«Право же, наш век — золотой век для воров и мошенников, — подумал про себя Поль Редон, — все основано на доверии! Какое обширное и благодатное поле деятельности для ловких и искусных мошенников, вроде членов шайки «Красная звезда»!»
ГЛАВА 4
Новички. — Хозяйки и работники. — Законы, указы и концессии. — Сколько золота! — Явились или слишком рано, или слишком поздно. — Эксплуатация золотоносных участков. — Первая промывка золота. — Разочарование. — Находка Портоса. — Гнездо самородков.
Наши будущие миллионеры стали понемногу устраиваться. Проведя два дня в гостинице, они сняли потом квартиру на Шестой авеню, стоимостью в тысячу франков в месяц, куда и сложили провизию и зимнее снаряжение. Сами же поселились в палатке за городом среди тысяч рудокопов.
Настала новая жизнь, полная странностей и неожиданностей и лишенная самого элементарного комфорта. Спать приходилось на земле, подостлав, чтобы предохраниться от сырости почвы, пропитанной водою, как губка, звериные шкуры вместо матрасов.
Молодые девушки разместились в одной из палаток, где хранились провизия и снаряжение. Они стряпали и занимались хозяйством, а мужчины приносили воду и дрова.
Каждый исполнял свои обязанности с готовностью, как бы тяжелы они ни были.
Жанна Дюшато была для Марты Грандье опытной и любящей наставницей. Оказалось, молодая канадка еще раньше сопровождала своего отца и дядей в далекие экспедиции летом и зимой и не терялась нигде и ни в чем. Так, с помощью простого сучка она могла развести огонь при ветре; все находило у нее применение и приносило пользу: ящик из-под консервов, кусок доски…
Отец девушки, в свою очередь, приобщал своих новых друзей к трудной и очень утомительной профессии дровосека. Ходить за дровами приходилось далеко, так как окрестности Доусон-Сити уже лишены леса. Обыкновенно на эти поиски отправлялись Леон, Поль и Жан под предводительством канадца. От непривычной работы на руках молодых людей вздувались волдыри, поясницу ломило, со лбов катился градом пот. Зато когда нагруженные, как мулы, они возвращались домой, их встречал превосходный стол из поджаренного сала, овсяного супа и тяжелых, как свинец, блинов.
Так прошло несколько дней. Вокруг наших друзей шумела толпа, где каждый жил сам по себе, не заводя никаких знакомств, не интересуясь соседями, даже не глядя на них, как будто мысль о деньгах убила в людях всякую общительность.
Всех занимало только золото и золото.
Теперь, чтобы читатель мог понять все детали нашего рассказа, нужно объяснить организацию золотопромышленности в Клондайке.
Золотоносные участки Северо-Западной территории Канады разделены на четыре округа, получивших названия по именам своих главных рек — Юкон, Клондайк, Индиан-Ривер и Стеварт-Ривер. В долинах здешних рек и речек и встречается золото в виде россыпей и самородков. Каждый рудокоп, прибывший сюда, имеет право получить участок (клем), заплатив семьдесят пять франков; таких клемов он может взять только четыре за всю жизнь. Зато ему предоставлено право перекупать их сколько угодно у других. Получив право на клем, охотник за золотом выбирает свободное место для работы, руководствуясь своей опытностью, раскопками, предварительной промывкой земли. Когда этот этап завершается, является правительственный чиновник-землемер и определяет границы участка. Участки, перпендикулярные реке, имеют обыкновенно с каждой стороны тридцать восемь сажен, если они лежат на плоскогорье; тридцать восемь — в долине и сто пятьдесят на склоне; напротив, если они лежат по реке и занимают берега ее, то — тридцать восемь сажен с каждой стороны. Когда размеры клема уточнены, золотоискатель получает документ, по которому имеет исключительное право производить разработку золота на своем участке, построить дом, бесплатно пользоваться водою, протекающей через указанный участок, чтобы промывать землю. На саму же почву концессия не дает никаких прав, и договор аннулируется, как только участок перестает постоянно и добросовестно разрабатываться.
Из всего этого видно, что быть свободным золотоискателем недешевое удовольствие. Поэтому сюда едут люди с капиталами. Но часто, после тщетных попыток найти богатое месторождение, все припасенные раньше деньги исчезают, и тогда неудачник становится носильщиком, поваром, землекопом, словом, работает на других, превращаясь в пролетария, впрочем, совершенно безобидного, так как здесь закон строг, да и существует суд Линча, выносящий иногда ужасные приговоры, воспоминание о которых врезывается в мозги навсегда.
__________
Однако довольно предисловий. Возвратимся к прерванному рассказу.
Дюшато и Жанна, Марта Грандье, Леон Фортен, Поль Редон и Жан Грандье — все шестеро сделались свободными золотоискателями, так как канадский закон дает мужчинам и женщинам одинаковые права на владение участками; затруднение вызвал только возраст Грандье-младшего, которому исполнилось всего шестнадцать лет, тогда как по закону искатель золота должен иметь не менее восемнадцати. Но когда наша шестерка представилась правительственному агенту, чтобы сделать свои заявления, последний при виде высокого роста, широких плеч и пробивающихся усов юного Грандье великодушно дал ему все восемнадцать, на что польщенный Жан, конечно, не возражал. Друзья получили право взять двадцать четыре участка для эксплуатации, выбрав для предосторожности по одному клему в каждом округе.
Когда все формальности были закончены, они покинули Доусон-Сити и направились в золотое поле вынимать первые номера грандиозной лотереи, помрачавшей умы двадцати тысяч больных золотой лихорадкой, прибывших сюда со всех континентов.
Дорога к этому Эльдорадо была ужасная. Грязь стояла по колено, а тут еще нападение целых стай москитов, укус которых может довести непривычного человека до исступления. А каково было при таких условиях тащить поклажу! К счастью, средства наших друзей позволили им нанять повозки для багажа, хотя и по чудовищной цене. Бедняки же, взвалив весь груз на себя, еле тащились, согнув спины, опустив головы…
Но золото, притягивающее к себе, подобно магниту, человечьи души, заставляло забывать про все, люди свыкались и с дороговизной, и с москитами, и с усталостью.
Против ожидания лето на Севере — мертвый сезон. Работают здесь в это время только от шести до восьми недель и единственно те, кто с ноября по конец апреля рыл шурфы, извлекая из них золотоносный песок для дальнейшей промывки. Операция эта требует самых простых приемов и приспособлений. Они называются по-английски sluice и roker.
