тепло по венам.
— Если хоть одна капля упадет в озеро, ты потерпишь неудачу, — сказал он ей. — И если потерпишь неудачу, то никогда больше меня не увидишь.
Алекс уставилась на него.
— Ты шутишь, да?
Молчание было единственным ответом, достаточным, чтобы показать, насколько он серьезен.
— Как долго я должна оставаться в таком положении? — потребовала она, вода в стакане уже была опасно близка к тому, чтобы пролиться из-за ее дрожи, которая, к счастью, проходила, хотя и медленно.
— Этот тест состоит из трех этапов, — сказал он, игнорируя ее вопрос. — Это первый этап. Если тебе удастся завершить его, ты перейдешь ко второму. Запомни, ни капли.
И с этим предупреждением фигура исчезла.
Выругавшись себе под нос, а потом и не так сильно себе под нос, Алекс оценила свое положение.
Когда дело дошло до этого, она могла бы метафорически показать палец человеку в плаще, бросить дурацкий стакан с водой и активировать свое Кольцо Тени, чтобы убраться оттуда к черту. Но он может быть единственным человеком, который мог бы помочь ей усилить свой дар настолько, чтобы спасти мир. Поэтому, хотя ей очень хотелось выплеснуть воду ему в лицо, вместо этого она решила подыграть его заданию.
Если он хотел игру, он ее получит. Но это не означало, что она не придумает свои собственные правила.
Тщательно перебирая в памяти все, что он ей сказал, Алекс была уверена, что нашла то, что Нийкс назвал бы лазейкой.
Скрестив пальцы свободной руки и отчаянно надеясь, что она не собирается непреднамеренно дисквалифицировать себя, Алекс поднесла стакан к губам, выпивая все до последней капли.
Как только она закончила, фигура появилась снова, но на этот раз Алекс была подготовлена, чтобы не упасть обратно в озеро.
— Объяснись.
Слово, которое не дало Алекс никакого намека на то, что она только что разрушила все шансы на то, что он поможет ей.
— Ты сказал мне, что я потерплю неудачу, если пролью хоть каплю в озеро. — Она покачала пустой стакан. — У меня нет никакой возможности сделать это сейчас.
Алекс хотела поднести большой палец к носу и пошевелить пальцами, напевая насмешливое «на-на-на-на-на-на», но подумала, что это может быть чересчур.
И снова между ними повисло молчание.
— Быстрее, чем ожидалось, — наконец сказал он грубым, но почему-то все еще монотонным голосом. Алекс гадала, было ли это тем, что считалось похвалой, пока он не продолжил: — Я не уверен, то ли ты нетерпеливая и беспечная, то ли хитрая и смелая. В любом случае, то, что ты сделала, было дерзко, если не сказать больше. Тебе повезло, что в стакане была только вода.
Алекс решила не признаваться, что не подумала о том, что это за жидкость, прежде чем проглотить содержимое.
— Я предпочитаю хитрую и смелую оценку. Но это только мое мнение.
Игнорируя ее — в очередной раз — мужчина сказал:
— Ты обнаружишь, что нет никакой двусмысленности с руководящими принципами второго этапа.
Стакан в ее руке внезапно снова наполнился до краев.
— Еще раз, ты не должна проливать ни капли, — сказал мужчина. — Но на этот раз ты должна выполнить задание, стоя только на одной ноге. Я советую использовать не травмированную, но если хочешь дополнительного испытания, то, во что бы то ни стало, проигнорируй мое предложение.
Когда Алекс просто ошеломленно посмотрела на него, он рявкнул:
— Рука вытянута, нога поднята. Сейчас же.
Несмотря на его резкий приказ, Алекс автоматически подчинилась команде, выбросив руку и перенеся вес на здоровую ногу, платформа опасно покачнулась под ней.
— И на случай, если у тебя возникнет искушение повторить один и тот же трюк дважды, ты должна знать, что на этот раз у тебя в руках не вода, — сказал человек в плаще.
— Что это?
— В Медоре это известно как окситофамин, — сказал он своим мягким тоном. — Но в твоем мире ты бы сравнила это с соляной кислотой.
Рука Алекс дернулась, жидкость выплеснулась пугающе близко к краю.
— Ты блефуешь.
— Если ты готова рискнуть, не стесняйся проверить свою гипотезу и посмотреть.
И снова он исчез, оставив Алекс балансировать, как идиотку, на одной ноге и держать в руках то, что, по его словам, было стаканом с очень едкой кислотой.
— Думай, Алекс, — сказала она себе. — Думай.
По мере того, как секунды превращались в минуты, стакан в ее руке превращался из чего-то, что поначалу казалось достаточно легким по весу, во что-то, что ощущалось как тонны давления, давящего на руку. И более того, платформа под ней становилась все менее и менее устойчивой, когда она пыталась удержаться на одной дрожащей ноге.
«Должно быть, я чего-то не понимаю», — подумала она, разум метался от одного гипотетического решения к другому, и все это привело бы к провалу. «Он не дал бы мне этого задания, если бы не было лазейки».
Ее мышцы начали сводить судороги, говоря, что если она не поторопится, то и она, и кислота окажутся в озере.
— Давай, — закричала Алекс, дико озираясь в поисках чего-нибудь, что могло бы помочь. Но, как и прежде, были только она и плавучая скала, окруженная милями воды.
Когда ее конечности начали сводить судороги, Алекс поняла, что у нее остались последние секунды, и быстро обдумала свои варианты. Первый состоял в том, чтобы продолжать в том же духе и, в конечном счете, рухнуть… при этом пролить кислоту. Второй состоял в том, чтобы встать на обе ноги, опустить руку и рисковать быть дисквалифицированной за то, что она не удержала позицию. И третий — разоблачить блеф человека в плаще и надеяться, что в стакане действительно не было кислоты.
Первые два варианта, безусловно, привели бы к мгновенному провалу. Но третий…
Третий может привести к смерти.
Шансы были не в ее пользу, как бы она ни смотрела на ситуацию. Но если она потерпит неудачу, и мужчина откажется помочь ей с ее даром, то последствия пожнет не только Алекс, но и вся Медора. Так что, несмотря ни на что, это был риск, на который она просто должна была пойти.
В худшем случае она сделает глоток, обожжет рот — она отказывалась думать о большем, чем это, — и уронит стакан, прежде чем активировать свое Кольцо Тени и побежать прямо к Флетчеру. Или, что еще лучше, отправиться прямиком в Серебряный лес за какой-нибудь лэндрой, не обращая внимания на патрули Эйвена и ее обещание Кие. Конечно, она провалит задание, но, надеюсь, найдет способ пережить его.
В лучшем случае — и на что она рассчитывала
