решится вопрос с наследством и пока не улягутся основные страсти. И дал добро на портал. Когда закончишь в поместье, когда будешь готова, подай сигнал. Я буду ждать тебя на другой стороне. Стражники помогут перенести вещи.
- Спасибо, Артур, - искренне говорю я, чувствую, как напряжение прошедшего дня покидает меня. – Я справлюсь за пару часов.
- Не торопись. Жду тебя, моя девочка.
Связь обрывается. Я поворачиваюсь к Моримеру и стражникам.
- Сильвия найдена. Она жива, ребёнок цел. Она под защитой Короны, - объявляю я, и вижу, как на лицах читается общее облегчение. Даже суровые стражи позволяют себе вздохнуть. – А я… я буду жить во дворце, пока не найду свой дом. Король предоставил покои. Как только улажу дела с наследством и найду жильё, сразу пришлю за вами, Моример. И за Аннет, и за Китоном. Обещаю.
Моример благодарно кивает, глаза его блестят.
- Мы будем ждать, госпожа. Я позову Аннет, и мы поможем вам собраться.
Поднимаюсь в свои покои. Комната, которая когда-то была моим уютным уголком, теперь кажется чужой. Я не смотрю на большую кровать, где мы с Лукасом когда-то смеялись и строили планы.
Достаю из шкафа большой чемодан, открываю его и начинаю методично, без лишних эмоций, складывать то, что действительно нужно: шесть платьев, бельё, ночные сорочки, туалетные принадлежности, несколько книг по магии, которые были только моими. Забираю небольшой ларец с материнскими украшениями, единственное, что осталось от моей настоящей семьи.
Платья, подаренные Лукасом, безделушки, напоминающие о счастливых днях, я оставляю. Пусть горит синим пламенем. Не хочу, чтобы эти вещи напоминали мне о предательстве некогда любимого мужа.
Спускаясь вниз, понимаю, что обыск идёт полным ходом. Из кабинета Лукаса выносят ящик с бумагами. Из покоев Лорен агенты несут несколько склянок с подозрительными жидкостями, завёрнутые в защитную ткань.
Прежде, чем уйти из этого поместья навсегда, я нахожу Аннет. Она в прачечной перебирает бельё. Увидев меня, девушка бросается вперёд, обнимает так сильно, что у меня снова предательски щиплет глаза.
- Я уезжаю, Аннет. Во дворец. Но я обязательно пришлю за тобой. Ты будешь работать в моём новом доме. Обещаю.
- Я буду ждать, госпожа, - шепчет она, вытирая слёзы. – Спасибо за доверие.
- А тебе за преданность, милая Аннет.
Больше тянуть нечего. Я выхожу в холл, где старший стражник уже даёт команду приготовиться.
- Я готова, - говорю я твёрдо и передаю сигнал Артуру.
Воздух в центре зала снова загустевает, мерцает знакомым сиянием. На этот раз овал светится ровным, спокойным золотым светом. За ним видны не тёмные стены изолятора, а светлый коридор с ковровой дорожкой и резными панелями.
Стражники берут мою дорожную сумку и шагают в портал первыми, растворяясь в сиянии. Я оборачиваюсь в последний раз. Моример и несколько других верных слуг стоят в дверях, провожая меня. Я поднимаю руку в прощальном жесте, улыбаюсь им сквозь слёзы, а потом разворачиваюсь и делаю шаг вперёд.
Ощущение лёгкого головокружения, толчка под ногами, и я уже не в проклятом поместье, а в тёплом, пахнущем свечами и древесиной коридоре гостевого крыла королевского дворца.
Артур стоит, прислонившись к стене, скрестив руки на груди. На нём уже не служебная форма, а всё меняется. Он делает два быстрых шага вперёд и, не говоря ни слова, обнимает меня.
Я прижимаюсь к нему, утыкаюсь лицом в его плечо и просто дышу, впервые за долгие дни позволяя себе чувствовать себя в полной безопасности.
- Всё кончено, - шепчет он мне в волосы. – Ты справилась.
Мы стоим так, может, целую вечность, может, всего мгновение. Потом Артур осторожно отстраняется, держа меня за плечи, и смотрит в глаза.
- Рокси… Лорен – настоящее чудовище. То, что она устроила с Сильвией… её план с подменой детей… - он качает головой, и в его глазах горит гнев. – Это большая удача, что ты вообще смогла вырваться оттуда живой. Большая удача, что у тебя хватило сил и ума не сломаться. И что ты вспомнила про Сильвию. Ты спасла две жизни сегодня.
Его слова не звучат как комплимент. Это констатация факта, и от этого они ценнее и приятнее для меня.
- Я просто… делала то, что должна была, - тихо говорю я.
Он проводит рукой по моей щеке, смахивая незамеченную мной слезинку.
- Пойдём. Я покажу тебе твои покои. Тебе нужно отдохнуть. Завтра начнём разбираться с документами, с наследством.
Он берёт мою сумку у стражника, берёт меня за руку и ведёт по коридору. За спиной остаётся портал, который тихо закрывается, разрывая последнюю связь с поместьем Шейнвуд.
Я не оглядываюсь. Я смотрю вперёд. И уверенно иду за руку с мужчиной, который, кажется, намерен быть в этой жизни рядом.
Глава 28. Артур
Две недели.
Четырнадцать долгих дней прошло с тех пор, как я стоял в коридоре дворца и ждал Роксану из портала. Она всё ещё здесь, в гостевом крыле дворца.
Под слишком пристальным взглядом Его Величества.
Я наблюдаю за ними в тронном зале во время очередного утреннего приёма. Король, выслушивая доклад какого-то графа, лениво переводит взгляд на Роксану, стоящую чуть поодаль в свите одной из придворных дам. Его взгляд задерживается на ней на мгновение дольше, чем следует. Она улыбается ему из вежливости, а он… Тут явно нечто большее. Это мужской интерес.
Демоны, что происходит?
Этот укол ревности вонзается мне под ребро уже в который раз за эти дни. Моё терпение, и без того истончившееся от ожидания, от необходимости быть правильным и сдержанным, рвётся окончательно.
После приёма я не иду в Управление. Я иду прямиком в личные покои Короля, минуя церемонии. Стражники узнают меня и пропускают.
Он сидит у камина с бокалом вина, будто ждал.
- Роквуд, вы что-то напряжены. Проблемы в Управлении?
- Нет, Ваше Величество.
- Тогда что? – Король отставляет бокал, и в его глазах появляется та самая, едва уловимая насмешка, которая всегда предвещает неприятности.
- Роксана, - выпаливаю я, отбросив дипломатию. – Она больше не пробудет во дворце ни дня!
Тишина. Потом Король тихо смеётся. Непритворно, почти по-дружески.
- Наконец-то. Я начал думать, что огонь в тебе окончательно потух, Артур. Две недели ты ходил вокруг неё, как голодный волк. Я уже собирался лично пригласить её на ужин, чтобы посмотреть, не взорвёшься ли ты от злости прямо в бальном зале.
Я замираю, осознавая, чего
