Взгляда артефактора, но не увидел в нём ничего особенного. Магического поля не было, несмотря на очень качественную работу по серебру и неизвестный материал в центре. Скорее всего что-то имеющее церемониальное значение, а не практичное.
— И что мне от этого? — нарочито скучающе ответил я, не до конца понимая реальную выгоду предлагаемого.
Девушка потянула край блузки, поправляя лифчик по ней. Небольшая грудь перекатилась под кружевной тканью. Хорошо работает, чертяка! Поймал себя на том, что сглатываю от возбуждения. Словно в первый раз! Чёртов подростковый возраст — заставляет думать совсем не о том, что важно.
— Я думаю, что жизнь и статус главы Рода компенсирует некоторые недостатки в обслуживании в этом санатории, — спокойно сказала Роксана.
— Но не вернёт жизни, — глухо ответил я.
Набивая цену, прямо скажу. Я же не Сергей, и его родители и кто там ещё — это не ко мне. Зато сработало:
— Не вернёт, — кивнула она, отводя взгляд. — Поэтому и предлагаю обмен, а не пытки, как некоторые.
— И что тебе… Вам нужно?
Роксана пристально посмотрела мне в лицо, словно пытаясь в нём что-то увидеть. Я сделал каменно-печальный лик.
— Ты знаешь. То, что хранит твоя семья. То, что сделало тебя одарённым, — Роксана чуть пафосно повысила голос.
В камере повисла неловкая тишина.
— Эм… А что сделало меня одарённым? Ты про это? — Сделав движение рукой, я пронаблюдал, как огненный шарик закачался от ветра.
На мгновение он стал больше, а затем затрепетал, чуть не потухнув. Сразу закружилась голова и обожгло руку. Я почесал запястье и понял, что артефакт на руке прям обуглился. Неужели вся сила моя от него?
Роксана смотрела на меня, уже не скрывая своего торжества:
— Ты же не владел Даром с рождения, а значит нарушил закон! Использовал Инъектор без санкции! Если нет силы — значит нет!
Я оглядел девушку, покачал головой. Из меня явно хотят сделать шашлык и требуют что-то невероятное. Я только переродился, а тут какая-то ересь.
Можно, конечно, подставиться под огонь и умереть снова. Если повезёт, попаду в приличное тело где-то подальше от этих психованных. Да, будет больно и потребуется больше времени на то, чтобы вернуть свои силы, но это рабочий вариант.
Я уже улыбнулся и собрался сказать какую-нибудь гадость про девушку и её родителей, как замер. Постаравшись коснуться своей силы и цикла перерождения, я вдруг понял: его нет. Нет линий, которые позволят мне вернуться в мир и переродиться заново.
Если я сейчас решу умереть, то умру навсегда.
Что за хрень⁈
— Так что ты решил, Сергей? — спросила Роксана, делая пламенный шарик чуть больше. Я почувствовал жар на коже.
В голове начали суетиться мысли: умереть не могу, ответить на их вопрос — тоже. Значит остаётся одно — импровизация на тех картах, что есть на руках.
— Знаешь в чём твоя ошибка? — спросил я, переводя внимание на висящий в воздухе огонёк.
— Ошибка? — усмехнулась она. — Удиви меня.
— Ты решила сделать выводы, не опираясь на факты. Женская интуиция — вещь хорошая, но не всегда.
Сосредоточившись, я попробовал направить резкий поток воздуха к огоньку, но воздушная волна моментально затихла. Не сработало.
— Я не использовал Инъектор, чем бы эта хрень, которая всем нужна, не была. Это, во-первых.
Теперь действуем аккуратно, не спешим, действуем нежно — воздух не слушался, всё норовя пойти своим путём от энергии, что бездумно пытался вкачать в меня артефакт на руке.
— А во-вторых? — Не выдержав моей паузы, Роксана привстала со стула, наблюдая, как огонёк становится всё больше и ярче.
Она сделала движение рукой, видимо собираясь уничтожить огонёк, но я поддал воздуха, разжигая его сильнее. Зато теперь я чётко видел Роксану во всех деталях и запоминал. Она нахмурилась, взмахнула второй рукой, вызывая другой огонёк и направила его в меня.
Ой-ёй! Не надо!
Я всё же отвлёкся, руку обожгло от спонтанного использования артефакта, и тонкая струйка воздуха моментально превратилась в мощный поток.
Упав на пол, я крикнул:
— А во-вторых…
Первый огненный шар взорвался. Взрывная волна снесла не ожидавшую этого Роксану, впечатала в стену. Девушка упала без сознания на каменный пол.
— … что посеешь, то и пожнёшь.
Встав и отряхнувшись, я выхватил у Роксаны кулон, благо длина цепи позволяла, повесил на шею, спрятав под одежду, после чего забился обратно под кровать.
Через мгновение в камеру влетели охранники и, целя в меня автоматами, — ух ты, обычные люди! Без магии! — осмотрели девушку и вынесли из помещения. Она так и не пришла в себя.
— Что произошло? — сурово спросил у меня усатый мужчина, видимо главный.
На его ладонях сидела чёрная птица небольшого размера. Её молчаливого взгляда я опасался больше, чем болтливых людей и даже магов. Птичка то точно сразу выклюет мне глаза.
С трудом отводя от неё взгляд, я развёл руками:
— У неё что-то случилось с пламенем.
Мужчина недоверчиво осмотрел стены, покрытые копотью взрыва. Покачал головой.
— Спец-кандалы. Пусть теперь всё будет по протоколу.
Мне надели на руки металлические рукавицы, которые плотно обхватывали пальцы и не давали им активно шевелить. Да и сами рукавицы весили будь здоров — замаешься махать руками.
— На выход, пусть Госпожа сама решает, что с ним делать.
Он пошёл впереди, а меня, свернув в скрюченную позу, потащили прочь из камеры. Видимо на последний суд. И ожидания от него у меня были самыми низкими. Особенно после того, как охранник слева прошептал мне в ухо при пересменке:
— Не надейся, до неё ты не дойдёшь.
* * *
Странное состояние, давно забытое: вроде бог, а сделать ничего не можешь. Такое было после первого перерождения, когда я понял, что не обычный человек, а что-то большое. Тогда я смотрел по сторонам и пытался понять, почему никого не узнаю и что я вообще из себя представляю. Пришлось потратить почти десять лет, чтобы разобраться в основах: я бог, не могу умереть, есть магия контроля над материей и Взгляд артефактора, люди вокруг подобным не владеют. Только такие же как я могут обладать Даром.
Сейчас же голова шла кругом: вокруг люди, у них аура обычных людей, но некоторые обладают Даром, причём мощным. С одарёнными мне и так всегда было непросто, в силу узости моего Дара, но там хоть можно было оправдаться, что это боги, у
