зашептала я.— Надо срочно собрать вещи и подать сигнал бедствия…Я позвонила по номеру службы спасения. Мне ответил спокойный голос:
— Слушаю.
— Я Кэтрин Эклз, мы находимся на Тополиной улице, дом 8.
— Сколько вас человек, миссис Эклз?
— Я и четверо моих детей.
— Собирайтесь, не паникуйте, ждите спасательную капсулу.
Мы стали быстро собирать вещи. Я действовала на автопилоте. Кидала в большую сумку белье, одежду себе и детям, документы, печенье, батончики «Липс», их любят дети. Лекарства для Роба. Свои немногочисленные драгоценности — пара цепочек, кулон с маленьким бриллиантом, подарок Ника и кольцо с черным янтарем. Зачем-то сунула косметичку и маленький флакончик любимых духов.
Я написала Нику записку: «Мы ждем эвакуацию». Потом подумала и дописала: «люблю тебя». Нарисовала сердечко и прикрепила записку на самый верх стены. Ник поймет, что мы спаслись, когда вернется домой.
Мы с детьми поднялись на крышу нашего одноэтажного дома. Крыша немного покатая, но по краям на ней можно стоять.
Я захватила с собой две сумки с вещами. Энни и Энтони положили свои школьные рюкзаки на крышу, до отказа набитые чем-то. Марк подхватил Роба. У Роба в руках любимая игрушка, тигренок Лоу, без нее он не засыпает. Энни держит в руках скулящего Барри, кажется, щенок тоже понял, что происходит что-то страшное.
Я посмотрела на восток. Сначала там была просто серая полоска на горизонте, которая двигалась в нашем направлении. Ближе. Еще ближе…Вода прибывала очень быстро, она поглощала все летние краски, окрашивала все в мутный серый цвет. Вот водяная полоса приблизилась к нашему участку и за минуты словно слизнула зеленый газон, яркие клумбы и покатилась дальше.
Поток воды сильный, и в нем плывут, кружатся, сталкиваются между собой деревья, какой-то мусор, пластиковые бутылки, пластмассовые кубики, перевернутые лодки… Вода издает странные звуки: шуршание, треск, легкое гудение.
Через несколько минут дом становится островком, который окружил водяной поток. Видны только прутики…это верхушки деревьев… Вода уже в доме, там что-то трещит, падает. У Энни лицо стало совсем белым. Я сжала ее руку.
— Все будет хорошо, милая. Нас скоро спасут.
— Да, пришлют капсулу спасательную, —авторитетно подтвердил Марк.
— А папа, что с ним? — спросил Энтони.
— С папой все будет хорошо, он же в Рествилле, и у него машина. Появится связь, и мы ему позвоним, — пришел мне на помощь Марк. Я благодарно кивнула старшему сыну.
Вода уже по щиколотки, обувь промокла. Барри начал лаять, словно надеясь отогнать от нас свинцовую мутную воду. Энни всхлипывает. Вода поднимается еще на несколько сантиметров. Я крепко прижала к себе Роба и начала шептать молитву. Может быть, я пропускала какие-то слова, а может, добавляла свои, но моя молитва была совсем простой.
Я прошу небеса спасти моих детей. И Ника. Обещаю отдать и сделать все, что угодно, лишь бы нас успели спасти. Лишь бы мои дети жили дальше.
Глава 3
— Мам, смотри! — Энтони первым заметил черную точку в небе, которая движется в нашем направлении.
— Эй, мы здесь, мы здесь, — закричал он и начал размахивать руками.
Я испугалась, что он может поскользнуться и упасть, и крепко вцепилась в его рукав.
Капсула приближалась, снизу она была похожа на черную фасолину. Она приблизилась и зависла над нами. Открылся люк, и из него выпала веревочная лестница, по которой к нам стал быстро спускаться крупный мужчина в военной форме.
— Миссис Эклз, я офицер Гилфорд, — закричал он. — Нам надо быстро загрузиться, не волнуйтесь, я буду вас страховать.
Гилфорд опустился рядом с нами, и я увидела, что ему лет пятьдесят. Голос Гилфорда показался мне спокойным, как будто он каждый день только и занимался тем, что снимал людей с крыш затопленных домов
Гилфорд зацепил на поясе Энтони металлический зажим, что-то нажал, и веревочная лестница за считанные секунды втянула Энтони в чрево капсулы.
— Ух ты, круто! — закричал он изнутри.
— Теперь вы, маленькая мисс, — обратился Гилфорд к Энни. Он нахмурился, заметив, что дочь вцепилась в Барри.
— Только с животными нельзя, — сказал он.
— Но это же…просто наш щеночек, он маленький, —потрясенно прошептала Энни. От волнения у нее сел голос. Барри жил у нас три месяца, он был любимцем всей семьи.
— Пожалуйста, — попросила я, хватая за руку офицера.
У Гилфорда дернулся уголок рта. Он осторожно освободился от моей руки.
— У нас есть приказ, нельзя с животными. Давайте быстрей, миссис Эклз, у нас очень мало времени, нам надо проверить еще два вызова в вашем квадрате.
Энни вцепилась в щенка, замотала головой, по щекам покатились слезы. На помощь пришел Марк. Он отобрал щенка у Энни и аккуратно поставил Барри рядом с собой.
— Энн, он умеет плавать. Так надо, Энн…Мы вернемся за ним.
— К-когда в-вернемся? — захлебывалась Энни слезами.
— Скоро, когда будет можно.
Энни давилась рыданиями…Ее быстро втянуло внутрь капсулы. Следом подняли сумки с вещами, пакеты, рюкзаки близнецов.
— Теперь вы, миссис Эклз, держите крепче малыша, не бойтесь, хотя я тоже к нему прикреплю страховку,— на поясе у меня застегивается зажим. Меня быстро втянуло внутрь спасательной капсулы, и только тогда я почувствовала, что мои руки, сжимавшие Роба, онемели. Кто-то расстегнул на мне зажим, и лестница, змеясь на ветру, снова упала вниз. Через несколько секунд одновременно в капсуле появились Гилфорд и Марк.
Рой вцепился в тигренка Лоу, Энни рыдала рядом с Энтони. Кажется, мы были спасены. Капсула набирала высоту. Под нами повсюду расстилалась серая мутная вода.
— Ух ты, погляди, Марк, прямо как море! — воскликнул Энтони, обращаясь к старшему сыну. Энтони смотрел в круглое небольшое окно капсулы. Марк хмуро кивнул. Вид сверху действительно напоминал море. Только это было не ласковое теплое море, а безжалостное серое чудовище, поглотившее мой мир.
— Офицер, мой муж…Николас Эклз, он поехал на машине в Рествилл.
— Миссис Эклз, у нас нет времени Там сейчас тоже должны быть спасатели. Мы работаем сейчас с вашим квадратом.
Офицер Гилфорд поднес к себе браслет и ровным голосом сказал:
— Сэр, мы подобрали еще пятерых, женщина и четверо детей…Да, сэр…Скоро там будем.
— Ух ты, круто! — закричал Тони, когда лестница втянулась в капсулу в очередной раз. Кажется, он воспринимал то, что происходит, как приключение.
Внутри капсулы сидело несколько человек.
— Добрый день, — пробормотала я
