которых – «Ponte Pietra» (I век до н. э.) – и поныне приводит в восхищение туристов.
О семье Катулла известно очень мало. По свидетельству античного писателя Светония, сам Юлий Цезарь поддерживал с отцом поэта «обычные дружеские отношения»[8], то есть останавливался у него в Вероне на постой. Тем не менее о статусе и гражданстве отца Катулла нельзя сказать ничего определённого, но, очевидно, он был одним из самых богатых и влиятельных аристократов Вероны. О матери Катулла не сохранилось никаких сведений; возможно, она довольно рано умерла. У поэта был старший брат, который скончался в Малой Азии в 59/58 году до н. э. при неизвестных обстоятельствах[9]. О национальности Катулла нет данных. По мнению исследователей, по своему происхождению он мог быть и римлянином, и романизированным этруском, и даже кельтом.
Первые годы жизни Катулла покрыты мраком неизвестности. У римлян при рождении ребёнка не было принято пользоваться услугами врачей: считалось, что повитуха в этом деле намного искуснее. Именно она внимательно осматривала новорождённого на предмет физических изъянов и определяла, стоит ли его вскармливать. Затем, по римскому обычаю, младенца клали у ног отца, который символически поднимал ребёнка с земли и тем самым признавал его своим и как бы принимал в семью. На девятый день после рождения (или на восьмой, если это была девочка) следовало принести очистительные жертвы богам, после чего младенцу наконец давали имя. По такому случаю в дом приглашались ближайшие родственники и гости; новорождённому дарили особый амулет (буллу), защищавший от злых духов, и первые игрушки: глиняные фигурки зверей, повозочки, куклы и прочее. Устраивалось и небольшое пиршество.
Забота о младенце возлагалась на мать или рабыню-кормилицу. В зажиточных семьях мать редко заботилась о ребёнке, и весь груз ответственности ложился исключительно на кормилицу, которая обычно опекала ребенка до семилетнего возраста. Она ежедневно купала младенца в ванночке, туго пеленала в чистые пелёнки, качала в колыбели, кормила, следила, чтобы он не поранился, учила первым словам и, конечно, рассказывала сказки.
Кроме того, у римлян имелось множество божеств, заведовавших всеми действиями ребёнка с самого его рождения и, следовательно, тоже заботившихся о нём[10].
По прошествии некоторого времени к подрастающему мальчику приставляли также раба-«педагога», который опекал и повсюду сопровождал его, учил хорошим манерам и нередко наказывал за непослушание.
Катулл провёл основную часть своей жизни в Вероне. Неизвестно, правда, в каком районе города он проживал. Однако, поскольку его отец занимал не последнее место среди веронских аристократов, можно не сомневаться, что Катулл воспитывался в одном из самых роскошных домов Вероны.
Особняки знати, по сути, представляли собой сильно разросшиеся традиционные римские дома того времени. Строились они в основном из камня и обожжённого кирпича, балки были деревянными, крыши крыли черепицей. Сразу за центральной дверью дома обычно начинался небольшой коридор с помещением для привратника, ведущий в атрий (atrium) – большую залу с неглубоким бассейном для сбора дождевой воды (impluvium) под широким четырехугольным световым проёмом в крыше (compluvium), которая соединяла все остальные части жилища. Атрий считался центром дома, и поэтому в нём было принято принимать клиентов, гостей и родственников, обсуждать финансовые дела и политические новости. Не менее важным помещением, напрямую соединявшимся с атрием, был таблин (tablinum), который служил кабинетом хозяину дома, хранившим здесь важные бумаги в особом сундуке. По сторонам от таблина симметрично располагались две парадные комнаты – «крылья» (alae), где обычно устраивали родственников или гостей. Здесь же в специальных шкафчиках находились восковые маски предков. Другие комнаты, соединявшиеся с атрием, служили спальнями, столовыми или кладовыми. Особое помещение отводилось для кухни. Дома часто были двух- или трёхэтажными, но на верхних этажах обычно помещали рабов. Таблин соединялся с перистилем (peristylium) – внутренним двором, окруженным по периметру крытой колоннадой, центр которого занимал небольшой садик с бассейном, фонтанами и статуями. Вокруг колоннады располагались многочисленные комнаты: столовые, спальни, ванные, библиотеки, гостиные, залы для бесед. Особняки знати обильно украшались мраморными плитами и колоннами, бронзовыми и мраморными статуями, мозаиками, фресками и картинами.
Для обслуживания особняка был необходим большой штат рабов-слуг (familia urbana). Возглавлял их обычно домоправитель, которого хозяин выбирал из наиболее послушных и преданных ему рабов. Специальные рабы следили за мебелью, постелью, одеждой, посудой, свитками в библиотеке, ванными комнатами, кладовыми и прочим. Обязательно имелся раб-сторож и раб, встречавший гостей и докладывавший о них хозяину. Невозможно было обойтись в особняке без собственных поваров, хлебопёков, кондитеров, а также секретарей, чтецов, цирюльников, садовников, педагогов, врачей и даже музыкантов. Специальные рабы прислуживали за обеденным столом, следили за чистотой в доме, одевали и раздевали хозяина, носили его в специальных носилках – лектиках, сопровождали на улице, служили посыльными, письмоносцами и т. д. Собственный штат рабов имелся и у хозяйки: рабыни, которые причёсывали и укладывали её волосы, смотрели за её украшениями и нарядами, сопровождали её на прогулках, стирали и чинили её одежду, а также кормилицы и рабыни-няньки, которые заботились о её детях.
В семилетнем возрасте Катулл, как и другие его ровесники, должен был начать постигать грамоту. Начальные школы имелись в каждом, даже самом захолустном италийском городке, и учились в них дети из самых разных слоёв населения. Это были исключительно частные заведения, и открывали их обычно образованные бедняки (вольноотпущенники, бывшие солдаты, разорившиеся крестьяне и ремесленники) по своему желанию, без какой-либо регламентации и надзора со стороны Римского государства. Античность не знала дипломов об образовании и судила о людях по наличию подлинных знаний.
Школы, как правило, располагались в снятых внаём, тесных и неудобных помещениях, а иногда и просто на улице, под портиками городского форума, отгородившись от улицы лишь грубой занавеской. Обстановка была очень скудная: массивный стул учителя, скамьи учеников. Столов не было, так как ученики, сидя на скамьях, обычно держали письменные принадлежности на коленях.
Дети собирались в школу ещё до рассвета. Обувшись, умывшись и одевшись, собрав письменные принадлежности (они хранились в специальной деревянной цилиндрической коробке – capsa) и захватив с собой завтрак, они отправлялись в школу в сопровождении воспитателей-педагогов. Функции таких воспитателей обычно выполняли образованные домашние рабы. Они не только провожали своих подопечных в школу и несли их письменные принадлежности, но иногда сидели вместе с ними в классе, а также сопровождали их домой, зорко следя, чтобы те не шалили.
Занятия начинались с восходом солнца и длились почти до вечера, с перерывом в полдень, когда ученики уходили домой перекусить. Впрочем, иногда по пути в школу они покупали сдобные лепёшки[11]. Каникулы продолжались с 13 июня по 15 октября, то есть от июньских до октябрьских ид; по праздникам школы тоже не работали.
Перед
