он, когда медитация наконец завершилась. – Постарайтесь сохранить ту открытость миру, которой мы добились сейчас. Пройдите по пляжу, можете подойти к скале – кстати, это всё, что сохранилось от древнего вулкана, который когда-то был на этом месте – или пройтись немного дальше… Найдите и принесите мне по одному предмету.
– Что принести? – томно спросила Айрис, явно кокетничая с преподавателем.
– Я не знаю, но каждый из вас должен найти вещь, которая будет резонировать с вами, что-то, вероятно, совсем простое, но мимо чего вы не сможете пройти.
– Всего одну вещь? – уточнил Том, единственный, кроме Киана, парень в группе.
– Да, всего одну. Я не стану давать больше подсказок, но если вы сохраните открытость и позволите миру вести вас, то без труда выполните моё задание.
Алекса едва не застонала. Бред, сущий бред. Можно подумать, они дети в песочнице. Нет, она прекрасно поняла суть задания. Нил надеется, что каждый из них найдёт то, что связано со стихией, которая склонна ему откликнуться. Ну, проще говоря, найденное перо будет означать стихию воздуха, какой-нибудь вулканический камень – стихию огня, раковина, пучок водорослей или высохшая на солнце морская звезда, без сомнения, укажут на водную стихию, а цветок, палка или что-нибудь живое – на землю. Так скажем, интуитивный, но безошибочный выбор. Вот только в её случае задание, кажется, провалилось. Она не чувствовала абсолютно ничего. Даже направление Алекса выбрала по одному принципу – лишь бы подальше от основной толпы.
Она не пошла ни к скале, ни к той полосе, где волны оглаживали песок, нанося на него и тут же стирая загадочные узоры. Она повернула дальше в сторону материка, где стрекотали цикады и росли жёсткие колючки. Почему бы не прогуляться? А в последний момент можно просто взять что угодно, сделав вид, будто это тот самый интуитивный выбор. Задание окажется выполненным, а как трактовать находку – это уже задача Нила, она уж точно ни при чём.
Покосившись за спину, Алекса едва не расхохоталась. Остальные ученики Нила как нельзя лучше напоминали сейчас зомби: покачиваясь, пытаясь сохранить сосредоточенность и уловить какие-то там вибрации, они разбрелись по пляжу. Можно умереть от смеха. Алекса скрылась из поля зрения преподавателя, зайдя в заросли высокой жёсткой травы, и остановилась. Вот теперь можно по-настоящему расслабиться и просто немного побыть в тишине и одиночестве так, как ей всегда нравилось.
Она села прямо на землю, и Радуга скользнула в заросли травы, присматриваясь и принюхиваясь. Они давно были вместе, крыса во многом стала частью личности самой хозяйки, и всё же в ней сохранялись её собственные инстинкты, а может быть, дело было в том, что сама Алекса не пыталась заполнить своим сознанием всё существо фамильяра и позволяла Радуге сохранять свои изначальные черты.
Девушка прекрасно помнила, как впервые призвала фамильяра. Это было в пять лет, когда в ней только начали просыпаться силы. Фамильяр очень важен для каждого, кто занимается магией, и всё же никогда не предскажешь, кто именно откликнется на твой зов. К кому-то прилетает прекрасный гордый орёл, а к кому-то приходит обычная, пусть даже чёрная, крыса. В тот день, когда на её раскрытую ладонь впервые ступили холодные лапки, слегка царапающие своими маленькими остренькими коготками, Алекса едва не разрыдалась. Почему всего лишь крыса?! Она хотела, чтобы её партнером стал какой-нибудь красивый грациозный хищник вроде пантеры или тигра. Ну или хотя бы волк. Крыса казалась изощрённой насмешкой судьбы. Алекса уже тогда знала, что она изгой, девочка с неподходящей биографией и неизвестным отцом, несовершенная и заведомо не обладающая достаточными силами. И тут – маленькая жалкая крыса. Видимо, совсем молодая, почти крысеныш. Хилая и абсолютно бесполезная.
Фамильяра не выбирают. Но один способ всё же есть. Если прежний фамильяр погибнет, спустя некоторое время можно призвать нового. Возможно, это шанс. И тогда Алекса сжала руку с доверчиво прильнувшей к ладони крысой. Нужно только стиснуть пальцы. Даже её детских сил хватит для того, чтобы оборвать эту жалкую жизнь. А там ей представится второй шанс.
Крысёныш пискнул, но не вырвался из сжимающей его руки.
И Алекса не смогла, просто не смогла закончить то, что собиралась сделать. Она отнесла маленького зверька домой.
«О, к тебе пришла крыса. Тебе повезло, крысы очень умные и юркие, они пробираются в любую щель», – сказала Делия.
Алекса ничего не ответила на это. Как и не отвечала на насмешки других детей, охотно издевавшихся над ней:
«Посмотрите, она призвала крысу! Почему не червяка?»
«Её отец какой-то проходимец, поэтому она совсем слабосильная. И питомец под стать».
«У неё хватило сил только на крысу».
Они смеялись, а она молчала, но мстила им так, как умела, и защищала Радугу, внезапно и вправду осветившую её жизнь. С появлением фамильяра мир словно распахнулся, наполнился невиданными до сих пор красками и звуками, ведь можно было смотреть на него не только своими глазами. Она чувствовала запах трав, она знала теперь, что такое – пробираться в узкие земляные ходы. Она научилась смотреть на этот мир с самой земли, замечая мельчайшие детали.
Алекса вздохнула. Задумавшись, она и не заметила, сколько прошло времени. Пора возвращаться, пока её не стали искать. Девушка подставила руку, чтобы вернувшаяся Радуга вновь взгромоздилась на плечо, и осмотрелась. Что бы принести? Ну, пусть будет хотя бы вон та колючка. Вполне себе симпатичная, к тому же это завуалированный ответ вроде «отстаньте от меня». Если у Нила есть в голове мозги, он поймёт.
Девушка шагнула к выбранной колючке, но вдруг споткнулась. Из земли прямо под её ногой выступало что-то странное, белое, похожее на старую изглоданную солнцем ветку. Алекса потянула и, к своему изумлению, вытащила очень странную вещь. Это был нож, но очень необычный. По желтоватой костяной рукояти вился узор незнакомых ей символов. Лезвие проржавело и оказалось обломано. Очень старая вещь, судя по всему. Необычная находка. Ну что же, пусть найдена и не по правилам, предъявить её можно.
В этот момент Алексе вдруг показалось, что за спиной кто-то стоит. Она явственно ощутила между лопатками пронизывающий ледяной взгляд, а пальцы свело от внезапной волны холода.
Девушка резко оглянулась.
Никого… На выжженной солнцем равнине невозможно спрятаться. Ощущение стало слабее, но не исчезло. Медленно, ожидая чего угодно, Алекса отступила. Ничего не изменилось. Никто и не думал на неё нападать, но Радуга тоже явственно ощущала нечто нехорошее, шубка крысы вздыбилась, а чувствительный нос настороженно принюхивался. Нет, ничем подозрительным не пахнет. Там, под кустом, свернулась в клубок толстая, похожая на шланг, змея. Но нет,
