была, если ты радовался такому. Там же по лицу видно, что ничего хорошего не стоит ждать.
Я попробовал встать с койки, на которой лежал. Надо бы выглянуть в пролом, который случайно создал — вдруг что интересное показывают.
Я скинул ноги на пол, уронив тонкое одеяло. По полуобнажённому телу пробежала волна мурашек — на мне были только трусы, да простенький браслет из полудрагоценных камней, такие часто продают в магазинах дешёвой бижутерии.
Я кратко изучил браслет: потемневшие, будто обугленные камни, едва заметная резьба. Пришлось сузить глаза, включая свой Дар — Взгляд артефактора. Удивительно, но передо мной оказался артефакт. Жутко грубый и простой, но энергия в нём присутствовала, на самом донышке.
Я за такое сам себе бы по лицу надавал, поскольку возможности неизвестного мне материала были использованы в лучше случае процентов на пятнадцать.
Однако голова была тяжёлой и сейчас не получалось разобрать, что именно он делает.
Поэтому я вернулся к прошлому плану. Покачиваясь, встал и пошёл к свету. Казалось, что я только что пробежал марафон: ноги тряслись, а в животе была пустота. Во рту образовалась Сахара, как после недельной пьянки.
— Чего ж тебя, пацан, так мучали? — спросил я вслух, но тело и бывшая личность промолчали. Ну и ладно, давайте посмотрим, что за окном. — Что у нас с погодой?
Выглянув в дырку в стене, я понял, что нахожусь не в подвале, а на третьем этаже. Внизу — выложенные плиткой дорожки, высокий каменный забор, за которым — лес. Вдалеке — очертания города, тонущие сейчас в дымке тумана. Над городом — гора с огромным зданием на вершине.
Прямо подо мной суетились несколько человек с оружием в руках: они целились в меня из автоматов и кричали, чтобы я не шевелился.
— Да легко, я и так еле стою, — махнул я рукой, которую моментально обожгло лёгкой болью. Одного из охранников снесло волной воздуха и впечатало в забор. — Ой!
В ответ в меня начали стрелять, из стен полетела каменная крошка. Пришлось укрыться за углом, поближе ко входной двери. Конечно, это оказалось плохой идеей.
— Что здесь происходит⁈ — распахивая дверь, крикнула одна из надзирательниц, Лиза. Я попытался увернуться от тяжеленный двери, оступился и… выпал в пролом.
Кто говорит, что три этажа — это высоко? Земля приблизилась мгновенно и только резкий удар заставил меня прекратить орать. Снова стало темно.
Почему мне показалось, что я не долетел о плитки?
* * *
— Он что сделал?
От этого вопроса веяло жутью, хотя говорившая это девушка выглядела скорее мило, чем пугающе: аккуратное скромное платье по фигуре, тёмно-синего цвета; лёгкий белый пиджак на плечах; бледная кожа и горящие здоровым румянцем щёки, будто она только вошла с улицы. На тонких пальцах — аккуратные кольца с полудрагоценными камнями.
Выделялись лишь две вещи: небольшая брошь в форме черепа ворона, покрытая тёмной эмалью, да глаза, пылающие красными бликами. Под огнём этих глаз сейчас в страхе трепетали четверо: три женщины и мужчина.
— Он выпрыгнул в пролом в стене, который сам сделал с помощью воздушной магии, Госпожа… — отчитался Марк Константинович, начальник охраны поместья, старый вояка с шикарными усами. Солидность этих усов признавала даже Госпожа.
Госпожа вздохнула: не вина цепного пса, что к нему выпустили боевого сокола.
— Меня больше интересует, как мальчишка без магического потенциала, оказался столь одарённым, что применил заклятие пятого уровня? Кое-кто клялся, что он единственный в их семейке, не имеющий даже минимальной предрасположенности к дару. И именно поэтому он до сих пор жив.
Светлана Яровая вжала голову в плечи, в надежде, что это обращались не к ней. Сейчас она была одета в обычное серое платье — она только сняла кожаную форму, когда раздался сигнал тревоги.
— Госпожа! Я не виновата!
Светлана почувствовала, как на неё смотрят все, дырявя взглядами спину. Семейство Шторма она считала козлами, а уж эти Вороновы… Она себя остановила, чтобы не дать эмоциям себя захлестнуть.
— Я провела самые дотошные проверки. Ни одного признака, говорящего о наличии дара. Только повышенное либидо, что свойственно подросткам.
— Мне не нужны оправдания, — спокойно и отстранённо сказала девушка в синем платье, смотревшая на присутствующих сверху вниз.
— Госпожа, — склонила голову Светлана, — я могу предположить, что во время… разговора, моя коллега слишком сильно воздействовала на юного Шторма. У него теперь есть повреждения в мозге которые, однако, залечены.
— Что ты несёшь⁈ — вспылила Лиза, которая пытала Шторма, и обратилась к Госпоже. — Я выполняла в точности ваш приказ. А это предательница…
— Хватит, Лиза, — остановила спор Госпожа и встала с кресла. Присутствующие опустили глаза. — Светлана сделала подарок нашей семье, от которого нельзя отказываться. Да, она могла ошибиться в оценке мальчика, все несовершенны.
Тихо скрипнули зубы Лизы, но спорить она не стала. Госпожа это заметила, улыбнулась, а в красных глазах заиграло игривое пламя.
— Тебе же, Лиза, действительно нужно быть более сдержанной. Я видела отчёты по другим делам: у магистров могут возникнуть вопросы из-за того, что у многих после встречи с тобой остаются следы, — она выделила слово «следы», и Лиза кивнула, понимая намёк. — Поэтому каждая из вас получит по заслугам. Но чуть позже. Сейчас же нужно изучить этого мальчика и посмотреть, что произошло. У меня есть версия, но надейтесь, что я не права. Свободны.
Всё молча поклонились и покинули зал, кроме третьей, молчавшей до этого девушки. Она выпрямилась, поправила светло-русые волосы и подошла ближе к Госпоже.
— Александра Валерьевна, думаете, мальчик применил на себе артефакт?
Госпожа или Александра Валерьевна Воронова, обладающая титулом Княгини ветра, покачала головой. Глаза потемнели, делая красные отсветы зловещими:
— Он бы умер сразу. Светлана не врала — талантов в нём не было, кроме лёгкой эмпатии, да усидчивости. Если бы ему сделали инъекцию божественной смеси, его бы разорвало, как хомяка на центрифуге. Здесь что-то другое.
— Позволите мне узнать? — спросила девушка, поправляя костюм. Она предпочитала мужской покрой.
Александра Валерьевна изучила помощницу:
— Попробуйте, Роксана Юрьевна. Лиза и Света сказали, что он был чрезмерно болтлив после того, как… — она задумалась, подбирая слово, — после того, как он должен был перестать быть субъектным. Но, кажется, что-то пошло не так. Вечно с этими Штормами проблемы.
— Я узнаю, что случилось. И вам доложу, — Роксана поклонилась и пошла на выход.
У дверей её
