и все канистры, что остались в наших инвентарях, в багажниках брошенных машин и на самой заправке. Получилось около трёхсот литров. Закончив, мы закрыли люк и вернулись в машину. Выехали на шоссе уже за обрушенной эстакадой.
— Вот мы и в Красногорске, — констатировал Варягин. — Держись левее. Перестраивайся на второстепенную. Основная трасса впереди тоже перекрыта обрушением.
Я выполнил манёвр. Заторы здесь были не такими плотными, как в Москве, но брошенных машин всё равно хватало. Мы ехали по широкой улице, разделённой на три проезжих части газоном и отбойниками. Справа тянулись панельные многоэтажки спального района, молчаливые и безжизненные.
— Направо, — скомандовал Варягин. — И потом снова направо.
Я свернул в промзону. Пейзаж сменился. Вместо жилых домов теперь с одной стороны тянулся бетонный забор, за которым скрывалось кладбище. Виднелись только верхушки голых деревьев, похожие на костлявые руки. А с другой стороны проносилась мимо металлическая ограда, выкрашенная в тёмно-зелёный цвет. Вот за ней и находилось то, что нам нужно.
— Слева, — сказал Варягин.
Показалось серое, утилитарное здание. Над въездом висела вывеска с названием металлобазы. Ворота были распахнуты настежь. Хороший знак. Не придётся тратить время на взлом. Я сбавил скорость и завёл машину на территорию. Никакого движения, тишина и пустота. Только ветер гудел в штабелях арматуры.
Я заглушил двигатель.
— Приехали. Выходим. Осторожно.
Мы вышли из машины, осматриваясь. Территория была огромной. Справа тянулся длинный склад-ангар, слева находилась открытая площадка. Прямо перед нами возвышалось двухэтажное административное здание с выбитыми окнами. Я открыл карту в «Техно-Око» и сверился. На территории располагалась не только металлобаза, но и множество мастерских, магазинов электрики, сантехники, инструментов и многое другое.
— Похоже, здесь давно никого нет, — сказал Фокусник, зябко поёжившись.
— Это мы сейчас проверим, — ответил я. — Пошли в ангар.
Двери склада тоже были открыты. Мы вошли внутрь, и я невольно присвистнул. Настоящее царство металла! Огромное, гулкое помещение, уходящее вдаль. Через проломы в крыше били косые лучи света, высвечивая пылинки, танцующие в воздухе.
Стеллажи были забиты металлом. Штабеля листовой стали, горячекатаной и холоднокатаной, разной толщины. Связки арматуры, от тонких прутков до толстых, с палец, рифлёных стержней. Ряды профильных труб — квадратных, прямоугольных, круглых. На отдельных стеллажах громоздились двутавровые балки и швеллеры, из которых строят каркасы зданий. В дальнем углу я заметил аккуратные стопки свинцовых чушек и блестящие пачки листового алюминия.
— Мама дорогая, — выдохнул Фокусник. — Да тут на постройку целого форта хватит!
— Именно за этим мы и здесь, — подтвердил я, чувствуя, как внутри разгорается азарт.
Пошёл вдоль первого стеллажа. Листовая сталь, толщина три миллиметра. Отлично подойдёт для внешних слоёв композитной брони. Я положил ладонь на верхний лист огромной, весящей несколько тонн, пачки. Та на мгновение подёрнулась голубоватой рябью и исчезла. Просто испарилась, оставив после себя лишь пыльный след на стеллаже.
— Вот мне интересно, — тихо сказал Фокусник, озираясь и водя дулом автомата по сторонам, — а что будет, если попытаться запихнуть в инвентарь живое существо? Не как Олеська в Питомник, а просто?
— Думаю, оно перестанет быть живым, — отозвался я. — Либо просто будет отказ, и никуда ты его не переместишь. Но идея интересная, стоит проверить.
Я шёл по рядам, как по супермаркету, сгребая с полок всё, что могло пригодиться. Тонны листовой стали разной толщины. Арматура всех диаметров, на фундаменты и укрепления. Профильные трубы, на каркасы, фермы и заграждения. Несколько двутавровых балок, для перекрытий.
— Лёш, а зачем столько разного? — спросила Олеся, которой явно стало скучно ходить за мной хвостом.
— Просто универсального металла не бывает, — начал объяснять я на автомате. — Вот эта, блестящая холоднокатаная сталь, она прочнее и ровнее. Из неё хорошо делать точные детали, корпуса для приборов. А вот эта, тёмная и шершавая, горячекатаная. Она дешевле и проще в обработке, идеально для черновых конструкций, вроде каркаса забора. А вон та, толстая, легированная, с синеватым отливом, это уже броневая сталь. Дорогая и капризная, но пулю держит. У каждой своя задача.
— Но ты же можешь через Тигель всё настроить, чтобы подходило?
— Могу, но это лишняя трата маны. Так что чем исходные материалы лучше годятся для задачи, тем проще.
— А это зачем?
— Для защиты от радиации и на боеприпасы, — ответил я, отправляя в инвентарь свинцовые чушки. — Если мы столкнёмся с чем-то, что сильно фонит, или если я сам решу поэкспериментировать с ядерной энергетикой, без свинцового экрана нам не обойтись.
— Это серебро? — спросила девочка, указывая на стопку листов.
— Алюминий. Пойдёт на лёгкие конструкции, корпуса для дронов.
Инвентарь: 18430/30757 кг.
Надо же, уже забил больше половины. Эх, каким бы вместительным ни стал инвентарь, а этого всё равно мало.
Я как раз потянулся к стеллажу с нержавеющей сталью, ценнейшим материалом для химического оборудования, как вдруг…
ШРРРШШШШ…
Резкий скрежет раздался с другого конца склада. Он был негромким, но в гулкой тишине ангара прозвучал очень отчётливо. Будто кто-то поволок по бетонному полу что-то тяжёлое.
Мы замерли. Я мгновенно убрал руку от стеллажа. Варягин вскинул автомат. Женя и Фокусник тоже направили стволы в сторону звука. Алина отступила на пару шагов и подняла руки, вокруг них заклубилась тьма. Всё же уроки от паладина не прошли зря.
— Олеся, ко мне, — шёпотом позвал Варягин.
Девочка испуганно отступила к отцу, прячась за его спиной.
Тишина. Прошла минута. Ничего.
— Может, показалось? — так же шёпотом предположил Фокусник. — Крыса пробежала, железку уронила…
— А как будто крыса — это фигня, а не мутант, — ответил Женя.
БАМ!
На этот раз звук был громче. Глухой удар, словно кто-то с силой пнул металлическую дверь. И донёсся он оттуда же, со стороны служебных помещений.
— Придётся проверить и зачистить, — сказал я.
Мы вжались в тень массивных стеллажей, перегруженных стальными листами. Я жестом показал Жене занять позицию за штабелем двутавровых балок слева, оттуда отличный сектор обстрела на центральный проход. Фокусник, поняв без слов, нырнул за паллеты с арматурой справа. Варягин, прикрывая собой Олесю, остался в центре, его автомат уже смотрел в сторону источника шума. Алина прижалась к опоре стеллажа рядом со мной.
Новый скрежет резанул по ушам. Звук был тяжёлым, тягучим. Металл по бетону. И сопровождался он
