Пауль улыбнулся, но в помощниках отказал.
— Вы, — сказал он, откладывая в сторону папку с бумагами, — преувеличиваете ценность… предмета. Это всего лишь безделица, хотя и древняя.
Все эти бумаги собирал сам Карл, перерыв архивы нескольких музеев и опасно приблизившись к тому, чтобы искренне полюбить вендорскую бюрократию, по чьей милости расплодилось бесчисленное множество копий с каждого отчета. Сначала он рассчитывал, что всё ограничится только информацией, но Геренту была нужна еще и вещь.
— Однако платите вы мне столько же, сколько за вояж в Бардин, хотя Майердол всяко ближе, — заметил Карл.
— Какой наблюдательный молодой человек, — сообщил Пауль своему камердинеру, принесшему свежую почту. — Видите ли, дорогой господин Джарвис, — это уже Карлу, — Майердол, как вам известно, — государственная собственность, поэтому, проникновение туда, по сути, не рядовая кража со взломом, а преступление, сравнимое с террористическим актом. Считайте, что я плачу за соответствующую статью Уголовного кодекса.
Они оба посмеялись над удачной шуткой.
Позже, предоставляя Штайну, помощнику Пауля, смету, Карл с лихвой компенсировал себе отсутствие помощников.
…По стене неторопливо, с достоинством, прополз паук — черный, жирный, мохнатый. Сколько его сородичей могло быть рядом, не хотелось и представлять. Карл натянул на уши любимую широкополую шляпу, неизменно сопровождавшую его в поездках, — не хватало еще, чтобы какая-то гадость упала на голову и запуталась в волосах — и пошел дальше, освещая себе дорогу.
Когда-то в поместье были виноградники, а это подземелье служило винным погребом. Кое-где даже уцелели стеллажи с бутылками. Карл осторожно взял одну, стер толстый слой пыли — на этикетке еще можно было разобрать название «Пламя Вендоры» и год. Бутылка вернулась на место. Карл не собирался ничего здесь брать. Кроме одной вещи.
Местонахождение тайника он вычислил, проведя не один час за тщательнейшим изучением планов усадьбы и «увлекательным» чтением дневников второй жены покойного барона. Дама была невыносимо сентиментальной, и к концу чтения у него в глазах рябило от многозначительных подчеркиваний, сокращений и восклицательных знаков. Выбрать крупицы ценной информации среди этого потока эмоций было немногим легче, чем просеивать речной песок в надежде на золотой блеск. Но некоторые подробности из дневника баронессы вкупе с подробным описанием коллекции её супруга оказались полезны. И заодно намекнули, что лучше не соваться в подвалы в одиночку, а уж если пришлось — очень тщательно подготовиться.
Добравшись, наконец, до каменной кладки, он отсчитал нужный кирпич и надавил на него. Сначала ничего не произошло, и на миг Карл подумал, что ошибся. Но тут скрытые механизмы пробудились, заскрипели, приходя в действие, и часть стены сдвинулась влево, именно так, как было описано в дневнике, открывая небольшую пыльную и затянутую паутиной нишу. Шкатулка была именно там.
Поправив завязанный на пастуший манер — узлом назад — шейный платок, Карл довольно улыбнулся и потянулся к добыче. Но не коснулся, а сначала осторожно провел над ней ладонью, активируя несложное заклинание проверки. У старшего брата способностей было намного больше, но и Карлу кое-что перепало.
Никакой опасности, никакой защитной магии. Шкатулку можно было брать голыми руками. И все же Карл медлил.
…Когда Карл выбрался, наконец, из усадьбы, уже вечерело. Несколько минут он любовался игрой оттенков розового, бордового, золотого и сизого в закатных облаках, радуясь, что самое мерзкое в этой вылазке уже осталось позади, потом отвязал от старой груши и оседлал коня. К тому времени, как он доберется до станции, стемнеет, а ночью в окрестности Майердола лучше не соваться. Даже если не веришь в привидения.
Домой он добрался, еле держась на ногах от усталости и мечтая только о том, чтобы сбросить одежду, упасть на кровать и спать, спать, спать! А заказ отнесёт на следующее утро, Пауль, конечно, сволочь, но слово его тверже банковского векселя, а он пообещал достойное вознаграждение за эту работу. Хватит, чтобы раздать все долги, и даже останется прилично…
Ключ в замочной скважине не поворачивался. Карл толкнул дверь, она поддалась с жалобным скрипом. Воры? Что за глупость, у него и брать нечего!
В спину уперлось что-то твердое.
— Ты погляди, кто пришел! — довольно сказал Соловей, один из людей Пауля. — Давай, заходи.
Он ткнул Карла дулом револьвера, вталкивая в комнату, зашел следом и прикрыл дверь.
— Вернулся, значит, из Майердола?
— Не твоё собачье дело.
Соловей ударил его по лицу, разбивая в кровь губы.
— Отдаешь мне, что принёс — и, может быть, сохранишь кости в целости. Большую их часть.
— Задание мне дал твой хозяин, — процедил Карл. — С ним я и буду разговаривать, а на шестерок у меня времени нет.
— Где она?
— Да пошел ты!
Удар получилось блокировать и даже съездить в ответ, но Соловей был сильнее и куда опытнее. Кулак в живот заставил Карла согнуться пополам.
— Где?
— Не понял, что ли? Пошел к дьяволу!
Соловей ударил еще раз, потом еще, уже не пытаясь добиться ответа, а просто избивая, пока не решил, что достаточно — парень затих на полу без сознания.
— Она должна быть у тебя.
В дорожной сумке ничего не нашлось. Нашлось в потайном кармане куртки. Осмотрев добычу и довольно ухмыльнувшись, Соловей встал, отряхнул руки и взял со стола масляную лампу.
— Вижу, ты никак не обзаведешься приличным светильником на кристалле, а пользуешься этой рухлядью, — хмыкнул он вслух, будто бы Карл мог его услышать и ответить. — А если она вдруг разобьется? — Осколки полетели во все стороны, масло залило бумаги. — Тут и до пожара недалеко…
Щелчок зажигалки, и пламя, подпитанное маслом из разбитой лампы, жадно набросилось на бумаги, потом на скатерть, перекинулось на занавески.…
Возможно, пожар даже заслужит пару строчек в колонке происшествий, читатели покачают головами, а автор статьи грустно констатирует, как опасна небрежность в летнюю жару. И прозрачно намекнет, что с магическими осветительными кристаллами куда спокойнее, пусть они и дороже.
Огонь распространялся все быстрее, оранжевые язычки подкрались к сапогам Соловья, и он решительно направился к двери.
Но сделать успел только два шага, потому что очнувшийся Карл, собрав все силы, прыгнул на него и повалил на пол.
Прославленная пожарная служба Аркадии сработала как всегда блестяще, не позволив огню перекинуться на соседние дома, но без жертв не обошлось. Хотя их могло быть куда больше. Погиб только один человек, чей обгоревший труп был опознан как хозяин квартиры Карл Джарвис.
