в холле и голосили во всю силу молодых легких:
— Если едешь на Кингс-Кросс,
То получишь прямо в нос,
Если ты сбежал в Европу -
Получи пинок под жопу!
Терри и компания озабоченных изобретателей не орали — за них орало экстренно сконструированное достижение народнохозяйственной мысли с емким и исчерпывающим названием «матюгальник». Свое название достижение оправдывало сполна, мобилизуя все речевые средства английского языка на борьбу с Саундчейзером.
Гриффиндорцы, по всей видимости, выполняли руководящую и направляющую роль: не орали, а метались туда и сюда в надежде, что Саундчейзер соблазнится богатым выбором шумов и придет куда-нибудь подхарчиться. Но, видимо, он накушался еще за завтраком, и на обед не торопился.
Снейп закономерно сделал вывод, что носиться по замку и производить шумовые эффекты будет ему, мягко говоря, не к лицу, и присоединился к руководяще-направляющим. Каким образом студенты намеревались ликвидировать нематериального Саундчейзера, оставалось для профессора загадкой; нет, способы существовали, только относились они даже не к аврорскому курсу Защиты, а к арсеналу Невыразимцев.
Хаффлпаффцы охрипли, слизеринцы осипли и продырявили таз, даже матюгальник исчерпал словарный запас и пошел по второму кругу. Боунс убрела куда-то с Фредом, но зная Фреда можно было предположить, что никакая дрянь им не страшна — Фред в нынешней своей ипостаси был пострашнее любой дряни.
* * *
Снейп устало брел извилистыми коридорами Подземелья. Вроде и не бегал особо, а утомился, как будто тыкву корчевал. Собственно, в этих коридорах Саундчейзеру делать было нечего по причине почти полного отсутствия здесь звуков. Вряд ли при том шуме, что творится наверху, он польстится на шорох шагов, шелест мантии и капанье воды с потолка.
Когда навстречу ему из-за поворота вырулила гриффиндорская троица, Северус даже не удивился. Тоже, наверное, передохнуть спустились. Другое дело, что этими коридорами уже лет сто никто не ходил, и сам Снейп знал маршрут исключительно по карте. Раньше ему никогда не доводилось забредать так далеко в Подземелья. Эти-то что забыли в катакомбах?
— Сэр, он куда-то сюда сбежал! — закричала издалека Грейнджер, и Снейп не успел ее остановить.
Тревожный гул прокатился по вековым камням Подземелий. Стены коридора вздрогнули, пол треснул, вздыбился, заходил ходуном, из разломов хлестанули струи воды.
— Профессор!!! — пуще прежнего завопила Грейнджер. — Скорее!!!
Легко сказать. Спецкурса по прыжкам в длину с препятствиями Снейп не проходил. Балансируя на краю колеблющейся плиты, он судорожно искал взглядом, куда перебраться, когда Подземелья в очередной раз выразили свое возмущение внушительным и оглушительным грохотом. Уши заложило от истошного визга, что-то тяжелое врезалось в грудь, опрокинуло, перевернуло, потащило…
— Профессор… профессор, очнитесь… да что же это…
Надсадный полушепот над ухом и резкая боль где-то в районе затылка. Северус попробовал открыть глаза — темнота искрилась крохотными вспышками, и не было видно ровным счетом ничего.
— Сэр, ну скажите же что-нибудь… вы там живы хоть? Сэр!
Что-то холодное прикоснулось к лицу, Снейп машинально дернулся и чуть не вскрикнул от неожиданности.
— Ой, простите, профессор… тут ничего не видно… вы в порядке?
Теперь Северус узнал голос. Это была Грейнджер. Как она тут оказалась, стояла ведь далеко?
Непонятная тяжесть придавливала к полу, Снейп попытался сдвинуть ее и тут же получил отчаянный вопль прямо в ухо:
— Ай! Осторожнее! Это я!
Тяжесть шевельнулась, а Снейп тихо выругался.
— Нас, похоже, завалило… я ни влево, ни вправо не могу… дышать тяжело…
Вот теперь Северус сориентировался. Твердое под спиной — это пол. Мягкое и дышащее на груди — это Грейнджер. Голос над ухом — тоже Грейнджер. Палочка… палочка в рукаве (вот все-таки рукав надежнее!), но как ее достать… Пошевелиться никакой возможности.
— Мисс Грейнджер… вам там сверху совсем тяжело?
— Совсем, — над ухом всхлипнуло. — Больно…
Ребра переломала. Или позвоночник. Мерлин, не дай Мерлин…
— Придется потерпеть…
Снейп судорожно соображал. Дышать действительно было тяжело. Первым делом выяснить, на чем держатся камни — если на спине Грейнджер, то можно петь отходную в два голоса. А вот если…
— Мисс Грейнджер… попробуйте прижаться ко мне как можно крепче. Без авансов, посмотрим, как плотно нас завалило. Ну, не стесняйтесь, не до бонтонов сейчас.
— Да я не стесняюсь… я стараюсь, сэр… не получается…
Всхлип. Девчонка опять в панике. Вот же Героини пошли — не Героини, а воспитанницы пансиона благородных девиц.
— Тогда терпите, мисс. Будет больно — кричите. Если не будет — все равно кричите, вдруг кто-нибудь услышит.
Ей было больно. Очень больно. Когда Снейп высвободил наконец правую руку, девушка уже не могла кричать, только тихо и жалобно скулила, вцепившись зубами, судя по всему, в воротник профессорской мантии.
Однако камни не пошевелились, что было хорошим признаком. Северус медленно, по дюйму — упаси Салазар уронить! — вытянул из рукава палочку, кое-как вывернул запястье и направил ее в сторону и вверх.
— Дефодио…
Если есть хоть какой-то зазор между камнями, заклинание сработает.
Зазор, как выяснилось, был, но к тому моменту как он под действием заклинания превратился во внушительную дыру, Грейнджер даже не скулила, а подвывала вперемешку со всхлипываниями. Северус почувствовал движение воздуха — значит, завалило не наглухо. Еще несколько заклинаний потребовалось, чтобы убрать камни, давящие сверху.
Тяжесть ушла, но Грейнджер не двинулась с места. Снейп тоже боялся пошевелиться — вдруг у девчонки действительно серьезные переломы? Но надо ведь как-то выбираться, под лежащего профессора Вингардиум не летит.
Северус осторожно провел пальцами по девичьей спине, почувствовал тепло и влагу. Грейнджер зашипела: понятно, спина у нее по меньшей мере ободрана. А вот и травма — пальцы наткнулись на неестественно вывернутый плечевой сустав. Едва Снейп коснулся его, девчонка завопила, как резаная. Тогда Снейп, презрев всякую деликатность, довольно грубо прощупал всю ее спину вдоль позвоночника. Грейнджер негромко хныкала, но больше не орала. И это был хороший признак.
— Ну, мисс, еще один сеанс терпения…
Резко и быстро, чтобы причинить как можно меньше боли, профессор сдвинул с себя девушку — та снова вскрикнула. Люмос осветил небольшое пространство среди плотно привалившихся друг к другу камней. В образовавшейся пещерке невозможно было даже встать на ноги. Снейп стиснул зубы: рано радовался. Чуть больше
