и девушек в сарафанах и кокошниках к нему. - смеется Герман. - Еще каравай с солонкой и рюмку с водкой. Ой, ну все… Прямо вот уже слюна капает, как у собаки Павлова.
Мы оба ржем, как в юности, потому что, не смотря на генеральские звезды, до сих пор в душе вихрастые курсанты.
- Отлично Горыныч. Пиши данные. Встречу тебя. Кстати, приглашаю в гнездо одинокого Сокола.
- И за это, друг мой Сокол, тоже спасибо. Но…Не обижайся. Меня в аэропорту старший сын Антон встретит. У него я и остановлюсь, - сообщает Степан. - Если ты не против, то в воскресенье в вотчину Егорки Огнева с удовольствием с тобой прокачусь.
- Хорошо, Степа. Я тогда на служебной поеду. Жду звонка или сообщения.
Прощаюсь с другом и в приподнятом настроении выхожу из машины у зданиям главного военно-клинического госпиталя.
Размашистой походкой, чеканя шаг, стремительно поднимаюсь на крыльцо, захожу в холл центрального входа.
Прошу дежурного доложить в приемную начальника госпиталя, что прибыл генерал-лейтенант Сокол. Прапорщик после доклада поясняет мне, как пройти в административное крыло.
Получив пояснение, иду по маршруту.
В приемной меня встречает секретарь и провожает к начальнику.
Зайдя в кабинет, представлюсь первым.
Полковник медслужбы Сизов выходит из-за стола, пожимает мне руку. Приглашает присесть. Берет с края стола папку с моей фамилией.
- Андрей Иванович, согласно протоколу результаты анализов и плановых обследований хорошие. Но.., - полковник делает паузу и смотрит в отдельный лист. - Наш кардиолог на основании электрокардиограммы, которая указывает на экстрасистолию сердца, отказалась подписывать заключение медкомиссии. Она считает, что вам необходимо пройти дополнительное обследование и медикаментозную коррекцию сердечного ритма. При необходимости у нас есть возможность провести радиочастотную аблацию аритмогенных зон.
- Не понял… Что это значит? - интересуюсь, тут же чувствуя неприятное жжение за грудиной.
- Не стоит волноваться, товарищ генерал-лейтенант. Вас никто не собирается комиссовать. Но.., - вкрадчиво произносит начальник госпиталя, протягивая мне стакан воды. - Пройти обследование необходимо. Экстрасистолы могут быть и у здоровых людей из-за переутомления, недостатка сна, стресса. Но…Экстрасистолы могут выступать симптомом болезней сердца. Среди них ишемическая болезнь, воспаление сердечной мышцы, дефект сердечного клапана.
- Интересно. Но…В прошлом году ничего такого не было выявлено. И ранее тоже предыдущий кардиолог мне не сообщал ни о каких экстрасистолах, - стараюсь говорить спокойно, но голос звенит, выдавая нерв.
- Такое случается, Андрей Иванович. Мы взрослеем. Сердце изнашивается, - нейтрально замечает полковник и берет в руку трубку внутреннего телефона, ожидая ответа. - Светлана Викторовна, я сейчас к вам провожу генерал-лейтенант Сокола. Все верно. С экстрасистолами. Спасибо.
Завершив разговор, начальник госпиталя встает и ведет меня коридорами и переходами в отделение кардиологии.
Иду в несколько недоуменно-раздраженном настроении.
Полковник медслужбы стучит и заглядывает в кабинет. Потом заходит, а я остаюсь ждать в коридоре. Буквально через минуту Сизов выходит и сообщает мне:
- У Светланы Викторовны сейчас генерал-полковник Терентьев из Министерства. Как только он выйдет, доктор сразу Вас примет. Извините, пожалуйста, Андрей Иванович, что придется подождать, - дергает плечом начальник госпиталя, дескать: бывает, виноват.
Киваю головой и пожимаю руку полковнику. Отхожу к окну, что напротив двери кабинета.
Минут через пять дверь приоткрывается.
Думая, что это выходит генерал-полковник, делаю шаг вперед. Но…
Тут в небольшой щели появляется белокурая, курносая, голубоглазая девчушка.
Возраст мне определить трудно, но, вероятно, лет пяти.
Она смотрит на меня, улыбаясь и хлопая длинными светлыми ресницами.
Я смотрю на нее и вижу свою дочь Дашу.
Мое сердце замедляется, а потом делает глухой удар в ребра грудной клетки и начинает колотиться с ужасающий силой.
И это потому, что я вижу над правой бровью девочки - точной копии моей дочери - родимое пятно в виде капельки…
Глава 6
Светлана
Шесть лет спустя после метели
Уговорить Викушу пойти в детский сад мне так и не удается.
За сборами мы немного задерживаемся.
Приходится вызывать такси, чтобы быстрее доехать до ближайшей к нашему району станции метро.
Со вздохом смотрю на время в телефоне и считаю деньги, которые планировала потратить на другие более важные для меня нужды.
Зарплата у меня хоть и приличная, но мне её катастрофически не хватает.
Все деньги уходят на аренду жилья, детский сад, Вики развивашки и редкие походы в центры, где моя гиперактивная дочь может порезвиться.
Смотрю на свои изрядно разбитые и залатанные сапоги, думаю, что придется все же соглашаться на подработку.
Её мне уже не раз предлагала начальник АХО: “Света, работа не пыльная, всего-то несколько Вип-палат помыть. Я эту подработку редко кому предлагаю. Подумай”.
Подумай-подумай… Чего тут думать, если до зарплаты в моем кошельке остаются копейки на проезд.
Вот сейчас за такси отдам и придется сократить расписанное до получки.
За мыслями своими отвечаю невпопад Вике.
Малышка это понимает и куксится.
- Мамуль, ну? Я уже сто раз про письмо Деду Морозу спросила…
Дергает меня за рукав старенькой куртки и лезет своим лицом в мое рассерженная дочуринка.
- Ма, ну, что? Что?
- О чем, Викуша?
- Ты письмо дедушке отправила?
- Конечно. Вот уведомление об отправке, - говоря, вынимаю из потрепанной сумки бланк.
Его я сама подписала на почте, а сотрудница на нем по моей просьбе поставила штемпель и приклеила, купленные марки.
Вика берет бланк, как драгоценность, и прижимает к груди.
Смотрю на свою малышку, еле сдерживая слезы. Снова думаю, как мне выкрутиться с первой частью ее письма-рисунка, где она просит подарить ей папу.
Придется все же начать со второй и купить ей реборна.
Лучше бы она новую барби попросила.
Вспомнив цену подружек принцессы Виктории, снова вздыхаю, потому что реборны стоят на порядок выше.
Опускаю взгляд на сапоги, понимая: новые в этом году мне не светят.
- Мамуль, а мы на большую елку пойдем смотреть. Но…В тот магазин, где кукол и игрушек много…
Моя малыха на минутку замирает. Сдвигает бровки к переносице. Задумчиво жует нижнюю губу. По мимике любимого личика, знаю: в головушке дочери идет активный мыслительный процесс.
- А мы будем мне платье снежинки шить? Или лучше снежной королевы? - выдыхает Вика.
- А ты какое платье хочешь больше? - уточняю, чтобы понимать, сколько денег придется вытащить из заначки.
- Мамусь, а давай два, - тут же безапелляционно заявляет Викуша. - Я на утреннике сначала побуду снежинкой, а потом мы побежим с тобой в раздевалку и поменяем мне платье.
