Но золото, притягивающее к себе, подобно магниту, человечьи души, заставляло забывать про все, люди свыкались и с дороговизной, и с москитами, и с усталостью.
Против ожидания лето на Севере — мертвый сезон. Работают здесь в это время только от шести до восьми недель и единственно те, кто с ноября по конец апреля рыл шурфы, извлекая из них золотоносный песок для дальнейшей промывки. Операция эта требует самых простых приемов и приспособлений. Они называются по-английски sluice и roker.
Sluice-box (шлюзный ящик) представляет собою деревянную трубу, точнее, желоб, открытый с обоих концов, имеющий форму корыта. Дно его устлано шерстяным ковром с продольными перекладинами. Несколько таких ящиков, наполненных землей, ставят один на другой и наклоняют на тридцать градусов посредством подставок. Потом направляют на них сильную струю воды, искусственно отведенную из соседнего ручья. Вода увлекает глину и камни по деревянным желобам, а золото, вследствие своей тяжести, падает вниз и остается на шерстяной ткани.
Когда рудокоп находит, что вожделенного металла намыто достаточно, он очищает шерсть жесткой щеткой, затем продолжает промывку.
Что касается rokera (качалки), то это — колыбель, составленная из железных сит, прикрепленных к качающейся раме. Рудокоп кладет в сито столько земли, сколько может уместиться, потом одной рукой, с помощью широкого ковша, льет воду, а другою действует, как бы качая колыбель. Вода отделяет примеси, и золото, проходящее через сито, падает на платформу, покрытую шерстяным покрывалом.
Примитивнейшее оборудование дает сказочные доходы — так много в Клондайке золота!
Но чтобы летом начать промывку, необходимо трудиться всю зиму. Поэтому многие новоприбывшие, мечтавшие собирать золото, как картофель, смущенно посматривали друг на друга и печально возвращались в Доусон. Им нечего было делать, летом рыть ямы невозможно: земля не тверда, обваливается; нужно дожидаться, пока почва замерзнет.
Но наши друзья философски отнеслись к этому обстоятельству и хотели уже возвращаться в Доусон-Сити, когда Марте пришла в голову неожиданная мысль:
— Так как мы имеем еще один клем по соседству, надо познакомиться и с ним! — предложила она.
— Грязь не пугает вас, мадемуазель? — сказал Редон, с важностью шлепая по колена в грязи.
Девушка только беззаботно улыбнулась, проговорив:
— Ба, грязь! Немного больше, немного меньше, не все ли равно? Ведь правда же, Жанна?
— Конечно, правда!
— Так идемте, господа? Эта концессия моя, и предчувствую, наше путешествие не будет бесполезным.
И вот они снова пустились в путь и шли более полусуток. С помощью плана отыскали свой участок на скате холма. Благодаря этой покатости вода с него сбежала, и потому можно было двигаться посуху.
Наши друзья разбили палатки и поспешили прежде всего приготовить обед, уже в пятый раз в этот день, так развился у всех аппетит. Впрочем, это был скорее ужин: часы показывали одиннадцать ночи, но солнце еще не зашло. Наконец, за полчаса до полуночи оно скрылось, и золотоискатели, отложив до следующего дня свои дела, легли спать. Но уже в половине четвертого утра все были на ногах. Солнце, поднявшееся двумя часами раньше, стояло высоко и сильно пригревало.
Люди, успевшие здесь получить участки, давно были за работой. Довольные, что день продолжается без малого круглые сутки, они трудились, точно негры-невольники или каторжники, до истощения сил, до полного изнурения.
Соседи знакомились между собой, вступали в разговоры, но и здесь все интересовались только золотом, говорили лишь о нем.
Однако участки были бедны, что не мешало, впрочем, рудокопам испытывать свое счастье: «Авось, — думал каждый, — я все-таки наткнусь на богатое месторождение?»
Работа старателя, в сущности, очень несложная. Сперва поднимают верхний слой почвы, затем роют все глубже и глубже, добывая большие комья земли, которые кладут в железное корытце, вмещающее с полпуда. С этим корытцем идут к ручью и, присев на корточки, погружают в воду по самые края, все время покачивая. Мало-помалу камешки, глина и другие примеси отделяются и уносятся водой, а на дне остается лишь чистое золото.
Этот простой прием требует, однако, известной ловкости и умения. Обыкновенно соседи всегда с охотой обучают новичков такому способу промывки, и обе наши девушки сразу выказали большое проворство; мужчины же оказались менее способными.
Все шестеро горячо принялись за дело, но, увы! — на первых порах их ждало разочарование: на дне корытца скапливалось ничтожное количество золотого песка. Проработав двенадцать часов без перерыва, наши друзья решили прекратить работу и усталые, измученные и разочарованные хотели уже возвратиться в свой бивуак. Вдруг какой-то маленький зверек, выпрыгнув из норки, стремглав кинулся между лапами Портоса. Обрадовавшись развлечению, собака стала гоняться за ним, но едва успела сделать три-четыре скачка, как грызун скрылся, словно провалившись под землю.
— Ищи! Ищи, Портос! — крикнул ему Жан.
Собака принялась разрывать землю.
— Апорт! — командовал лицеист.
Портос на мгновение уткнулся носом в землю и вытащил что-то, но затем, бросив, стал рыть глубже. В этот момент луч солнца, упав на находку пса, заиграл ослепительно-ярким блеском. Жан поспешно схватил комок и произнес:
— Весит более десяти фунтов, и мне кажется, что это золото!
— Золото! Покажите-ка его сюда! — и ком стал переходить из рук в руки. — Вот когда счастье-то привалило! — воскликнул Редон.
Услышав про находку, с соседних участков сбежались старатели.
— Да, это в самом деле золото, самое чистое, самое превосходное, какое мне только случалось видеть, а я ведь двадцать лет пекусь и мерзну в этой проклятой стране! Поверьте, друзья, этот самородок стоит не менее десяти тысяч франков, — проговорил старый рудокоп.
— Десять тысяч франков — кусок металла величиною с крупную картофелину мутно-желто-землянистого цвета!
Между тем Портос продолжал усердно рыть лапами землю.
— Надо посмотреть, нет ли там еще таких самородков! — проговорил Жан, взглянув на собаку. Все кинулись к яме, вырытой ею, и громкий крик радости вырвался из десятка уст.
— Клянусь честью! — воскликнул старый рудокоп. — Вот гнездо самородков! Ну, в добрый час вы начали свое дело!..
ГЛАВА 5
Что называется гнездом самородков. — Золотая лихорадка. — Кровь и золото. — На замерзшей почве. — Почему не делают раскопок летом? — Дровосеки. — Рудокопы. — Журналы, газеты и их делегаты. — Неизвестность. — Планы бандитов.
