Ланка, - хмыкает Стас. - Можешь разбирать вещи. Тренировка прошла успешно. Будешь теперь знать, что нельзя мужчину злить, и чем может закончиться твоя истерика.
Последние слова Станислава выбивают из меня весь воздух.
Сама от себя не ожидая, резко поднимаю не маленькую дамскую сумку и бью Стаса ею наотмашь.
Округлив глаза, он пятится назад.
Я же от испуга дергаю дверь, пытаясь открыть её. Хорошо хоть вспоминаю, что, заходя, закрыла замок.
Лихорадочно прокручиваю ручку защелки, распахиваю дверь и вываливаюсь из квартиры вместе с чемоданом.
- Прощай, учитель! Найдешь себе терпилу и будешь её дрессировать, как собачку! - выкрикиваю громко. - Можешь со шлюшки Томочки начать.
Закончив свою речь, со всей злости хлопаю дверью.
Выхожу на улицу, где уже разыгрывается непогода.
В надежде успеть доехать до госпиталя до пурги, тащу себя и чемодан на автобусную остановку, где ходит местный автобус.
Проезжающий мимо, пустой микрик останавливается, сажусь в него. Но…
По дороге водитель сообщает, что он едет не по маршруту, а домой, потому что уже закончил работу.
Мужчина предлагает высадить меня на остановке, где останавливаются большие икарусы.
Выхожу. Стою минут пятнадцать, понимая, что в такое позднее время вряд-ли рейсовые еще ходят. Прячусь за стенкой хлипкого остановочного павильона от снежных зарядов.
Топаю ногами. Но… Чувствую - замерзаю.
Уже несколько раз смотрю на дорогу. Только за время моего стояния плотную стену снега не прорезал ни один луч фар.
Ругаю себя безмозглой дурой, потому что надо было вернуться в квартиру Стаса и переночевать у него, тем более ключ я ему так и не отдала.
Думая о Станиславе, моя душа начинает болеть и плакать от предательства.
Внутри разрастается, как опухоль, чёрная безысходность и полное нежелание жить.
С мыслью: “И пусть я умру”, - сажусь на скамейку, закрываю глаза и проваливаюсь в сон, уже совершенно не чувствуя холода…
Глава 2
Андрей
За шесть лет до событий пролога
До нового года всего неделя. У меня дел, как у дурня фантиков.
На всех возможных в метель парах мчусь в свой коттеджный посёлок.
- Да, приятель, в такую погоду хороший хозяин собаку на улицу не выпустит. Заметать стало изрядно, утром видимость еще была нормальная, - говорю сам себе, настраивая приятную музыку.
Хочу успеть до заносов, из которых здесь в сибири зачастую без помощи вспомогательной техники не выбраться.
Зима в этом году выдалась морозной и снежной во всех регионах.
Только такой же снежный апокалипсис пережил в Москве. Думал, ну все…
Приехал в Новосибирск, а тут снова здорово!
Возвращаюсь из своей части, где прослужил много лет.
Еду в состоянии легкого грустной ностальжи.
Сослуживцев, с кем я служил-дружил уже и не осталось.
Егор Огнев в пустыне командует частью ограниченного контингента.
Степан Герман только вернулся из командировки.
Горжусь своими боевыми товарищами.
Наше трио с первого курса училища шло рука об руку. Так до генеральских звезд и дослужились все трое.
Мои мысли о друзьях перебивает входящий с неизвестного номера.
Отвечаю сухо, но услышав знакомый голос радостно восклицаю:
- Здравия желаю, товарищ генерал-майор Герман. Степка - красава, только сейчас о тебе думал!
- И тебе не хворать, товарищ генерал-майор Сокол, чего зря думать, если можно просто приехать, - зычно басит друг.
- Так ты ж, Степа, нынче молодой папаша. У тебя же жена-молодая и еще мальчик и девочка. Мне Николай буквально несколько часов назад твою сагу поведал.
- Кольке надо язык через сидальшную подкову вырвать, - беззлобно хмыкает Степан. - Но…Не соврал. Не соврал, старый хрыч. С женой мне реально повезло, Андрюха. И детишками тоже. Тридцатого уже годик исполнится. Приезжай в гости. Ты надолго к нам?
- Нет, Степ. Намеченное завершу и обратно в столицу.
- Дел то много? Если нужно, то могу помочь. Своих навестил уже? Я к ним заезжаю.
- Спасибо, Степа, что помнишь о моих…
Говоря про своих, снова вспоминаю тот страшный день четырнадцать лет назад, когда вся моя семья попала в автомобильную аварию.
Бог разом забрал три жизни, жену и погодок сына с дочерью.
Наказывать и мстить было некому, водитель фуры тоже погиб.
- Так что там с делами, Андрюх? Приезжай, хоть вот завтра. Посидим ладком, обсудим твои дела. Я еще пока живу в старом доме, - вырывает меня из горьких воспоминаний друг. - Адрес знаешь. Просто приезжай. У нас родители сейчас гостят. Они тебя, Сокол, любят как родного сына.
- Ладно. Договорились. Завтра созвонимся, - отвечаю Степану и слышу на заднем плане женский голос и детский рев. - Иди к своим.
- Сокол, ты если ни один приехал, то ждем вместе... Познакомимся, - с надеждой в голосе говорит друг.
- Один я, Степ. Второй такой, как моя Маша, нет, - произношу со тяжелым вздохом. - Ой, извини дружище, тут у меня…
Скидываю звонок, потому что бью по тормозам недалеко от остановки, которую почти что проскочил.
Пролетая хлипкий навес, боковым зрением вижу на скамейке скрюченную фигуру. Вроде, женскую. Судя по светлой одежде и фактуре, точно баба.
Кидаю взгляд на время. Понимаю, что ближайший автобус будет только утром.
В моем мозгу тут же возникают вопросы.
Чего она тогда сидит на остановке? Заплечная? Маловероятно. В этом месте "цыпочки" дальнобойные никогда не стоят.
Попутку ждёт? Так сегодня в это время и в такую пуржищу вряд ли кто машину погонит в дорогу.
Всё эти мысли буквально за секунды пролетают в моей голове.
Торможу. Сдаю задним ходом. Подъезжаю к остановке.
Метёт так, что уже ни зги не видно.
Женщина сидит спиной, прижавшись головой к стене хлипкого убежища.
Выхожу из машины. Подхожу. Трогаю за плечо. Мгновение. И она, обнимая сумку, заваливается боком на скамейку.
Внимательно всматриваюсь в белое лицо. Девочка совсем.
Очередная тревожная мысль. Не уж то из любителей дури? Жаль руки не могу посмотреть. Но…
Даже если из этих, то все равно бросить здесь не смогу. Потому как замерзнет. Если еще дубу не дала.
Трогаю пальцами шею в поисках пульса.
Есть, но очень слабый, совсем нитевидный.
Еще раз пристально вглядываюсь в лицо незнакомки.
Называя себя чертовым Робин Гудом, поднимаю “замерзашку” на руки и несу в салон авто.
Усаживаю на переднее сидение, пристегиваю, делаю обогрев с ее стороны сильнее и включаю подогрев сидения.
Уже собираясь занять свое место, еще раз мажу взглядом по остановке и вижу небольшой чемодан.
Иду за ним. Чертыхаясь, закидываю на
