обдало холодным потом. Воспоминание неумолимо охватывало разум.
Чёрное пятно на фоне заснеженной земли полуострова Артэравэй.
Этот образ, подобно лавине, поглотил его, сломал состояние медитации, погасил Свет Дэйи. Пард прижал клинки к предплечьям. Только холод стали и унимал острую душевную рябь, которую не способно было утихомирить созерцание водной поверхности. Как бы он не старался.
Холод стали на коже. Это было обещание, данное самому себе после Кровавой войны.
Дочери сейчас было бы пятнадцать.
Пард крепче стиснул рукоятки клинков.
Вируан будет в огне. Вируан падёт. Вируан покорится Этвату. А она — та, кто отдала приказ сжечь окрестности Артэ — будет разорвана на сотни кусков.
Эти мысли были лучше любой молитвы Богу Света Энга'арту, и они, как ничто, отдаляли Парда от Света Дэйи. Помогали жить дальше. Но сводили на нет чудеса медитации.
Пард уловил лёгкий шелест травы за спиной. Кто-то приближался. Шаги были робкими и неуверенными. Пришедший явно направлялся к нему, но не спешил приблизиться, возможно, боясь побеспокоить.
— Иварсо дарэ'эш[2]! — незнакомый мелодичный женский голос решился на приветствие. — Вы, омпат Пард Сэмтис?
Новенькая. Неуверенно переминалась с ноги на ногу у оружейной стойки. Пард холодно кивнул.
Кандидаты благоговели перед его славой легендарного героя. Чуть ли не художников приводили, чтобы сделать картину: «Я и герой войны, перерубивший в одиночку полсотни вируанцев при освобождении города Артэ».
Если бы кто-нибудь из них видел Парда в этом бою, то не решился бы и на тысячу шагов приблизиться.
— Омпат[3] прислал меня к вам…
— Кто именно? — Пард смерил девушку взглядом.
Она была хрупкая и красивая. Синие глаза, аккуратные пряди каштановых волос, стройная, небольшого роста.
— Омпат Хаск Хэнадор сказал, что я могу найти вас здесь.
Об этом Парду стоило догадаться, старый лис часто скидывал на него сопровождение «особенных» гостей, чьи высокопоставленные родственники пожертвовали внушительные средства на содержание клана и радушный приём для своих бездарных чад.
— Я же просил не беспокоить меня во время тренировок.
— Омпат Хаск Хэнадор сказал, что вы можете показать мне Риар Дайядор… Меня зовут Айя Сарэтис. — Девушка смущённо поправила локон.
Пард задержал на ней взгляд: серебристый блеск в синих глазах, светлая робость улыбки, лёгкий трепет в тонких пальцах. В сознании всплыли комья грязного снега, залитого кровью, разрубленные тела, покрытые инеем, и нежное тепло в руках — ускользающее навсегда тепло такой же хрупкой ладони. Тепло на фоне бескрайнего холода.
— Омпат Сэмтис?
Улыбка озаряла юное лицо Айи.
Напоминание о потере полоснуло сердце кинжалом, но поманило за своим зыбким призраком.
— Хорошо, — спокойно ответил Сэмтис, убрал мечи в ножны на поясе, пошёл к соломенному навесу, взял со скамьи верхнюю часть робы янтарного цвета. — Иди за мной.
В глазах Айи засияла благодарная радость. По утомлённому лицу было видно, что она проделала изнурительный путь, и само нахождение в Риар Дайядоре было для неё волнительным событием.
«Так и быть. Уважу старого лиса, — заключил про себя Пард. — Не в первый раз, и не в последний…»
Сэмтис повёл Айю мимо красочного озера, на ходу надевая робу. Тропа вела их вверх, к скалам, утыканным полуразвалившимися постройками, которые использовали как полигоны для Испытаний новобранцев.
Скоро глава клана назначит дату Испытаний. Пард окинул Сарэтис оценивающим взглядом:
— Зачем ты прибыла в клан?
Айя удивлённо распахнула глаза. Непроницаемая синева, которая бывает на море после бури — таков был их цвет.
— Как зачем? — ошарашенно спросила она. — Почему вы спрашиваете?
— Просто посмотреть?
— Нет, конечно! Пройти Испытания. Стать частью клана!
Пард усмехнулся. На что надеялось это хрупкое и изнеженное создание, придя в Риар Дайядор? Поступить в клан не помогут деньги и влияние богатых родственников. А больше ей не на что было полагаться. Ни силы, ни ловкости, только налёт аристократической грации, которая не пригодится на Испытаниях.
— И что ты знаешь о нашем клане, кандидатка Сарэтис?
— Риар Дайядор на изначальном языке означает «Вихрь Силы». Клан основан около трёхсот лет назад Тхаймоной Дайядор для защиты Этвата, — уверенно отчеканила она.
Пард скучающе вздохнул.
— Со временем, — продолжала она. — В стенах клана были накоплены обширные знания в области воинских традиций…
Казалось, что Сарэтис цитировала наизусть какую-то книгу.
— … и обретения Света Дэйи. Са'Омэпад [4] — глава клана Риар Дайядор, имеет право занять трон Императора Этвата, но по традиции всегда отказывается от этой чести в пользу Совета Лоэтраков. Это…
— А кроме всех этих высокопарных фраз ты что-нибудь знаешь? — прервал её монолог Пард.
Кандидатка недоумённо свела брови, стала похожа на загнанного в угол бельчонка. Сэмтис усмехнулся.
Тем временем они подошли к ансамблю из нескольких внушительных зданий, соединённых высокой каменной стеной.
— Это руины древнего храма Энга'арта, и при нём разводили грифонов, — сказал Пард, снимая повисшее напряжение.
— Я читала об этом у Ипюра Шоробиса. Но он считает, что это выдумки. Не могло быть в храме Энга'арта грифонов. Они — порождения Сварты.
— Неужели этот Шаробоис всё знает? — Сэмтису не понравилось, что кандидатка позволила себе усомниться в его словах.
— Ипюр Шоробис, — поправила Айя, — Нет, конечно. Я слышала, более древние книги хранились в Большой библиотеке разрушенного Золотого Града. Говорят, от неё ничего не осталось… Но вдруг ошибаются… Мы же пойдём туда в Паломничество?
— Я бы на твоём месте не стал заглядывать так далеко, — сказал Пард, пытаясь охладить пыл Айи, но та не обратила внимания. Её взор был поглощён развалинами храма.
— Айя Сарэтис ~
Айя чувствовала благоговейный восторг, рассматривая руины, выложенные из серого дайяриннского гранита, величественные стены строений начала эпохи Тёмной воды.
Обращение омпата Парда Сэмтиса на «ты» — смущало. В высшем свете «тыкать» друг другу было за гранью приличия. С Айей никто так не разговаривал за исключением названной сестры Хэпаты. Впрочем, Сарэтис знала, что простолюдины редко соблюдают церемонии, и к этому придётся привыкнуть. Как и к остальным неудобствам. Айе уже побывала в общих казармах, где всем кандидатам в новобранцы предстояло жить. Выстроенные вдоль стен деревянные нары и сундуки для личных вещей были там единственной мебелью.
— Дальше у нас тренировочные площадки для учеников, — сказал Пард, ведя Айю по вымощенной серым камнем тропе.
Она с любопытством наблюдала, как на большой засыпанной песком террасе полсотни учеников в одинаковых серых робах выполняли различные упражнения. Слышался стук деревянных мечей и боевые выкрики. Тренировочная поляна была огромной, ученики терялись на её просторах.
— Так много места для тренировок… — восхитилась Сарэтис.
— И так мало учеников, — сказал Пард с досадой. — После войны матери боятся отдавать детей в клан, да и дети предпочитают заниматься торговлей.
— Война унесла много жизней… —
