После того, как я облачилась в джинсы, облегающую футболку и кроссовки, я решила убрать свои длинные волнистые волосы в прическу соответствующую сегодняшнему дню.
Но не так-то легко, оказалось, приручить эти пружинистые завитки и часы показали мне, что сегодня это вряд ли удастся. Я нанесла тушь для ресниц, немного пудры и блеск для губ.
Может я и не модель, но я все-таки девушка.
– Доброе утро Габи! – Кричит мне из кухни мама, переворачивая на сковородке блин. Она сияет, а голубые глаза искрятся гордостью и любовью.
Ее светлые волосы, благодаря стараниям Морган, приобрели форму каре до подбородка, она одета в штаны для йоги и спортивный топ.
Донна преподает йогу и пилатес [2] в местном спортивном зале, и сказать, что она находится в хорошей форме, было бы преуменьшением.
У нее сногсшибательная фигура, но, слава Богу, она не досаждает нам пропагандой помешанного на спорте человека и не лишает любимой еды. Я лишь сожалею о том, что обычно по выходным слишком сильно страдаю похмельем, чтобы присутствовать на ее занятиях.
– Боже, мам, спасибо, – я изображаю смущение, хватая свежевыжатый фруктовый коктейль, который Донна делает для меня ежедневно. Это ее единственная полезная для здоровья лепта, внесенная в мою диету, с которой я мирюсь, потому что на самом деле они мне нравятся. А себе может оставить эти вонючие чаи и дерьмо вроде ростков пшеницы. Фу, гадость.
– Итак, судьбоносные двадцать лет, а, детка? Какие-нибудь особые планы? – интересуется папа, из-за газеты «Утренний Колорадо-Спрингс вестник».
Песочно-каштановые волосы Криса тщательно уложены, он безукоризненно одет в свой обычный костюм и галстук.
Являясь старшим менеджером инженерного отдела в "Локхид Мартин" [3], он определенно выглядел соответствующе: красивый, опрятный и пугающе властный с посторонними.
Но со мной он был той еще тряпкой. Когда я была ребенком, он привык строить со мной домики из одеял, а на каждом спектакле в начальной школе пускал слезу, даже если я играла обычное дерево.
– Получше чем торчать тут с вами двумя? – улыбаюсь я. – Не совсем. Может позже выйду, куда-нибудь с Морган.
– Звучит забавно. Так к какому времени я должен быть готов? – смеется он, подмигивая мне карим глазом.
Немногим людям удается увидеть эту сторону Криса. Будучи отставным солдатом ВВС и бывшим боксером в молодости, он, как правило, совершенно запугивает людей.
То же можно сказать и обо мне, что втайне заставляет меня задаваться вопросом, можем ли мы с ним на самом деле быть родственниками.
– Смотри-ка, похоже, еще одно зверское убийство, – произнес размеренно Крис. Донна предупреждающе смотрит на него, потом расстроено качает головой. – Вам, девочки, лучше бы сегодня быть поосторожнее. И биту свою не забудьте, – Она смотрит на меня поверх газеты.
Это для успокоения Донны. Крис обучал меня рукопашному бою, поскольку я была любительницей прогулок, и он был уверен, что я способна противостоять любому противнику.
Я несколько раз доказала это, вне зависимости от того была ли это задиристая девчонка или распоясавшаяся шпана.
– Обязательно, папа, – говорю я, налегая на бекон и испеченные к моему дню рождения блинчики.
Занятия – все та же утомительная, скучная путаница бесполезной информации.
Студенты судачили о Серийном убийце, и ходили слухи, что студенческий городок прикроют до особого распоряжения.
Третья молодая девушка была найдена с мелкими ранами на груди и шее. Словно этот псих искал самое уязвимое место.
Когда в холле на перемене я спокойно читаю, по спине пробегает дрожь, и я оглядываюсь вокруг.
– С днем рождения, красавица, – шепчет глубокий, бархатистый голос.
Поднимаю взгляд на своего хорошего друга, Джареда, лучезарно мне улыбающегося.
Мы близки еще со старшей школы, и меня всегда привлекала его непринужденная манера общения и искренность.
Ростом более шести футов, со сверкающими изумрудными глазами и твердым мускулистым телом, Джаред определенно намного лучше, чем просто "улов". Скромное добродушное поведение делает его гораздо более привлекательным.
Он мог бы уехать в любой колледж, какой захотел, чтобы играть в футбол, но когда три года назад его матери был поставлен диагноз рак молочной железы, он решил остаться в местном колледже.
Просто, как ни крути, он хороший парень и один из немногих людей, кого я действительно люблю.
Джаред садится, вытаскивает коробочку из рюкзака и вручает ее мне. Мне хочется спрятать ее и открыть, в другое время, что бы никто ни заметил моего смущения, но мне не хочется обижать его.
Открываю коробочку, на дне которой лежит небольшая серебряная рамка с фотографией меня и Джареда в девятом классе.
Я была новенькой и быстро нажила врагов среди популярных девчонок, которые почувствовали во мне угрозу, а Джаред охотно взял меня под свое крылышко.
Фотография сделана на улице, когда Джаред подвез меня (шафером был его старший брат Джеймс) на "Fall Formal". На мне было лиловое платье, длинные темные локоны каскадом ниспадали вдоль спины.
Мое лицо цвета сгущенного молока выглядело чистым и сияющим, несмотря на то, что я заметно волновалась в своем платьице из универмага, когда стояла рядом с одетым с иголочки Джаредом,
Даже тогда Джаред был красив: каштановые волосы, яркая улыбка и сверкающие зеленые глаза.
– О, Джаред… мне нравится, – горло сдавливает, голос дрожит. Не плакать… Только не дурацкие слезы!
Он действительно один из самых давнишних, самых дорогих друзей. И хотя тайком я могу любоваться его хорошей внешностью, наша дружба намного важнее, чем любые романтические перспективы.
Подавляю ненужные мысли и в слишком преувеличенной манере прочищаю горло.
– Рад, что тебе нравится. Так, эм, какие планы на вечер? – в воздухе кружит неловкость от такого нежного момента и пристает к нам словно влага, поэтому я благодарна за смену темы.
– Ужин с родней, выпивка – все в центре города… Ты в игре?
– Да, черт возьми! – восклицает он, и мы возвращаемся к нашему обычному поведению.
Ужин проходит в высококлассном стейкхаусе в центре Колорадо-Спрингс, и Крис не жалеет денег.
В приглушенном освещении шикарного интерьера, я ощущаю аппетитный запах мяса, дорогой кожи, нас приветствует чопорная, гламурная хозяйка.
Я сожалею, что не успела сменить простую блузку и заменить белые теннисные туфли черными босоножками.
Нас окружают женщины в дорогих вечерних платьях, в туфлях на шпильках. Вряд ли Морган порадовалась бы за меня, если бы увидела.
