
– Агги, а лет тебе сколько? – уточнила, для ребёнка пяти лет девочка очень даже неплохо развита.
– Тринадцать осенью будет, опять забыла?
– Сколько? – прохрипела, запнувшись о торчавший из-под земли корень.
– Как браслеты одели, так сила, что была, уходить стала, – подняв ручку, Агги показала на широкий железный наручник. – Ой! А твои где?
– Не знаю, – прошептала, уставившись на свои руки, на которых остался лишь розовый след, как будто браслетом натирало.
– Как же так? Корс магов позовёт, и они тебя сначала заберут, а потом сожгут, как маму, верховную и всех остальных, – запричитал ребёнок.
– Тихо, тихо, – падая на колени, обняла девочку, – всё будет хорошо, придумаем что-нибудь. Когда Корс прибудет?
– Утром, – всхлипнула Агги.
– Пойдём назад, поищем у алтаря и обратно наденем.
– Только маги их запечатывают и открывают, – покачала головой Агги, – они спадут.
– А мы их склеим, – пробормотала, лихорадочно вспоминая различные способы крепления железных браслетов, – давай искать.
Нашли литые наручни быстро, но они действительно ни в какую не хотели закрываться, в итоге, обмотав их оторванной от балахона, что на мне был надет, лентой, кое-как скрепили их. И только после этого мы снова пошли в деревню, до неё было совсем немного. Небольшая, всего домиков двадцать, с широкими улицами, полными зелени. Сами домики были красивые, с резными ставнями, в некоторых окнах горел тусклый свет.
– Я пошла, – Агги остановилась у одного из них, – ты тоже иди.
– Угу, – кивнула и замерла у ворот дома Агги, глядя девочке вслед, чуть позже, когда девочка скрылась за дверью, пробормотала, – знать бы ещё куда.
– Покажу.
– Говорилка, ты вернулась! – воскликнула, подпрыгнув от страха и радости одновременно, – никогда не думала, что буду так рада глюку.
– Я Ррроза, – снова переходя на удлинённое Р, с калитки соседнего дома вспорхнула огромная чёрная ворона, – твой фамильяррр.
– Ведьма, фамильяр? А ступа с метлой есть? – фыркнула, рванув за улетающей Рррозой.
Глава 2
Дом верховной ведьмы, где мне с сегодняшнего дня предстояло жить, оказался самым последним и самым большим из всех, мной здесь увиденных. Он стоял одной стороной у кромки леса, другой – выходил на небольшую площадь, а слева виднелась тонкая полоска синевы.
Та часть домика, которую я успела осмотреть, была довольно уютной. Небольшая кухня со светлыми стенами, широкое окно с занавесками в мелкий цветочек, рабочий стол, раковина, плита. Обеденный стол, укрытый скатертью, и четыре стула с высокими спинками – всё это выглядело добротно и как-то по-домашнему. Правда, с практически пустыми полками, помимо посуды и прочей кухонной утвари, я в ней ничего не обнаружила.
А, нет, забыла: мешочки, баночки, коробочки с травами – их было много… Но, кроме ромашки, я ничего не смогла определить. Зато было чистенько, всё буквально сверкало, даже котелок блестел натёртыми боками.
– Давай сначала, – сдавив пальцами виски, я принялась перечислять, – Селин, в теле которой я очнулась, была неинициированной ведьмой, её маму – верховную ведьму – убили маги, причина такого поступка неизвестна. Так?
– Да, – кивнула ворона, расхаживая по столу, за которым я сейчас сидела, прихлёбывая пустой ромашковый чай.
– Господи, я с вороной разговариваю, – простонала, сейчас мне жутко захотелось постучаться головой о столешницу, так, что я с трудом сдержалась, – Верховная ведьма точно не было злой
