- Прростите отец, но в чем мой позззор? - заикаясь, осмелилась спросить провинившаяся, не понимая своей вины.
- Не смей называть меня отцом! - рявкнул он на нее. - Для тебя я повелитель! Такое позорище не может быть моей дочерью. Посмотри только на себя, ты даже не можешь принять устрашающий вид чудовища. Позор! - толпа загудела в поддержку своего повелителя, кидая злобные взгляды на жертву. - Но самое худшее - это неслыханное, уму не постижимое, твое непростительное отношение к еде! Ты проявляешь к ней ДОБРОТУ И ЖАЛОСТЬ! - взревел повелитель. - ПОЗОР! Такого еще не было от самого создания пожирателей! Или ты думаешь, что я не знаю, что ты таскаешь запасы жизненной силы! Вместо того, чтобы отбирать ее у живых, которых тебе по великой милости, как несовершеннолетнему отпрыску, подавали отловленными. Нужно только сделать то, что предусматривает наша природа и сущность, пожрать ее, - ярость больно хлестнула присутствующих.
Несмотря на страх, девушка все равно не смогла бы измениться, она не такая, как все, и пожирать жизненную силу у этих несчастных, только из-за того, что они меньше размером и слабее, она не могла. Непроизвольно она запустила руку в карман и погладила там дрожащий сгусток сущности, успокаивая ее.
- На тебе еще много грехов и непростительного для пожирателей поведения! А все это губительное влияние закрытых свитков, ты нарушила запрет и изучала запретное, которое влияло и меняло твою сущность, - с рыком указал он лапой на ее внешний вид. - Ты не достойна носить имя моего рода и называться пожирателем. Тем более предстать перед всем высшим обществом пожирателей во время ритуала совершеннолетий. Ты убогое позорище! - с этими словами он встал с трона и властно произнес. - Я лишаю тебя имени моего рода, отныне ты безымянная сущность! Я так же лишаю тебя личности пожирателей! - с этими словами он щелкнул хвостом и направил палец в сторону осужденной, из которого вылетел темный луч тьмы, коснувшись ее рожек. Она с криком боли упала на колени, рожки отпали, а их основание выжгло огнем, повелитель оскалился удовлетворенным оскалом и продолжил. - Данной мне властью я изгоняю тебя из нашего мира! Хочешь познать, что такое доброта? Ты ее познаешь на собственной шкуре. Посмотришь, как тебя примут с твоими потребностями, те, кому ты так сострадаешь! Я оставлю тебе твою нужду в жизненной силе, - зловеще захохотал он. - Будешь пожирать, чтобы выжить, и тогда станешь для всех монстром и чудовищем! Или же благородно подохнешь от голода, жалея собственную еду!
С этими словами он махнул одной из своих лап, его глаза засверкали красным сиянием, щупальца взвились, хвост щелкнул, и пласт реальности ушел из-под ног изгнанной и она, превратившись в сгусток тьмы, полетела вниз в темную неизвестность.
Глава 1.
Солнце только начало свое восхождение, затрагивая ковер зелени. Его лучи, не останавливаясь, поднимались все выше и выше, прикасаясь к верхушкам кустов, деревьев, играя светом.
Большой сгусток тьмы прикоснулся к яркому лучу, мысленно завопив от боли, получив ожог. В панике заметался в поисках укрытия, прячась в тени кустов. Судорожные поиски дали результат, не останавливаясь, он влетел в спасительную темень норы. И только там мог с облегчением вздохнуть и ментально произнести:
- Все, мы в безопасности! Можешь уже вылезти из меня, - мысленно проговорил девичий голосок.
В место ответа от сгустка тьмы отделилось небольшое темное пятно намного светлее сгустка. Серое пятно запаниковало и заметалось внутри норы.
- Нас изгнали в мир света... Аааа!!! Мы погибнем здесь, - запричитало это пятно и кляксой шмякнулось об стену.
- Прости меня, Шазик, это из-за меня ты попал в эту передрягу? - виновато прошептала она. - Я-то даже рада, что меня изгнали из мира тьмы, я там все равно бы не выжила после ритуала совершеннолетия, мои родственники первой бы меня там сожрали.
Пятно перестало беспорядочно метаться в истерике и зависло напротив большого сгустка, который заполонил собой половину глубокой норы.
- Не смей так говорить! - возмущено толи вскрикнул, толи пискнул Шазик. - Если бы не ты меня давно сожрали бы, а ты меня спасла и прятала постоянно, это из-за меня ты тут. Даже если бы я заранее знал, что нас изгонят в этот мир, я все равно бы пошел с тобой.
- Ты настоящий друг! - растроганно проговорил девичей голос. - Знаешь, я читала про такой мир, - встрепенулась она, - здесь свет не всегда, как в нашем мире тьмы. Ты обратил внимание, что это яркое светило поднималось и становилось светлее, значит, тут тоже бывает темень. В хрониках писалось, что наши предки занимали тела сущностей и тогда могли спокойно жить, как местное население. Только я не смогу лишить кого-то жизни, чтобы занять его место, - печально вздохнула она.
В этот момент сгусток тьмы замерцал, стал светлее и чуточку меньше, он словно медленно таял.
Увидев это, Шазик заволновался еще больше.
- Тебе нужно питаться, иначе ты погибнешь. В этом мире ты еще быстрее теряешь свои жизненные силы. Еще я от тебя тяну жизнь, посмотри, этот мир света рассеивает твою тьму.
Девушка мысленно покачала головой и печально вздохнула.
- Я не смогу отобрать жизнь у разумного, ты же знаешь. Наверное, боги перепутали и мою душу отправили не в тот мир на возрождение.
Шазик от ее слов подпрыгнул мячиком и завопил.
- Вот оно! Кто говорит, чтобы ты брала у разумного? К тому же у жителей этого мира, наверное, есть свое питание, которое они считают нормой, как в нашем мире пожирать слабых...
- Ну... начала она вспоминать, - они едят животных, которых добывают на охоте и выращивают. Да, еще в хрониках писали, что когда не было возможности найти разумного, наши предки пожирали жизненную силу животных.
- Вот оно, наше спасение, пора нам исследовать наше укрытие, выйти на охоту, - захохотал он, подражая повелителю, чем вызвал у нее улыбку.
- Дэмоника! - не успел он произнести ее имя, как сгусток тьмы шарахнуло разрядом молнии, девичий крик боли оглушил Шазика, сгусток, опять замерцал, становясь еще светлее и еще чуточку меньше.
- Прости меня, я забыл о последствиях лишения имени, - запричитал Шазик. - Прости, наверное, тебе еще хуже от осознания потери своего имени, - прошептал он.
- Да нет, мое имя не подходит моей сущности, я не считаю себя пожирателем, тем более не являюсь им уже официально, - с трудом ответила она, приходя в себя после удара наложенного на нее заклятия.
