того чтобы составлять однопартийные законопроекты, которые не имели никаких шансов и часто даже не выносились на голосование. «Нам могут не нравиться правила, которых требует заведенный порядок, но мы должны находить компромиссы с оппонентами, если хотим принимать реальные и долгосрочные решения, – написал Маккейн в статье [102], опубликованной в газете The Washington Post. – Даже в атмосфере резких разногласий мы обязаны защищать необходимость компромиссов перед американским народом».
Маккейн был бы разочарован, если бы знал о дальнейшем поведении своих коллег в бесславном инциденте с «переговорным жезлом» [103]. Во время первых двух остановок работы правительства в 2018 году Сьюзан Коллинз, сенатор от штата Мэн, принесла с собой украшенный бусинами разноцветный жезл, который представила коллегам на межпартийных переговорах о бюджете, надеясь придать дебатам некое подобие цивилизованности. Такие переговорные жезлы являются частью племенной традиции в Африке и Северной Америке. Лишь держатель жезла может говорить, а все остальные слушают. Однако в офисе Коллинз прошло немного времени, прежде чем один сенатор запустил жезлом в другого, разбив стеклянного слона на полке.
Разумеется, никто не обязан дожидаться своей очереди в социальных сетях или выслушивать неудобные для себя мнения. Они демократичны в том смысле, что каждый может высказываться откровенно и без посредников. Но они не демократичны потому, что люди избирательно слушают тех, кто подтверждает их позицию, а это создает почву для замкнутого мышления и так называемых альтернативных фактов [104]. У президента Трампа есть знаменитое высказывание: «Мой главный консультант – это я сам». Трамп, который много пишет в Twitter, символизирует трансформацию политического мышления: люди правых и левых убеждений могут создавать собственную реальность в онлайне и беспрепятственно высказывать свои комментарии, очерняя, блокируя или удаляя контент, который им не нравится.
В результате мы больше не полагаемся на общие источники информации. Каждый человек и любой бот может моментально высказывать свои мнения и критику. Такие посты часто имеют столько нюансов, сколько можно уместить в твит из 140 знаков (включая восклицательные и вопросительные), а затем их «лайкают» или «ретвитят» без оглядки на источник, мотивацию или достоверность. Общий дискурс был бы гораздо более резким и напряженным, если бы люди встречались лицом к лицу. В результате мы видим все более невежливые и экстремальные политические и культурные дебаты, питающие недоверие, страх и желание уязвить оппонентов.
Это возвращает нас к ощущениям человека, преследуемого медведем. Исследовательский центр Пью в Вашингтоне обнаружил, что значительные слои населения не только раздражены и сердиты на членов оппозиционных политических партий, но и боятся их [105]. Большинство демократов (55%) говорят, что они боятся республиканцев, а 49% республиканцев всерьез опасаются демократов. Политолог Фрэнк Лунц провел беседу о политическом диалоге с 1000 людей и обнаружил, что около одной трети опрошенных перестали разговаривать с другом или членом семьи из-за политических разногласий после выборов 2016 года.
Национальный институт гражданского дискурса[17] при Аризонском университете в Таксоне с 2016 года столкнулся с растущим количеством просьб о вмешательстве в ситуации, где разница в политических взглядах настраивала членов семей, прихожан и коллег друг против друга. Похожая организация в Кембридже (штат Массачусетс) под названием Essential Partners также сообщила о резком росте количества звонков с просьбами о помощи в организации уважительного диалога между людьми разных политических взглядов.
Кэролайн Люкенсмайер, генеральный директор Национального института гражданского дискурса, сообщила мне, что раньше работа ее организации ограничивалась в основном сотрудничеством с местными законодателями, увязавшими в политических дебатах. «Но теперь наблюдается крупный сдвиг в сторону фанатизма и непримиримости в повседневных ситуациях – дома, на работе, в школе и в церкви, где люди очерняют и демонизируют друг друга, – сказала она. – Уровень антипатии и замкнутости достигает крайних пределов и разъедает ткань общества».
Снижение внутренней тревожности и подавление реакции «Сам дурак!», которое приводит к идеологическому тупику, вполне возможно. Так говорит Джиллиан Тодд своим студентам. Это происходит, когда вы напоминаете себе о необходимости занимать спокойную, открытую и любознательную позицию вместо сердитой, агрессивной и настороженной. Гораздо полезнее слушать о том, каким образом другие люди приходили к своим убеждениям и что вы можете узнать от них независимо от того, укрепляет ли это вашу точку зрения, или побуждает изменить мнение. В тот момент, когда вы чувствуете, что готовы враждебно реагировать на тех, кто не согласен с вами, сделайте паузу и задайте вопрос, но не для того, чтобы вскрыть изъяны в их логике, а для того, чтобы расширить понимание их позиции и причины аргументов.
По правде говоря, мы обретаем уверенность в наших убеждениях, когда разрешаем ставить их под сомнение. Уверенные люди не возмущаются чужими мнениями и не брызжут слюной в онлайне, опровергая доводы оппонентов. Они не считают других безнадежно тупыми или злонамеренными, не имея личного знакомства с ними. Человек представляет собой нечто гораздо большее, нежели мнения или политические взгляды. Эффективная оппозиция происходит только от полного понимания чужой точки зрения и причины ее развития. Как человек пришел к своим убеждениям? А как вы пришли к своим? Умение слушать – единственный способ получить компетентный ответ. Более того, активное слушание вызывает взаимную реакцию. Если вы кого-то выслушали, то он в свою очередь с гораздо большей вероятностью прислушается к вам.
* * *
Разногласия и резкие расхождения во взглядах неизбежны в жизни, будь то политика, идеология, этические вопросы, деловые или личные отношения. При участии в любых дебатах Ральф Николс, автор фундаментальных работ по умению слушать, советовал искать доказательства собственной возможной неправоты и не пытаться находить изъяны в чужих аргументах или, тем более, полностью отгораживаться от собеседника. Это требует определенной духовной щедрости, но если вы допускаете возможность, что полностью или хотя бы частично не правы, то разговор будет гораздо более плодотворным.
Такой подход имеет научное подтверждение. Мышление высшего порядка уменьшает активность миндалевидной железы [106], одной из двух миндалевидных структур в примитивной части мозга, которая готовит нас к реакции на реальную или воображаемую угрозу (учащенный пульс, напряженные мышцы, расширенные зрачки). Миндалевидное тело заставляет вас инстинктивно вздрагивать при виде змеи или рефлекторно уклоняться от летящего камня. Но она также приводит людей в состояние слепой ярости, когда кто-то подрезает их автомобиль в потоке движения или заставляет делать бессмысленные ядовитые комментарии в социальных сетях.
Исследования доказывают существование обратной связи между активностью миндалевидного тела и тех областей мозга, которые принимают участие во внимательном прослушивании [107]. Возбуждение
